Чертовка
Шрифт:
– Как глупы мужчины! – воскликнула Вивиана Бретонская, бурей пронеслась по Большому залу и выскочила за дверь.
– Несмотря на все это буйство, она сделает то, что должна, – сказал Гай. – Она не такая мягкая и покладистая, как ты, моя Белли. Ну, открой ротик, дорогая, и съешь немного сыра. Нам нужен сильный ребенок. – Он втолкнул кусок сыра в открытый рот Белли и тут же поцеловал ее в губы. Затем он посадил Белли к себе на колени и принялся рассеянно поглаживать ее грудь. – Сочувствую тебе, Хью, что на некоторое время ты лишаешься общества моей сестры. Я не захотел бы расстаться с Белли ни под
– Если мне станет невтерпеж, – раздраженно произнес Хью, – найдется много служанок, готовых меня утешить и развлечь.
Он резко поднялся из-за стола и ушел. Оставаться здесь, глядя, как Гай Бретонский ласкает его жену, было просто невозможно. Вид Изабеллы, нежно прижавшейся щекой к плечу Гая, просто сводил его с ума. Впрочем, Хью понимал, что его жена играет роль – так же, как и он сам. Он понимал, что она доверилась ему и надеется, что он найдет способ бежать из Ла-Ситадель. Но как?! Впервые в жизни Хью почувствовал полную растерянность. Он не знал, что делать, а Белли, сокольничие и прочие лэнгстонцы полагались на него, веря, что он придумает выход из положения.
Белли сидела в зале на коленях у своего любовника, мурлыкая от удовольствия, пока тот ласкал ее. Благодаря беременности она избавилась от пытки маленьким фаллосом. Почему-то сейчас ласки Гая помогали ей расслабиться, тогда как прежде они вызывали у нее лишь раздражение или возбуждение.
– Давайте прогуляемся по берегу, милорд, – предложила она. – Мне это очень нравится, хотя тропка там такая крутая и каменистая. Я еще не отяжелела и пока что весьма проворна.
– Пойдем, если хочешь, – отозвался Гай. – Но карабкаться по скалам вовсе не обязательно. Мы можем выйти на пляж прямо из замка, сокровище мое. – Его большая ладонь гладила Белли по волосам.
Изабелла удивленно взглянула ему в лицо:
– Но как?
– Очень просто, – ответил Гай. – Лестница из подвалов проходит прямо под скалой и ведет к пляжу. Ее построили наши предки. Сегодня мы не сможем ею воспользоваться из-за графа Алена, но когда он уедет, я покажу тебе этот ход, и ты сможешь ходить на пляж, когда захочешь. Только предупреждай, когда соберешься на прогулку.
Изабелла с трудом сдерживала волнение. Это был путь к спасению! Она едва могла дождаться возможности сообщить об этом Хью. Она нежно поцеловала Гая в губы.
– Спасибо вам, милорд, – радостно сказала она. – Мне так нравится гулять по берегу!
– Остерегайся приливов, сокровище мое, – предупредил он. – В полнолуние вода прибывает очень быстро и заливает прибрежные гроты. Будь осторожна, чтобы не оказаться на пляже во время прилива.
В полдень граф Ален с небольшим отрядом миновал подъемный мост и въехал во внутренний двор замка. Войдя в Большой зал, гости увидели Вивиану Бретонскую. Она была одета в пурпурные юбки и темно-синюю полупарчовую тунику, расшитую серебряными и золотыми нитями, маленькими жемчужинами и хрусталинками. Темные волосы облаком парили над ее плечами; голову Вивианы украшал обруч из золота и серебра, усеянный аметистами и лунными камнями. Сегодня хозяйка Ла-Ситадель была особенно прекрасна, особенно величественна.
Рядом с ней стоял ее брат; герцог сразу узнал Гая Бретонского из-за чрезвычайного сходства с Вивианой. По другую сторону от хозяйки
Граф Ален поклонился Вивиане Бретонской и протянул ей руку.
– Идите сюда, миледи, – сказал он, – и познакомьтесь с человеком, которому надлежит стать вашим супругом и защитником.
Вивиана грациозно спустилась по ступеням и подошла к графу, приветственно кивнув.
– Милорд, – произнесла она, украдкой разглядывая спутников графа. Их было шестеро, один оказался священником. И прежде чем Вивиана успела что-либо предположить, граф снова заговорил, и она обратила на него внимательный взгляд своих прелестных фиолетовых глаз.
– О вашей красоте, миледи, ходят легенды. Увидев вас своими глазами, я должен признать, что эти легенды были несправедливы к вам, преуменьшая ваши достоинства, – галантно начал граф Ален. – Однако столь хрупкая и нежная женщина, как вы, несомненно, нуждается в муже, который защищал бы ее от опасностей. Заботы о Ла-Ситадель – слишком большая ответственность для такого утонченного создания, как вы, миледи.
– Милорд граф, – отважно проговорила Вивиана, – я счастлива принести вам клятву верности, хотя от представителей нашего рода никогда не требовали официальной присяги, ибо мы никогда не предавали графов Бретани.
Однако мне неприятно, что вы решили сами избрать для меня мужа. Верно, что женщины в нашем роду поступали необычно при выборе мужчин, но это не помешало нам благополучно продолжать род в течение многих столетий.
– Времена меняются, миледи, – сказал граф. – Ваша семья утратила былое могущество. Я должен позаботиться о безопасности Ла-Ситадель. Я уверен, что ваш брат меня понимает. Сэр Хью заверил меня в этом, когда сегодня утром пришел предложить мне вашу дружбу. К сожалению, не могу предоставить вам иного выбора.
– Что ж, пускай тогда мой брат Гай охраняет Ла-Ситадель, – предложила Вивиана графу.
– Наследование в вашем роду всегда происходило по женской линии, – спокойно возразил граф. – Я не желаю нарушать эту традицию, миледи. Вы знаете, как суеверны наши люди. Такая резкая перемена огорчит их, выбьет из колеи. Нет. Вы должны немедленно выйти замуж за человека по моему выбору, и он станет охранять Ла-Ситадель. Таково мое желание. – Граф обернулся к своим спутникам и произнес:
– Симон де Бомон, подойдите ко мне!
Из горстки рыцарей выступил вперед крупный, плотный мужчина. Он был такого же роста, как Хью, но гораздо более коренастый. Волосы его были черными, как у Вивианы, глаза – карими. Он носил короткую, аккуратно подстриженную бородку, кольцом окружавшую его полные губы и закрывавшую нижнюю челюсть.
– Милорд, – проговорил он.
– Итак, миледи, это и есть тот рыцарь, которого я избрал вам в супруги. Отец Поль совершит таинство брака немедленно.
– Милорд! – Вивиана вышла из себя. – Неужели вы даже не позволите мне узнать поближе этого незнакомца, которому предстоит стать моим мужем?