Черный престол
Шрифт:
– А ты чего делал-то в вампирском особняке?
– Где? – не понял юноша.
– Ты мне голову-то не морочь. У тебя камень в руке был. Он оттуда. Это подтвердили. Так что ты там делал? Рисовал?
– Я не помню, – пациент задумался. – А что за особняк?
– Вампир там жил, по преданию. Ладно, – Демин почему-то рассердился– посмотри на фотографии.
Парень не взял фотографии, а внимательно смотрел на Демина. На этот раз капитан успешно переборол желание посмотреть на юношу, переключив внимание
– Так что за особняк? – неожиданно мягким голосом спросил он.
Капитан моргнул и, все так же, глядя на подоконник, принялся рассказывать.
– Давно это было. После смерти барина стали люди пропадать. Пошли слухи, что, дескать, барин-то вампир. Кровь сосет из жертв, да в лесу бросает. Ну, местные могилку-то отрыли, да кол осиновый воткнули. Вампир ходить тогда перестал, а сейчас опять слухи пошли. Три лесоруба обескровленные…– Демин запнулся и вдруг словно очнулся. Он разозлился на себя – с чего бы это он так разговорился?
– Посмотри на фотографии.
Участковый нервно сунул пачку фотографий юноше.
– Может, ты видел кого-нибудь из них? В лесу или в особняке?
Юноша честно попытался вспомнить, разглядывая фотографии. Но никого из этих людей он никогда не видел. Последний снимок был схематичным рисунком странного непропорционального лица. Юноша задумчиво уставился на набросок. Где-то он уже видел нечто похожее. Где?
– Ты его видел? Да? – участковый оживился. – Где? Когда? При каких обстоятельствах?
Парень покачал головой.
– Нет, не видел. Просто, что-то не то, чего-то на портрете не хватает. Вот я и смотрю.
Демин достал из папки карандаш:
– Ты же художник. Вот тебе карандаш – нарисуй, как тебе кажется.
Участковый с интересом уставился на юношу – будет рисовать или откажется? Художник он или нет?
– Лицо должно быть темнее, – пробормотал парень, взял карандаш левой рукой и начал достаточно профессионально затенять фоторобот, учитывая объемность и тени.
– Ты левша? – поинтересовался Демин.
Юноша замер и вопросительно посмотрел на Демина.
– Ну, это..левой рукой рисуешь, – пояснил капитан, указав на руку юноши.
– А…это? – рассмеялся он и перебросил карандаш из левой руки в правую и как ни в чем не бывало, продолжил рисовать.
– Амбидекстер, – ахнул Демин.
– Амби.. чего? – переспросил юноша.
– Не важно. Рисуй, – Демин с интересом вглядывался в рисунок и наконец, спросил:
– Он в маске был, да? А, нет! Он натянул на голову чулок – да?
– Что такое чулок? – тут же поинтересовался парень.
Демин непроизвольно моргнул от такого странного вопроса, а потом вспомнил, что пациент многое не помнит.
– Ну, это такая вот плотная, эластичная фигня. Ее женщины
– На ноги? Фигня? – задумчиво повторил художник.
– Ладно. Неважно, – капитан махнул рукой, – ты просто скажи, лицо темное по цвету или что-то сверху на нем?
Юноша задумался – он понятия не имеет, о чем или о ком они говорят. Это просто мысль, ощущение.
– Я не знаю. Просто челюсть и строение черепа указывает на темный цвет кожи.
– Ты знаешь строение черепа? – удивился Демин.
– Я же рисую, – напомнил юноша.
– А, ну да, ты же художник, – согласился участковый.
Демин взял разрисованный фоторобот и уставился на то, что получилось.
– Лицо темное, с раскосыми почти белыми глазами? Это что? Ты издеваешься надо мной?
Юноша покачал головой и кротко улыбнулся. Демин положил фоторобот обратно в папку, облегченно вздохнул, попрощался и ушел.
Глава 8.
На следующее утро Демину снова позвонила медсестра Варвара и сообщила, что нашелся дядя парня, и он приедет с документами забирать юношу.
– Дядя? – удивился участковый, – без меня не отпускайте, я проверю, что за птица этот дядя. Поняли?
Медсестра хихикнула. Демин посмотрел на ворону за окном и спросил ее:
– Как думаешь, дядя настоящий?
– Каррр, – ответила ворона.
– Вот и я так думаю, что это не дядя. Я же все сводки смотрел, – согласился с вороной участковый.
После обеда в больницу явился дядя юноши. Демин с сомнением окинул его взглядом: высокий, стройный, спортивного телосложения, темноволосый, волосы удлиненные, завязаны в хвостик, носит бороду. Совсем не похож.
– А…покажите мне паспорт ваш…еще разок, – вкрадчиво попросил Демин.
– Я уже предъявлял. Но, да, конечно. Пожалуйста. Мы в соседнем районе живем, – дядя не проявлял нервозности и вел себя спокойно.
Участковый открыл паспорт, внимательно изучил страницы, посмотрел их на свет и еще раз прочитал:
– Малыгин Сергей Петрович… прописка…не женат…детей нет.
– Он мне двоюродный племянник, потому мы разные. Зовут его Роман, родители погибли в автокатастрофе, ну, в общем, молодой человек не совсем здоров. Я его забрал к себе. Опекунство тогда мне не дали оформить. Роман тогда совершеннолетний уже был и справку о его несостоятельности мне тоже не дали, – пояснил Малыгин.
– Опекунство?! А у родителей его какая недвижимость была? – оживился Демин.
– Квартира небольшая в городе. Денег у них не было, – пожал плечами дядя, – мне выгоды особой нет, я только в память о двоюродной сестре. Ну.. Роман не работал никогда, конечно, деньги по уходу не помешали бы. Теперь, надеюсь, можно инвалидность ему дать и пенсию, да?