Черные руки
Шрифт:
— Похоже, — усмехнулся Аш. — Боги решили возложить это миссию на нас! А? Что скажешь, мастер-колдун?
Я только покачал головой. Поход начался с кровопролития, а это было плохое знамение!
— Но старика то, зачем было убивать, — Хрианон глядела на меня в упор. — Разве это было необходимо?
— Это называется «концы в воду», — хмыкнул Аш. — Если бы мы его оставили в живых вчера, то сегодня уже отбивались бы от полчищ бородатых мужиков с огроменными топорами и плохим запахом изо рта!
—
— У инсубров культ смерти, — пояснил Брас. — Если они не ценят своих собственных жизней, то жизни всех остальных стоят для них еще меньше. Они считают, что жизнь и смерть это одно и то же. Они считают, что даже сон — это один из видов смерти, и что человек умирает каждый день с заходом солнца, когда ложится спать!
— Какая мерзость! — Хрианон вздрогнула.
— Вам бы они выпустили кишки просто ради забавы, — добавил Брас. — А может и дали бы помучиться пару дней.
К костру подошел Маш и уселся рядом, скрестив ноги.
— Мы прошли по следам инсубров, и нашли двух рабов с лошадьми, прятавшихся в овраге, — мастер-скаут невозмутимо отрезал ножом кусок мяса, жарившегося над костром. — Теперь беспокоиться не о чем.
Я смотрел на алые языки пламени, и в их неустанном танце видел лица мальчишек — инсубров. Какой отвагой и презреньем к смерти нужно было обладать, чтобы вот так, без всякого колебания расстаться с жизнью! Воистину, сражаться с этим народом было безумием!
Бросив в огонь щепку, я встал.
— Пойду, обойду посты, — сказал я товарищам. — Не ждите меня.
Аш вскочил было на ноги, но Маш потянул его за рукав, усаживая обратно.
Махнув рукой на прощанье, я двинулся через лагерь.
Корнвахи поставили палатки по родам. Этого никто не мог им запретить. Женщины и дети суетились вокруг своих мужей и отцов. Суровые воины смеялись, подбрасывая вверх младенцев. Огромные пятнистые собаки с визгом скакали вокруг хозяев. Старухи, разевая беззубые рты, пели заунывные песни.
Лагерь был шумным и веселым. Меня повсюду встречали белозубыми улыбками и приветствиями, приглашениями посидеть у костра и разделить трапезу. Я улыбался и кивал в ответ, но негде не задерживался.
У входа в лагерь стояли спешенные воины с копьями и щитами. Они никого не выпускали за ограждение из повозок. В темноте за воротами я разглядел силуэты всадников.
Корнвахи всегда были начеку. Командиром отряда стражи был один из младших братьев Оквахо. Он подбежал ко мне и что-то залопотал по корнвахски. Увидев, что я его не понимаю, он хлопнул себя по лбу, и засмеялся.
На голове у молодого воина была повязка, видневшаяся из-под теплой шапки. Что ни говори, корнвахам мужества было тоже не занимать! Если кто и мог пробиться сквозь земли инсубров, то только они!
Я
Миновав конных дозорных, которые стояли в полной темноте на расстоянии полета стрелы от лагеря, я направился к черной полосе леса, видевшейся на горизонте.
Изо рта вырывались облачка пара. Мороз щипал мои пальцы и уши, торчавшие из-под теплой одежды.
Зима была уже не за горами. Не пройдет и месяца, как все вокруг будет укутано белоснежным одеялом и через земли инсубров проход будет закрыт.
Я посмотрел вверх, на мириады холодных льдинок, висящих в бархатной черноте, и вздохнул. Мир вокруг меня был бесконечным и безмолвным.
Тоненький огрызок луны практически не давал света, но моей лошадке было достаточно и света звезд, чтобы безошибочно выбирать себе дорогу.
Удалившись от лагеря на приличное расстояние, я расчехлил Ивинена, с которым теперь не расставался ни на секунду, и поднял его вверх.
Копье запело тоненьким голоском, вибрируя у меня в руке. Казалось, что оно вытягивается к самим звездам, пронзая черный свод и впитывая их ледяной свет. Я призвал ману и устремился следом за копьем!
Мы поднимались все выше и выше! Туда, где неспешно плывут облака, да летают ночные птицы.
Я увидел лагерь кочевников, мерцающий мириадами огней, как опрокинутый небосвод, отражающийся в неподвижной глади реки. Мы поднимались все выше и выше, туда, где летают орлы. В заоблачную даль, которую посещают лишь драконы, да боги!
Горизонт изогнулся передо мной исполинской дугой. Я увидел черные леса, покрывающие земли инсубров, непроходимые топи и каменистые пустоши. Я увидел море и крепость Барр, далеко на горизонте.
Картина, представшая передо мной, была такой величественной и умиротворенной, что у меня захватило дух! Мои тревоги куда-то улетучились, а на груди забилась горячая Слеза Сердца.
Возвращение в свое тело было подобно падению с небес. У меня закружилась голова, а Ивинен издевательски захохотал.
Опасность была рядом, я это почувствовал сразу! Бросив нити маны во тьму, я тут же нащупал десяток воинов лежащих в густом кустарнике в ближайшей ко мне расщелине.
Шпионы наблюдали за мной. Одеты они были в теплые куртки, мехом вовнутрь, старомодные медные шлемы и поножи. Рядом с ними на земле лежали связки дротиков, и короткие копья с длинными как мечи лезвиями.
Я развернул коня и тихонько направился в сторону лагеря. Шпионы не шелохнулись. Они остались лежать на земле, неподвижные и молчаливые, как холодные покрытые инеем камни.