Черный спецназ

Зан Тимоти

– Почему? Уж не потому ли, что они не так флегматичны, как вы?

Лейт не обратил внимания на очередную попытку молодого чем-то его поддеть.

– Хороший бойцовский дух – это прекрасно. Но пока это все, что они смогли нам продемонстрировать. Ты лучше вот что мне скажи: какого ты мнения о Лайэне Роудс?

От такого резкого перехода Кейн даже не сразу сориентировался.

– Ну, это… в каком смысле?

– Я имею в виду, считаешь ли ты, что она сразу расколется, если на нее посильнее надавить,

или нет? И вообще, может ли она быть агентом СБ?

Кейн на секунду задумался.

– Вряд ли она шпионка, – медленно произнес он. – Но это, конечно, мое субъективное мнение. Лайэна сказала, что скоро уходит из Радикса. Интуиция мне подсказывает, что агент СБ не стал бы так открыто об этом говорить.

Лейт согласно кивнул. Информация подтверждала его собственное мнение.

– А не спасует ли она, встретив на пути десяток колли?

Удивившись такому вопросу, Кейн даже усмехнулся.

– По крайней мере, от нас она в кусты не убежала. Однако, позвольте поинтересоваться, к чему это вы клоните?

– Хочу, чтобы она помогла нам пробраться в тюрьму Цербер.

Кейн спокойно выслушал его ответ.

– Ну что ж, – сказал он слегка ироничным тоном, – если вы даже и спятили, могу я хотя бы об этом что-нибудь узнать заранее?

Лейт не ответил отказом, но было похоже, что спецназовец колеблется.

Он уже давно держал парня в полном неведении, и тот постоянно копил обиду.

Кроме того, посвящение Кейна в эту часть плана не таило в себе опасности и даже могло отвлечь его от мыслей о Додсе.

– Уговорил, – наконец ответил Лейт и взглянул на нейтрализатор, тихо гудевший на тумбочке в центре комнаты. – Только давай сядем поближе к этой штуке.

Глава 18

На юге, постепенно заволакивая ночное небо, вздымалась черная масса тяжелых грозовых туч. Кое-где уже вспыхивали отсветы молний, предвещая настоящую бурю.

Дэйл Валентайн, сидевший за рулем, бросил быстрый взгляд в зеркало заднего обзора.

– Ну что, убедились? – сказал он. – А я ведь предупреждал. Двигаться ночью с таким интервалом просто глупо.

– Не суетись, – посоветовал Скайлер. – У них есть карты, и мы знаем, что из Караланда они благополучно выбрались. Скорее всего, они поехали другой дорогой.

– Скорее всего? – фыркнул Валентайн. – Иными словами, они именно так и сделали. А вы, естественно, посчитали ниже своего достоинства сообщить мне об этом.

– Ты так сильно переживал по поводу их некомпетентности, что нам стало совестно лишний раз травмировать тебя, – театрально изобразив смущение, съязвил Ноук, сидевший рядом с ним.

Валентайн ничего не ответил. По мнению Скайлера, Ноук, хотя и утрировал, но был абсолютно прав. За время путешествия аргентянин уже порядком извел обоих

спецназовцев своей стервозностью и держался настолько вызывающе, что Скайлеру уже не раз хотелось схватить его за шиворот и вышвырнуть из машины. Ему приходилось сталкиваться с подобным типом людей, и при воспоминании о них первое, что приходило спецназовцу в голову, – это образ занозы в заднице. В бою с ними опасно было находиться рядом, так как они совершали слишком много неоправданных действий и, как правило, погибали раньше других из-за собственной неосмотрительности.

На переднем сиденье Ноук опять сверялся с картой, подсвечивая себе маленьким карандашом-фонариком.

– Далеко еще до Милара?

– Он за этими холмами, в долине, – ответил Валентайн, указывая на темную гряду впереди. – Минут через пять увидите.

Ноук пробурчал себе под нос что-то неразборчивое. Скайлер оглянулся, посмотрел на дорогу сзади. За ними никто не следовал, и лишь вдали от дороги виднелись отдельные огоньки. Спецназовец подумал, что в такую жуткую глухую ночь все добропорядочные граждане уже давно спят, а они, за неимением другого транспорта, вынуждены трястись в этой старой колымаге.

Наконец машина со стонами взобралась на гряду, и перед путниками бесконечной россыпью мерцающих огней предстал Милар.

– Ничего себе, городок, – Ноук почесал затылок. – Сдается мне, что он побольше Караланда.

– По площади, – согласился Валентайн. – А численность населения меньше.

По мере того как они спускались с холма, ухудшался обзор и уменьшалось количество огней. Впереди имелись еще несколько возвышенностей, и Скайлер попросил Валентайна подыскать место, откуда хорошо просматривался город.

– Зачем? – опять заупрямился аргентянин. – Сейчас же ночь.

– Выполняйте! – приказал Скайлер, пользуясь властью старшего группы.

– Есть, сэр, – недовольно произнес Валентайн, сильно растянув звук "э".

Он резко свернул на обочину, так, что машину тряхнуло, и, вздымая облака пыли, затормозил.

– Ноук, дай-ка мне карту, – сурово сказал Скайлер.

Получив крупномасштабную карту и фонарик, он развернул ее на коленях.

– Валентайн, покажи мне еще раз, где находится штаб Радикса.

Аргентянин повернулся и, просунув руку между сиденьями, ткнул пальцем в карту, указывая точку примерно в километре от центра города.

– Здесь, – сказал он.

Скайлер еще несколько секунд изучал карту, потом выключил фонарик и взглянул на Ноука.

– Ну что, видишь?

– Да-а, – протянул спецназовец, – кажется, вижу.

– Что? – настороженно спросил Валентайн, выглядывая в окно.

– Видишь тот затемненный участок, как раз там, где находится штаб Радикса? – спросил Скайлер, указывая на город.