Черный талисман

Суворова Татьяна

– Ты, оказывается, и в медтехнике соображаешь!

Из ячейки, похожей на гроб, с трудом вылез моложавый, спортивного вида мужчина. Заученно улыбнувшись, он быстро ощупал всех умными, но немного шалыми глазами. По инерции разгладил рукав золотистого, похожего на парчовый, комбинезона. Мива демонстративно рассматривал противоположную стену.

– Сколько в живых?
– Голос человека звучал немного хрипло.

– Пока вы - второй.

Незнакомец бестолково улыбнулся, смял лицо ладонью, затряс головой,

идиотски хихикая. Потом сразу посерьезнел и сказал тоном виноватого школьника:

– Извините, извините. Я чуть не погиб, чудом спасся от амебы - ею стала моя лаборантка, была такой умной, и... Я не привык вот так, чуть не гибнуть... ОНИ проходили через все защитные поля, неслись на биоизлучение... Выжил, а?! Он снова счастливо улыбнулся, потом явно заставил себя погрустнеть.
– Нет, не могу горевать об остальных - слишком рад. Знаю, эгоистично. Вы извините, что так много болтаю. А вырвались только кусты? Как с программой "Смог"? И тут Вэл допустил ошибку:

– А что это за программа?

Мужчина с недоумением посмотрел на Вэла. Тот углубил свой промах:

– Я просто пролетал мимо и услышал сигнал бедствия.

Спасенный растерянно мотнул головой:

– Вы не из Темной Гвардии?

– Нет, я частное лицо.

Человек вытянулся, застыл, стал похож на андроида. Глаза превратились в два бестемпературных кусочка запыленной пластмассы. Голос зазвучал, как плохо настроенный компьютерный синтезатор:

– Вы нарушили границы секретного объекта. Вы арестованы. Пилот Мива, вы арестованы как сообщник этого шпиона.

– Успокойтесь, вы переутомились.
– Вэл шагнул вперед, к незнакомцу, умиротворяюще приподняв руку. Тот стоял неподвижно. Потом внезапно неуклюже двинулся на ничего не понимающего Вэла.

Обезвредить его было очень легко, не было нужды даже в болевых приемах. Но, оказавшись в "объятиях врага", мужчина вдруг выгнулся в дугу и окостенел. Вэл тихо, мягко повторял:

– Успокойтесь, мы не шпионы...

Потом до него дошло, что в его руках - труп. Он побледнел, пробормотал:

– Чушь, чушь, как...

Киборг мог генерировать слабые электроразряды - массаж ими не оживил незнакомца. Мива, подпирая ячейки, равнодушно бросил:

– А им всем введена программа-мина. Как она врубится - парень уже робот. А без нее - человек как человек, пока программа молчит то есть.

– И я запустил ее словами...

– Да не переживай, все они здесь мерзавцы.

Вэл, сжав зубы и не глядя на Миву, сухо сказал:

– Ты знал, что он самоуничтожится от такой информации?

Тот небрежно кивнул. Вэл отвернулся от него и сжал кулаки. Пилот за спиной продолжал:

– Все они подлецы. А если тебя интересуют сведения о базе, так есть же компьютер!

Компьютер в оперативном центре допросить не удалось. Он был застрахован

от любопытства даже самых квалифицированных программистов-медвежатников, а не только от недоучек землян. Пришлось продолжить осмотр базы.

В конце концов Мива сел на пол, протянул ноги поперек коридора и заявил:

– Все. Дальше вроде начинаются основные лаборатории. Я туда не иду и тебе не советую.

Вэл даже не махнул рукой, а просто повернулся и открыл очередную, на этот раз самую обычную, примитивную дверь. За ней был такой же допотопный, чуть ли не с детства знакомый лифт. Вэл подобрался: "Имперцы не любят простоты, допускают ее лишь тогда, когда нужна супернадежность... Не по виду ли двери Мива догадался о лабораториях?"

Лифт остановился в небольшом зальчике. Вокруг стен тянулись открытые прямоугольные ниши, и в каждой на металлическом крючке висел скафандр высшей биозащиты.

Это Вэлу понравилось. Он улыбнулся, быстро отыскал экипировку подходящего размера, натянул ее, проверил герметичность.

Плита-дверь, сделанная из гигантского, плоского кристалла алмаза, тяжело повернулась вокруг оси. За ней оказался тамбур. На его полу и потолке обильно темнели полосы бездействующих дезинфекционных излучателей. И выход - точная копия входа. Зал.

Вэл почти метнулся в него, сжимая рукоятки и полма, и аннига. Замер, ожидая чего угодно.

Все нормально. Горит яркий, но не слепящий свет, матовые кремовые стены вверху превращаются в купол. А впереди стоит барьер абсолютно полной черноты. То есть работающее оптическое поле.

Рывок через поле - опять с оружием на изготовку. И опять - ничего. Точно такое же помещение, только в нем нет нового оптического поля.

Вэл осторожно, почти крадучись, подошел к стене. Вздрогнул, когда она мгновенно превратилась в экран (или просто в иллюминатор?).

Пушистые золотистые зверьки походили и на котят, и на одуванчики. Милые, детски грациозные, они ползали по полу, смешно вытягивая вперед лапки, многозначительно поглядывали по сторонам - как дети, приготовившие подарок на день рождения мамы.

Щелкнула, автоматически открываясь, приборная панель. Рука Вэла хотела потянуться к красной клавише с надписью "вход", но он одернул себя: "Сегодня норму по глупости я уже перевыполнил. Хватит!"

Перчатки, как и весь скафандр, были толстыми, неудобными. Возиться с пультом в них тяжело, а проклятые информационные записи отыскиваться не желали. "Не может быть, чтобы на военной базе централизовывали секретные данные". Но время шло, и шли безрезультатные поиски. Вэл хмурился все больше и больше, еле-еле удерживая себя от спешки и слишком быстрых, сильных движений. Его эмоциональное состояние все меньше подходило для знакомства с подобной лабораторией...