Черный разрушитель
Шрифт:
Однако в тот момент, когда до человека доходит, что его принуждают, все в нем начинает противиться этому.
Эта мысль приносила Дэну облегчение. Люди сумеют выстоять в сражении с андроидами, добивающимися свободы. В особенности женщины, всегда отстаивающие свои позиции.
Саттер тоже молчал, хотя и был напуган. Перед его внутренним взором возникли два андроида-мужчины и один андроид-женщина, запрограммированные на нежные чувства друг к другу и без конца занимающиеся любовью.
Он не сразу осознал, что Дэн спросил:
—
Саттер рассеянно кивнул.
— Только представьте себе, — продолжал Дэн, — женщину, всю оставшуюся жизнь изображающую андроида. Я, конечно, имею в виду мою сестру и ее мужа.
— Уф! — взволнованно откликнулся Саттер. — Да уж!
Представив себе, как все это у них происходит, он испытал некоторое чувство зависти, вспомнив, какие сложности в последнее время создает ему собственная жена.
Они с Дэном как раз подошли к машине Саттера, в недрах которой настойчиво звонил телефон.
— Подождите, — сказал Саттер, — это моя жена.
Он забрался в машину, нажал кнопку — по его оценке, десятый раз за сегодняшнее утро — и покорно сказал:
— Да, дорогая… Конечно, я люблю тебя. Сегодня я уже девять раз говорил тебе об этом…
Дорогой робот
Робот, сделанный по образу и подобию человека, неловко пошевелился в своем маленьком, почти невидимом самолетике. Его глаза были устремлены в визор, напряженно осматривая небо впереди. Вдруг совершенно неожиданно возникли две огненные вспышки, и самолетик тут же накренился, словно получил удар с двух сторон одновременно.
Сначала он падал медленно, затем все быстрее и быстрее, прямо в расположение врагов. Когда земля была уже совсем близко, включился механизм торможения и скорость падения замедлилась. Робот успел заметить внизу руины огромного города. Крошечная машинка беззвучно села у развалин какого-то здания.
Прошла пара секунд, и рядом с ним ожил радиоприемник. Чужие для его слуха голоса разговаривали между собой.
— Билл! — сказал первый.
— Что?
— Мы его достали?
— Вряд ли. По крайней мере, не полностью. Думаю, чтобы приземлиться, ему хватило частично работающей системы, хотя трудно утверждать точно с этим их предохранителем. Скорее всего, он где-то сел с выключенным двигателем.
— Мне кажется, мы вывели его из строя.
— Ну, тогда ты знаешь, что нужно делать, когда один из них оказывается в расположении наших войск. Займись психологией. А я вызову «Стервятника».
— Нечего вечно на меня сваливать. Мне уже надоело этим заниматься. Теперь твоя очередь!
— Ладно. Дай-ка координаты… Хмм… он там, внизу. Думаешь, нам следует им заняться?
— Нет! Роботы, которых посылают так далеко, отличаются умом. А это означает, что нам его захватить не удастся. Он настолько быстро соображает, что нам пришлось бы его прикончить, а кому хочется убивать несчастных рабов, которых постоянно
— Угу. Симпатичный парень… Забавно и в каком-то смысле ужасно. Ты помнишь, как все начиналось?
— Помню. Интересно, какой у него номер?
Наступила тишина. Робот осторожно пошевелился. Его номер? Девяносто второй, разумеется. Какой же еще?
Голос заговорил снова:
— Бедняга, наверное, даже не помнит, что когда-то у него было имя.
Другой ответил:
— Кто бы мог подумать, когда ученым удалось сделать копию человека — плоть, и кровь, и кости, и все такое, — что сегодня, пятьдесят лет спустя, нам придется воевать, спасая свою жизнь, с людьми, которые как две капли воды похожи на нас, если не считать того, что они от рождения евнухи?
Робот рассеянно прислушивался к разговору двух людей. Время от времени он кивал, когда их слова напоминали ему о вещах, которые он почти забыл.
Копии людей сначала называли роботами. Им не нравилось такое имя, они его изменили на «тобор», и оно прижилось. Тоборы оказались весьма успешными учеными, и сначала никто не заметил, что они постепенно захватили все научные учреждения во всех частях света. А также тайно — но широко масштабно — проводят свои собственные эксперименты по дублированию. Человечество испытало огромный шок, когда правительства всех континентов, куда сумели втереться тоборы, одновременно объявили, что с этих пор единственным способом размножения будет дубликация. Занятия сексом были запрещены, первое нарушение запрета каралось штрафом, второе — тюремным заключением. Злостным нарушителям нового правила грозила придуманная тоборами процедура превращения в робота.
За выполнением нового закона должно было следить специальное полицейское управление, которое, как выяснилось, уже существовало. В первый день на улицах возникли беспорядки, подавленные карательными отрядами тоборов. Ни та, ни другая сторона даже не рассматривали возможность компромисса, и потому через две недели началась настоящая война.
Рассказ подошел к концу, и Билл сказал:
— Думаю, он достаточно слышал. Давай, пошли.
Раздался приглушенный смех, затем наступила тишина.
Робот ждал, ему было не по себе. В голове у него путались обрывочные воспоминания о временах, когда не было войны, где-то жила его девушка, существовал другой мир.
Диковинные картинки, не имеющие никакого отношения к реальности, потускнели и исчезли. И он снова оказался в своем самолетике, который облегал его тело, словно плотная одежда из металла. Ему не нужно лететь дальше, необходимость в аэросъемке отпала… Нужно подняться в воздух!
Он почувствовал, как корабль дернулся в ответ на его мысль, но с места не сдвинулся. Несколько секунд он лежат, не шевелясь, затем возникло новое желание взлететь. И снова крошечный кораблик напрягся и задрожал от усилий, но не смог оторваться от земли.