Черта прикрытия

Бэнкс Иэн М.

— Сингре, — обратился Вепперс к своему джлюпианскому конфиденту, сокрушенно покачав головой, — ты мое доверенное лицо и ближайший посредник в бизнесе. Я, пожалуй, могу даже назвать тебя своим другом, какой бы смысл вы, чудаки-инопланетники, ни вкладывали в это слово. Но в данном случае я вынужден общаться через твою голову. Или панцирь.

— Панцирь. Хотя в нашем языке смысл примерно аналогичного выражения сводится к тому, что я должен выйти за пределы области твоего влияния.

— С кем мне поговорить?

— О чем?

— О покупке

корабля.

— Ни с кем. Такие вещи называют у нас неприкрытыми. Никто не станет вести с тобой таких переговоров.

— Неприкрытыми? Это означает то же самое, что и несовместимые с политикой?

— Да.

— Лейтенант, — Вепперс обернулся к судовому офицеру, парившему в воздухе за его спиной; двенадцать своих конечностей офицер аккуратно раскинул по блестящей металлической подушке, служившей ему, как и остальным джлюпианам, переговорным устройством и креслом, — это правда?

— Истинность какого высказывания вы желаете установить, господин?

— Правда ли, что купить один из ваших кораблей невозможно?

— Купить у нашего Военно-Космического Флота корабль, принадлежащий Военно-Космическому Флоту, невозможно.

— Почему невозможно?

— Это расходится с нашей политикой.

Вепперс тяжко вздохнул.

— Я это уже слышал, — сказал он, посмотрев на Сингре.

— ВКФ редко продает свои корабли и никогда — лучшие из них, — объяснил Сингре.

— Но ведь вы уже наняли его для меня и моих людей, — заметил Вепперс.

— Ничего подобного, — возразил офицер. — Мы продолжаем контролировать судно. Это не то же самое. Если мы продадим его вам, контроль перейдет к вам.

— Но ведь я не прошу многого, — настаивал Вепперс. — Всего один корабль. Я же не собираюсь покупать весь ваш флот. Это же такая мелочь. Вы, положительно, слишком придирчивы.

Вепперс однажды поинтересовался у посланницы Хюэн, можно ли купить корабль Культуры. Та секунду изумленно смотрела на него, потом покатилась со смеху.

Флайер набрал высоту, обходя большой мост, преграждавший им путь.

Конечно, это описание было не вполне точным. Нос кораблика оставался на том же уровне. На самом деле жупельная лебедка, управлявшая их передвижениями высоко наверху, чуть подтянула флайер вверх за четверку прикрепленных к его носу невидимых моноволоконных нитей. Но результат получился такой же.

Летательные аппараты в городе Айобе были под запретом, неукоснительно соблюдаемым веками. Полеты флайеров сперва, в виде исключения, разрешили, но после того, как в нескольких воздушно-транспортных происшествиях пострадали памятники пещерной архитектуры — величественные здания и череспещерные мосты, — разрешение это было отозвано, и в дальнейшем флайеры передвигались по пещерному городу только на рельсотросах, прикрепленных ко своду и управляемых автоматической транспортной системой.

— Лучшие корабли Джлюпе принадлежат джлюпианскому флоту, — сказал лейтенант. — Мы полагаем, что

такой порядок вещей должен быть сохранен. Если гражданские аппараты превзойдут военные корабли, могут иметь место неприятные последствия. Государственные структуры в большинстве своем разделяют нашу политику.

— А что, сичультианцы продают свои корабли цивилизациям низшего уровня? — поинтересовался Сингре.

— Я очень хорошо заплачу, — Вепперс повернулся от Сингре к лейтенанту. — Дам оченьвысокую цену. Можете снять с него орудия, если хотите. Мне нужна только скорость.

— Корабли Культуры еще быстрее, господин, — заметил Джаскен.

Вепперс холодно посмотрел на него.

— До сих пор?

— Некоторые из них, — признался лейтенант.

— Сколько бы стоил корабль такого класса, как Укалегон? — спросил Джаскен лейтенанта. — Если бы его можно было купить?

— Не могу сказать, — ответил офицер.

— Вы же должны это знать, — настаивал Вепперс. — Вы должны как-то подбивать баланс их эксплуатации и составлять бюджет, в котором было бы указано, сколько таких кораблей вы можете построить и обслуживать.

— Трезвая оценка его стоимости дает цифру, превосходящую весь ВНП Сичультианского Установления, — сказал Сингре.

— Сомневаюсь, — улыбнулся Вепперс.

Сингре издал звук, довольно удачно имитировавший хихиканье.

— И все же это так.

— Кроме того, — прибавил лейтенант, — мы должны соблюдать договоренности.

Вепперс и Джаскен посмотрели друг другу в глаза.

— О да, готов побиться об заклад, что такие договоренности существуют.

— Как ответственные члены галактического сообщества цивилизаций и Галактического Совета, — проговорил офицер, — мы выступаем фигурантами договора, который обязывает нас воздержаться от переброса определенных технологий.

— Переброса? — переспросил Вепперс тоном, который обычно использовал, спрашивая: Какого хера все это значит?

Он посмотрел на Джаскена. Тот пожал плечами.

— Это технический термин, — сказал Сингре, — и означает он, что дар или технологию можно передать только цивилизации, стоящей не более чем на одну ступеньку ниже нас по лестнице цивилизационных достижений.

— Ах, вы об этом, — огорченно протянул Вепперс. — Ставите нас на место, так?

Сингре зашевелился на подушке, изменяя положение панциря и оглядывая открывшийся из флайера вид.

— Какой восхитительный город! — сказал он.

— И нам надлежит сохранять определенную степень контроля за вышеозначенной технологией, — продолжал офицер, — чтобы воспрепятствовать ее перепродаже видам, стоящим еще ниже по цивилизационной лестнице. Такие дары легко могут оказаться у бесчестных мошенников, которые выдают себя за обычных людей.

— Для этого применяются сертификаты конечного пользователя, — согласился Сингре.