Чертог Белой Ночи
Шрифт:
– Я был так рад, когда обучение закончилась, что вообще не помню свой последний учебный патруль, и даже не спрашивайте меня почему, – продолжал Женя, бегло оглядывая очередь.
– Нечего тут спрашивать, – отмахнулась Аня. – Мой наставник до сих пор подсчитывает, сколько же ему недоплатили за вредность, пока он возился с тобой.
Женя снова весело рассмеялся, расценив эти слова как похвалу.
– Мы заступаем через пять минут, – напомнил Макс напарнице. – Пора спускаться.
Они попрощались. Плотный дымчатый барьер, защищающий Чертог Ночи, зашипел с тусклым мерцанием. По ту сторону прохода их встретили неизменно тёмные улицы города, где никогда не светило солнце. Над головой
Сердце города окружали жилые кварталы разных стран, в архитектуре которых легко угадывалась их принадлежность. Но за много десятилетий первоначальные границы этих районов стёрлись, превращая столицу в единый мир, где культурные традиции переплетались друг с другом, рождая неповторимую атмосферу.
Главный проход вёл на проспект Ребеля, поверх которого были перекинуты гирлянды с лампами, а на узких тротуарах горели фонарные столбы с клубящейся волшебной мгой. Весь город питала и освещала энергия защитного барьера. В его свете эклектичные фасады невысоких домов, тесно жавшихся к тротуарам, смотрели на прохожих подслеповатыми окнами. Мощёный проспект Ребеля тянулся к одноимённой площади, где уже собралась толпа магов. Площадь была центром и сердцем Чертога Ночи. Шестиэтажные здания вокруг неё соединяли пять пешеходных мостов. К ним были прикреплены широкие праздничные полотна с флагами городов и гербами кварталов. Рестораны, пабы и трактиры уже наводнили посетители, а в центре площади, с большой сцены, громко играла музыка.
К полудню магов в Чертоге заметно прибавилось. Каждый раз, когда Макс и Аня возвращались по своему маршруту на центральный проспект, им нужно было уже несколько минут, чтобы преодолеть течение его толпы и перебраться на противоположную сторону. Ко второй половине дня они успели отправить пару буйных прохожих на пост стражи в Русском квартале, и перед тем, как сделать перерыв, Аня оставила сообщение в голосовом канале хранителей, что они снова вернутся на маршрут через час.
Прикончив свиные рёбрышки, зажаренные с чесноком, Макс стал по привычке наблюдать за тихой улицей, лежащей в стороне от оживлённого проспекта и шумного праздника. Они уже около получаса сидели за деревянной стойкой, идущей вокруг открытой террасы, в тишине допивая кофе, когда из дверей ресторана вышла девушка в полупрозрачном синем платье и остановилась поблизости. Её узкие плечи прятались под густыми розовыми волосами, в которых блестели серебряные украшения, а тонкие пальцы сжимали бокал с малиновым пуншем. Она была намного ниже всех, кто проходил мимо неё по улице, что было необычно для магов – именно выдающийся рост сильнее всего отличал их от людей. На вид же ей казалось не больше семнадцати, и по восторженному взгляду Макс понял, что это её первый визит в Чертог. Он неожиданно вспомнил, как четыре года назад ему впервые открылась магия, а на следующий день представление о мире изменилось навсегда, позволив выбраться из того никчёмного болота, которое готовила ему прошлая жизнь.
Макс оставил чашку и отвернулся, рассчитывая, что это поможет отвлечься от неожиданно нахлынувших воспоминаний.
– Что-то не так? – спросила Аня.
– И да и нет, – не стал врать он. – Тебе приходилось поступать, казалось бы, правильно и долгое время считать, что так и должно было быть, а потом сомневаться в своём решении? Да так, будто ты совершила огромную ошибку?
– Нет, – улыбнулась Аня. – Нет верных или неверных решений. Есть твоё отношение к ним, и оно меняется, потому что меняешься ты сам.
Участие напарницы успокоило его.
– Расскажешь,
– Я не люблю говорить о себе, ты знаешь.
– Но раз начал, значит, это необходимо и ещё раз подтверждает мои слова: ты уже изменился, только ещё не осознал этого.
Взгляд Макса вернулся к девушке с розовыми волосами, которая задержалась рядом, перед спуском с террасы. Она заметила его и улыбнулась в ответ так открыто, без стеснения, что на короткое мгновение неловко стало ему. К ней подошёл парень с длинными светлыми волосами, которые на висках были сплетены в тонкие косы. Он протянул ей бургер, и она спросила его, продолжая осматриваться по сторонам:
– А почему сегодня нельзя перемещаться? Да и вообще пользоваться силой? Как-то странно праздновать день магической столицы без волшебства.
– Здесь сейчас слишком много магов. Это мера предосторожности, хотя сети хранителей не полностью нейтрализуют наши силы, – объяснил он, и его фигура засветилась дымчатой энергией, которая покрыла его с ног до головы полупрозрачным слоем защитной магии. – Можно использовать её, чтобы создать небольшой щит или даже доспех, полностью покрывающий тело, а ещё использовать простую бытовую магию. Например, запускать снопы искр в воздух.
Девушка понимающе закивала, начиная спускаться по ступеням, а потом замерла. По улице проходило несколько мужчин. Один из них, в куртке с широким капюшоном, поравнявшись с ней, театрально развернулся и продолжал идти спиной вперёд. Она легко ткнула своего спутника локтем в бок:
– У того парня большая железная маска в форме челюсти.
Макс вскочил со стула.
– Рейн, – на выдохе проговорила Аня, наблюдая, как бандиты сворачивают в соседний переулок.
– Быстрее, – поторопил её Макс. – С ним Полох и Блондин.
Они рванули следом, уворачиваясь от прохожих, оставляя бар с парой незнакомцев позади. В тёмном переулке, куда скрылась банда, вспыхнули четыре световые сферы. Освещённые ими фигуры быстро свернули влево и исчезли во мраке. В следующем переулке их было уже три, а потом ещё двое бандитов пропали из вида. Улицы увели их на окраины Чертога, и там, в одном из неприметных домов, они с Аней нашли приоткрытую дверь. К ней вели три потёртые каменные ступени, а сверху нависал тяжёлый фронтон.
Не снимая коммуникатор, крепившийся к портупее для посоха, Макс оставил сообщение в канале хранителей:
– Тенёв на связи. Два мага проникли на склад в Русском квартале. Ещё двоих мы потеряли поблизости.
– Принял, – в ответ раздался скрипучий голос Аренского, координатора и старшего хранителя Сферы. – Рассылаю. Сами не лезьте – ждите стражей.
Макс потянул за ржавую металлическую ручку. Дверь легко поддалась и распахнулась с тихим скрипом.
– Ты оглох? – шёпотом возмутилась Аня, придерживая его за плечо крепкой хваткой хранительницы Ордена. – Нам же сказано: ждать.
– Чёрта с два, – ругнулся Макс. – Вот настоящее дело, то, к чему нас готовили.
Быстрые шаги, взбивающие пыль в переулке, заставили его обернуться. В темноте лиц было не различить, но, когда на двух чёрных силуэтах загорелись доспехи, он узнал Блондина. Бандит прицелился, и очередь выстрелов, последовавшая за бесшумными вспышками дула его зачарованного ствола, зацепила синий доспех Макса. Раскрутив в руках посох, Аня создала щит, который принял в себя остальные пули.
Теперь в полумраке звучали только удары боевых посохов, высекающие глухие звуки электрических зарядов, и звериные крики. Через несколько минут борьбы голубая магия, создающая доспех напарницы, потускнела. Удар локтем Блондина пришёлся ей в лицо, она отшатнулась, а он рванул обратно по переулку. Второго бандита Макс крепко прижал посохом к земле.