Черный Лед
Шрифт:
– Ты имеешь в виду дымок такой?
Алиса нахмурилась. Оля не выглядела ни сосредоточенной, ни озадаченной открытием.
– Увидела все-таки?
– Да я всегда такое видела. Думала, окружающие тоже видят. А это не так?
– Какая у меня аура?
– Светло-жёлтая.
Учительница говорила о том же. Алиса поднялась с колен и села в кресло. Она положила ногу на ногу, достала из подпространственной складки свою книгу, открыла её и начала что-то читать. Оля тоже поднялась с пола и, присев на подлокотник кресла, заглянула Алисе через плечо.
– Не шевелись.
Ольга замерла, а Алиса начала внимательно всматриваться в зрачки девочки. Она проникала все глубже и глубже, пока не наткнулась на некоторую преграду, в этот момент ведьма почувствовала приступ паники и быстро свернула процесс. В момент соприкосновения с ментальным сопротивлением Оли у Алисы возникло такое ощущение, будто она опускается в действующий вулкан на тоненькой веревке.
– Оля, солнышко, сделай, пожалуста, математику. Магией займемся чуть позже.
Девочка согласно кивнула и пошла в зал, а Алиса положила руки на подлокотники и попыталась унять непонятную дрожь в кончиках пальцев.
– Очнулась, героиня наша?
Невзоров сидел в глубоком кресле напротив кровати Навирры и крутил в руке нож. Он делал упражнение для концентрации и ловкости пальцев, которому его научил Гарцев. Складывалось такое ощущение, что нож сам вращался вокруг ладони и выписывал кренделя. Но Навирра не впечатлилась: она умела и получше.
– Где мы?
– По твоей милости до сих пор на одном месте. Пока ты дрыхла, я успел поговорить с хозяином и даже с теми, кто тебя избил. Знаешь, а тебя, пожалуй, стоило бы там оставить в канаве.
Иван очень строго на неё смотрел.
– Что ж не оставил? – оскалилась Навирра.
– Когда ситуация прояснилась, ты уже была в постели. То, как тебя отмывали, – тема отдельная.
Навирра рефлекторно прикрылась, хотя и была под одеялом. Но Невзоров её просто подкалывал: отмывала Навирру жена хозяина.
– Кто тебе давал право называть людей свиньями?
– Они свиньи от рождения и ими умрут. Всего лишь мясо говорящее – ни больше, ни меньше.
– Интересный аргумент. Ты считаешь себя хорошей убийцей?
– Да.
– Ты на пустом месте устроила драку, которая привлекла лишнее внимание к тебе. Да, я знаю, что конфликт начала не ты, но ты его подогрела.
– Не твоё дело.
– Ах если бы так! – Иван грустно вздохнул. – Я доверял тебе слишком сильно, а теперь знаю, что ты всего лишь дилетант. Одевайся, нам пора выезжать.
– Я не дилетант! Он первый на меня напал!
Невзоров пренебрежительно фыркнул.
– Такая же, как ты, убила его деда, который ему отца заменил. Нет ничего удивительного, что он темнодлинноухих на дух не переносит. На его месте я бы вел себя так же. А вот ты вела себя неправильно. Если уж так чесались руки, надо было выключить его по тихому. Нет же! Ты начала вопить оскорбления людям на весь трактир. Ведешь себя как маленькая девочка с ножиком, которой очень хочется повыпендриваться. И перед кем? Перед теми, кого сама же презираешь?
Навирра
– И в самом деле, хватит. Остался последний рывок до столицы, где оба мы наконец сможем избавиться друг от друга, так что собирайся.
Иван снял со спинки стула, на котором сидел, оружейный пояс Навирры и грубо бросил ей, она поймала одной рукой. Невзоров на это лишь фыркнул и, выйдя из комнаты, спустился вниз к лошадям. Настроение было слегка испорчено. Он вовсе не собирался читать спутнице нотацию. В конце концов, им вместе в разведку не идти и на её профессиональные качества ему было глубоко наплевать, однако его выводила из себя заносчивость Навирры.
– Ты был не прав, я хороший убийца.
– Да ради бога!
– Ты согласен?
– Нет, не хочу спорить.
– Потому что знаешь, что я права.
– Нет, потому что мне плевать. То, что я озвучил в той комнате, – сугубо моё мнение, и тебе до него нет никакого дела, верно? Ну вот и закрыли тему.
Эльфийка обиделась, но сказанное Невзоровым её почему-то волновало. Дело было даже не столько в его мнении, сколько в том, что он далеко не первый говорил нечто подобное. Она уже убивала и не раз, и даже не два. Иногда это происходило для того, чтобы спасти свою жизнь, иногда по заказу. Но жрица постоянно говорила, что ей не хватает хладнокровия, её лучшая подруга считала, что Навирра мягкосердечная. Её презрение к людям был показным: к ним она относилась попросту равнодушно. «Они все очень разные и относиться к ним тоже надо по-разному», – считала Навирра. Но в последнее время она по непонятным ей самой причинам стала нервной, нетерпеливой, раздражительной. Наверно, оттого она и спровоцировала ту драку таверне.
– Это еще что?
– Девицу дракону отдавали.
– Серьёзно?
– Да, люди в самом деле верят в то, что драконам нужны человеческие самочки.
Невзоров прищурил левый глаз: на высоком холме, находившемся далеко справа через лес, возвышался столб, к которому, вероятно, и привязывали несчастную.
– А это действительно так?
– Вряд ли. Только красный дракон иногда грабит людей, но не ради девиц, а для того чтобы вырасти. Количество собранных им драгоценностей как-то влияет на его возраст.
– Но девушки ведь куда-то пропадают.
– Пропадают, да этого никто никогда не выяснял. Я лично считаю, что их либо разбойники уводят, либо звери съедают – несчастная судьба. хотя всё это и забавно. Даже маги людских королей постоянно повторяют, что драконы плотоядны, но подношения не принимают. И тем не менее каждый второй город и каждая вторая деревня жертвует своими людьми. По-моему, смертным просто скучно.
Иван кивнул, хотя и сделал пометку в голове, что драконы тут тоже водятся. Между прочим, непонятно, как при том, что в этом мире столько опасностей и конкурирующих народностей, здесь вообще возникло столько государств, большинство из которых именно человеческие?