Черные холмы
Шрифт:
– Просто у каждого должно быть свое место, вот и все.
– Тут я тебя понимаю. У меня было то же самое, пока я не стала жить отдельно от родителей. Я редко сижу на месте, но, когда приходится возвращаться на ферму, всегда возникает чувство, что мне снова шестнадцать лет. Как бы ни радовались мы встрече, достигнув определенного возраста, человек должен жить самостоятельно. Иначе все время будешь чувствовать себя в чем-то неловко.
– На самом деле неловкости никакой, если не считать того, что тридцатилетний внучек должен жить отдельно
Лил постаралась сдержать смех.
– Это, конечно, так, но ситуации бывают разные.
– Ты стала серьезнее, - заметил Купер.
– Почти не улыбаешься.
– Пожалуй, - Лил старалась смотреть не искоса на него, а прямо перед собой.
– Мы оба не очень понимаем, как нам теперь держаться друг с другом. Все эти годы мы виделись урывками, а потом и вовсе не виделись, но теперь нам приходится жить практически рядом, общаться с одними и теми же людьми. Если честно, я не привыкла сосуществовать со своими бывшими.
– И много их у тебя было?
Тут она окатила Купера Салливана ледяным взглядом:
– Эта тема из разряда «занимайся своими делами».
– Пожалуй, нам стоит составить список нейтральных тем.
– Пожалуй.
Какое- то время они молча ехали по тропинке, петлявшей между сосен и берез. Все было как раньше, только воздух, вместо того чтобы радовать летним теплом, обжигал морозным холодом. Да и думали оба не о будущем, а о прошлом.
– Смотри-ка! Кошачьи следы.
Лилиан натянула поводья. В эту минуту перед глазами Купера мелькнула картина из прошлого: Лил в красной футболке и джинсах, с распущенными волосами. Вот она сжимает его руку, пока их лошади трусят бок о бок.
У нынешней Лил волосы были заплетены в длинную косу, и на Купера она даже не взглянула. Вместо этого Лилиан наклонилась вперед, внимательно изучая снег. Однако Салливан успел вдохнуть аромат ее волос - такой же свежий, как запах окружавшего их леса.
– А вот и олень. Она охотится…
– Ты хороший следопыт, но вряд ли способна определить по следам пол пумы.
– Просто я просчитываю возможности, - Лил выпрямилась. Было видно, что она забыла обо всем, кроме дела.
– Вот метки на деревьях. Это ее территория. Мы успели получить несколько снимков, пока камера не вышла из строя. Пума совсем молодая. Думаю, следующий брачный сезон будет у нее первым.
– Мы преследуем пуму-девственницу?
– Ей сейчас около двух лет, - Лилиан осторожно двинулась вперед.
– Она уже достаточно давно охотится отдельно от матери, но опыта пока недостает. Не исключено, что эта кошка находится в родстве с той пумой, которую я видела здесь много лет назад. Может быть, она кузина Малыша.
– Кто такой Малыш?
– Вообще-то он Рамзес… Самец пумы, живет у нас в заповеднике. Я нашла его вместе с двумя братьями здесь же. Возможно, их мать и мать этой, как ты выразился, девственницы были из одного помета.
– Полагаю, семейное сходство налицо.
– Анализ ДНК, Купер. Тот же метод, который используют
На краю поляны она остановилась.
– Олень, лось, бизон, -Лил указала на следы, отчетливо отпечатавшиеся на снегу.
– Наверняка она здесь охотится. Это значит, мне может повезти.
Спрыгнув с Рокки, Лил направилась к металлическому ящику, висевшему на дереве. Купер задержался, привязывая свою лошадь.
– Сейчас посмотрим, что с камерой, -Лилиан нагнулась и подняла со снега сломанный замок.
– Чья-то дурацкая шутка… Звери и погода тут явно ни при чем. Смотри! Кто-то сломал замок и выключил камеру.
Салливан внимательно осмотрел ящик, затем камеру.
– На сколько ее хватает?
– Эта делает шестьсот кадров… Я не понимаю, почему этот шутник ее не забрал. Просто развлекался, что ли?
«Может быть, и так, - подумал Купер.
– Но то, что камера перестала работать, привело сюда Лил. И она приехала бы одна, если бы я не решил прогуляться вместе с ней».
Пока Лилиан включала и проверяла камеру, а потом разговаривала по рации со своими сотрудниками, Салливан решил немного осмотреться.
Конечно, как следопыт, Лил могла дать ему сто очков вперед, но это не помешало Куперу обнаружить отпечатки сапог. Следы тянулись через всю поляну, а затем исчезли между деревьев по ту ее сторону.
Судя по отпечаткам и ширине шага, рост «шутника», если это действительно был тот, кто отключил камеру, составлял около шести футов 14 . Но это так, навскидку.
Купер окинул взглядом поляну, деревья, кусты и первые отроги гор. Здесь было полно укромных уголков, где человек мог разбить палатку, не привлекая при этом к себе внимания.
Не только пумы умели охотиться и устраивать засады.
– Я включила камеру, -Лил, как и Купер, внимательно изучала следы.
– Думаю, этот парень уже дома. Надеюсь, он ограничился только камерой, - она кивнула на какое-то сооружение, накрытое брезентом.
14
Приблизительно 1,8 метра.
При ближайшем рассмотрении конструкция оказалась клеткой.
– Мы в ней держим зверя, после того как подстрелим его шприцем. Надо ведь взвесить, измерить… Дверцу потом всегда открываем. Так, на всякий случай. Вдруг какое-нибудь животное заберется внутрь и не сможет выйти… Клетку оставляем здесь, чтобы не таскать туда-сюда. Вообще-то эта конструкция и сама по себе может служить ловушкой…
Купер молчал, и Лилиан заговорила о том, что их обоих сейчас больше всего интересовало:
– Этот тип пришел по той же дороге, что и мы. Пешком, по крайней мере последние полмили.