Черный Дождь
Шрифт:
— Ох, я думаю, что дело было совсем не в любви.
— Я не удивлена. Он, должно быть, выпил для согрева. Представляю, подписаться на такое, должно быть, сродни прыжку в ледяную прорубь, — я ахнула и прикрыла рукой рот, — Простите, — извинилась я. Черт. Это же ее сын. Блин!
Грейс, откинув назад голову, залилась смехом. Слава Богу. Боже, Микки.
— Пойду, принесу спички, пока еще чего не ляпнула.
Грейс остановила мой побег, положив
— Ты не представляешь, как я счастлива видеть Пи такой. И я знаю, что за это мне нужно благодарить тебя. Она так счастлива.
— Вам не нужно благодарить меня за это. Уверена, что она делает меня счастливее, чем я ее.
— Я не знаю. Я действительно переживала за нее. Знаешь, о чем я все время думаю? — взволнованно спросила Грейс. Я покачала головой и улыбнулась, когда она ответила. — Теперь она сможет общаться со мной посредством видеосвязи. Ты поможешь ей в этом? Я не шучу, Микки, последний наш спор с Блейком касался ее речи. Я знала, что она должна была говорить больше. Я была здесь, ну, может месяца четыре назад, и она посмотрела на меня, как на чокнутую. Будто не понимает меня.
— Потому что она пыталась понять два языка, не говоря уже о том, что никто, кроме последней няни, не говорил с ней, — добавила я с упреком.
— Я знаю! Я никогда об этом не думала. Мне никогда не приходило в голову, что у нее трудности с пониманием.
Я засмеялась.
— Видели бы вы меня, когда она впервые попросила ‘бебида’. Я понятия не имела, что она хочет. Я дала ей хлеб.
— ‘Бебида’? Просвети меня, на всякий случай. — подразнила она. Я любила Грейс. И почему Блейк не любил Грейс? Я не понимала.
— Питье, пойду, принесу спички.
Я остановилась прямо за дверью, случайно услышав телефонный разговор Райана. Он сплетничал с кем-то о Блейке. С Зазеном, предположила я. Он рассказывал, как Блейк кинул этого парня, Дрю Келли, этим утром, и о том, как они должны были найти инвесторов для нового отеля в Голливуде. Он пожаловался, что Блейк упустил мистера Келли. Я откашлялась, якобы прочистив горло, и прошла мимо него. Я хотела, чтобы он знал, что я слышала. Мудак. Разве друг так поступает? Возможно, он пытался продвинуться по службе. Я точно не знала, какие у него с Холденом отношения, но у меня было очень сильное предчувствие, что пост генерального директора – это предел его мечтаний. Да кто-нибудь в этом Богом забытом городе вообще знает, насколько важна семья?
Райан смотрел на меня с отвращением, когда я с важным видом прошла мимо него. О, Господи, ей было всего лишь три года. Я достала спички и пообещала Веронике и Мишель, что мы принесем им по кусочку торта. Они не могли покинуть стойку регистрации, но у них были подарки для Пи, и они хотели их ей подарить.
Ни для кого не было сюрпризом, что Фарра осталась ровно настолько, чтобы подождать, пока Пи откроет коробку с красивой
— Она не для игр. Ты можешь только смотреть на нее, — объяснила Фарра, возвышаясь над Пи. Она говорила громко и медленно. Серьезно? Мне пришлось уйти прочь, когда меня начало прорывать. Я буквально прикусила свою нижнюю губу, чтобы сдержаться и не сообщить ей, что ее дочь не глухая, и не тупая. Я была рада, что она уезжает. Ее было слишком много. Даже Пи посмотрела на нее так, будто она была безмозглой дурой.
— Вы, должно быть, были под кайфом, — спросила я Блейка, в то время как Снежная Королева погладила Пи по голове и ушла, — Стойте там, вы разрушаете мою ауру.
— Просто для сведения, я сохранил эту повязку для глаз. Перестань думать, что ты все обо мне знаешь.
— Как угодно, ой, она открывает мой подарок! Пойдемте, — я направила его, стараясь вовлечь Блейка в происходящее. Первый из моих подарков был от всего сердца. Именно его она открыла первым. Это была половинка сердца на серебряной цепочке, и она почти подходила к моей половинке. Пи сложила губки в эту милую маленькую букву О. Она была больше взволнована моим тридцатидолларовым медальоном, чем той дорогущей великолепной куклой, к которой не могла прикоснуться. Я присела на корточки и потянула свой медальон, висевший на шее.
— Смотли, подходят, — улыбнулась она, приложив свою половинку к моей. Они подходили. Половинки сходились безупречно, кроме нижнего края. Да и неважно, если бы они не сходились. Для меня эти половинки идеально подходили друг другу. Как и мы с Пи, не важно, кто какого происхождения. Мы подходили друг другу.
Мой следующий подарок стал большим хитом. Ну, это был подарок от Блейка.
— От папочки, — сказала Грейс, прочитав открытку. Блейк посмотрел на меня, сначала удивленно, а потом виновато.
— Не переживайте, я вас прикрыла, — подмигнула я. Я не думала, что это будет кокетливое подмигивание. Я имела в виду «я умница, а ты облажался». Но то, как смягчился его взгляд, и его улыбка сказали мне, что он понял это совсем по-другому. Блин.
— Спасибо, — сказал он, поворачиваясь обратно к Пи. Она встала на стул и разорвала подарочную бумагу с Черепашками Нинзя, бросая ее на пол. Ей нравились мультики для мальчишек. Ну что я могу сказать? — Что это? — прошептал он.
Я не обратила на него внимания и снова увидела, как она радостно произнесла О. Один ноль. Пи вытащила первый пистолет Нёрф, а потом еще три. Как раз для меня, Блейка, Грейс и Пи.
— Правда? Я не понял, — спросил Блейк. Тот факт, что его дочь потеряла всякий интерес к празднику, торту, остальным ее подаркам, не укладывался у него голове. Все что она хотела, это стрелять по всем из своего нового пистолета. Нам все же удалось разрезать торт, чтобы работники Зазена смогли вернуться к своим обязанностям.