Черные руки

Бородин Стас

Мы присели у костра возле шатра вождя. Братья Оквахо встретили нас приветственными жестами. Гигагей Ваха, Гихли и Йонв, все еще носили повязки на оскальпированных головах. Их меховые куртки были украшены разноцветными перьями и лисьими хвостами. Скальпы, снятые с инсубров они носили привязанными к сапогам, чтобы постоянно наступать на них ногами.

Заметив мой взгляд, Гихли засмеялся. Он наклонился, подобрал с земли косичку инсубра и небрежно протер ей свой сапог.

— Вот какого уважения заслуживают враги, убивающие

женщин и детей! — сказал он.

Его примеру последовали и остальные братья. Йонв оторвал один особенно грязный и истрепавшийся скальп и бросил его в огонь. Волосы затрещали, запахло паленым. Воины засмеялись.

— Пусть он почувствует пламя у себя на голове, в загробном мире!

Я нахмурился, еще совсем недавно корнвахи сами убивали женщин и детей. Нужно было об этом не забывать!

Оквахо закончил обход и опустился рядом с нами. Выглядел молодой вождь торжественно. На нем была куртка из шкуры белого волка, с капюшоном из волчьей головы, а на бедре висел длинный инсубрский меч, из полированной до зеркального блеска стали.

— Мои люди с ужасом ожидают возвращения кораблей, — сказал Оквахо. — Корнвахи еще никогда не плавали по воде!

— Река Тарук всегда была границей наших земель, — подтвердил Гигагей Ваха. — Ее истоки у самого края мира!

— У мира нет края, — возразил я. — Мои товарищи несколько месяцев шли на север, но так не достигли его. За горизонтом всегда оказывался новый горизонт, а за горами новые горы. Я слышал, что река Тарук берет свое начало из ключей, под горным массивом Нефул, а истоки ее у гор Тангерн.

Кочевники притихли, прислушиваясь к моим словам.

— Темные земли огромны, но и это еще не край мира, — продолжал я. — За рекой Тарук степи уходят в бесконечность. Откуда-то оттуда, пришли чародеи, чтобы предупредить нас о вторжении. Проклятый маг Грениркаст со своими учениками явился из-за гор Нефул, перебравшись через них потаенными тропами! Мир, расстилающийся к северу от Темных земель, бесконечен, а за пределами внутреннего моря простираются океаны, которые еще никому не удавалось пересечь!

Молодой Гихли даже открыл рот от восхищения.

— Значит, мы можем всю жизнь путешествовать, открывая все новые и новые земли! — воскликнул он. — Это же здорово!

— Только все новые земли уже давно заняты, — усмехнулся Оквахо. — Нас там не ждут, дорогой брат. Чтобы путешествовать, в надежде добраться до края мира, нужна огромная армия!

— Или армия чародеев, — подтвердил я. — Иначе далеко не уйдешь!

— А мы и не собираемся уходить далеко! — воскликнул Гигагей Ваха. — Мы отвоюем себе новые земли и будем разводить на ней скот, растить детей, да любить женщин! Все что нам нужно, это тучные пастбища, да водопои которые не пересыхают каждое лето!

Воины засмеялись, хлопая брата по спине.

— Кто-то будет разводить стада скота, а кто-то стада детишек! — усмехнулся Оквахо. —

Расскажи нам лучше о землях, которые ты нам обещал, Унега Аховали!

Я откинулся назад, оперевшись на локти, и подмигнул сонной Хрианон. Девушка сидела рядом, и слушала, не понимая ни слова из нашей беседы.

— Земли, которые занимают алимы, простираются к югу и западу от Лие, — начал я. Места хватит для всех родов, даже если Гигагей Ваха разведет много детишек!

Корнвахи захихикали.

— На северо-западе лежит полноводная река Ил, она тянется через степи до самого Белого моря, — я взял прутик и принялся чертить на земле карту. — На Юге, бурная река Адува, рядом с которой живут мои друзья Серты.

Корнвахи склонились над картой, и заворожено следили за движениями прутика.

— На ваших землях окажутся заброшенные города Иррагу, Илеу и Илие. Они когда-то были крупными торговыми центрами, но после того как алимы их разрушили, никто так и не решился их восстановить, — я положил камешки на тех местах, где на моей карте были города. — Быть может, вы пустите туда поселенцев, и когда-нибудь они вновь закипят жизнью, как в далеком прошлом!

— Ну, это надо подумать, — важно изрек Йонв. — Если от этого будет какая-то выгода, то почему бы и нет!

— Ты сначала прогони алимов! — Гихли, смеясь, ткнул брата локтем под ребра. — А то уже решает, какая будет от этого выгода!

Я засмеялся вместе с кочевниками.

— Надеюсь, что вы понимаете, что ничего этого не будет, если вы откажетесь плыть через море! — сказал я. — Треверы и Моры окажут вам не менее теплый прием, чем Инсубры. По суше вы ни за что не доберетесь.

Корнвахи замолчали, задумавшись над моими словами.

— Ты как всегда прав, — сказал, наконец, Оквахо. — Поэтому мы и выбрали тебя Унега Аховали.

Мы оставили воинов у костра, а сами отправились спать.

Палатка у нас с Хрианон была одна на двоих. Мы лежали под ворохом теплых шкур и плащей, согревая друг друга теплом своих тел. Я слушал, как умиротворенно посапывает девушка, а ее сердце размеренно бьется под моей ладонью.

Я уткнулся носом в ее пышные волосы и вздохнул. Шрам от ожога на моей груди нестерпимо зудел, а мое сердце не билось.

Прислушавшись к своим ощущениям, я не заметил никакой разницы. Я так же дышал, так же мерз и потел, как и раньше. Единственное, чего мне не хватало, так это привычного мерного постукивания в груди.

Раньше, я не обращал на него никакого внимания, а теперь, мне казалось, что внутри меня пустота! Будто пустая комната, в которой только что было полно гостей, которые ушли, не закрыв за собой дверь.

Ощущение было жуткое, от него даже мурашки время от времени пробегали по коже.

Хрианон зашевелилась во сне и запустила свои пальцы в мою ладонь. Я притих, словно мои тревожные мысли могли ее разбудить.