Черные дыры

Зуев Игорь

– Юлька, я Игоря видеть хочу, Игоря… – не забывается мне.

После этого прихода дедушки 30 августа 1985 года, на сороковые сутки после его смерти, я засобирался в Москву. А что мне оставалось? – жены в Магнитогорске я не нашел, вопросы задавать было некому.

Отгуляв с друзьями и получив от них заверения в вечной дружбе, я улетел в столицу.

В моей, теперь уже двухкомнатной квартире, хозяйничали жена с тещей.

– Ну, здравствуй, зятек, – раскрывая объятия, направилась ко мне мать жены.

Светлана,

сменившая еще до меня свою фамилию с Сошиной в девичестве на Левыкину, затем обратно на Сошину, тоже, как ни в чем не бывало, подбежала ко мне с другого боку, и я оказался в их объятиях. После того как высвободился из этих пут лицемерия, спросил у жены:

– И как? Понравилось тебе ходить по ресторанам?

– Каким ресторанам? – бросила она на меня удивленный взгляд.

– «Чайка», например, или «Волна».

Я смотрел на нее и ждал одного – когда же она расколется, чем выдаст себя?

– И кто тебе наплел эту чушь? – усмехнулась Светлана.

– Не чушь это, а правда. Могу даже числа посещения тобой этих заведений назвать, да и того, с кем ты там веселилась.

Я вновь, как и в прошлый раз, достал из кармана одно письмо и зачитал:

– Моя королева, я демобилизовался и очень рад тому, что ты решилась ко мне приехать. Муж твой… – далее шла грязная фраза в мой адрес. – И я сказал ей: – Ты, кажется, забыла, что обещала мне и моему отцу забросить этот эпистолярный жанр? Клялась, что это твоя сестра виновата в том, что послала ему в армию этот адрес? А ты отвечала лишь для того, чтобы старый друг не скучал. – И я пристально посмотрел ей в глаза.

– Доча, ну разве так поступают? – то ли сделала вид, что приняла мою сторону, то ли притворилась, что ничего не знает, ее мать.

– Мам, – повернулась к ней Светлана, – ты же его знаешь, мы с ним на танцы вместе ходили, учились. Я уехала в Москву, не сказав ему ни слова. Он так переживал… Вот я и послала ему несколько писем. Все-таки он в армии служил, а там так тоскливо бывает. Я и подумала, как бы с ним чего не случилось от этой тоски. У моей подружки парень повесился, когда она написала ему в армию, что вышла замуж.

– О, так ты у нас, оказывается дама благородная? – съязвил я.

– Ладно, зятек, – попыталась оттянуть на себя разговор теща. – Дура девка, что поделаешь, другой у нас с тобой нет. Пойдем, за приезд винца выпьем, все и рассосется.

– Не стану я с ней вино пить, – отказался я.

– С ней не надо. Со мной. Ей все равно уже нельзя.

– Что так? В Магнитогорске с Шиловым по ресторанам можно шляться, а со мной и выпить нельзя?

– А ты вспомни, когда ты ее последний раз видел?– спросила теща.

– Когда-когда… Я еще в госпитале лежал.

– Правильно. Но после последней вашей встречи как раз срок пришел, и она забеременела.

–

Оп-па! – вскинул я свой взгляд на жену и почувствовал, как у меня заныло под ложечкой.

«Нагуляла», – пролетело в моем сознании. Я-то знал, что, по законам человеческой физиологии, ничего такого не должно было быть.

– Интересно, как это могло случиться, если мы предохранялись? – высказался я.

– Значит, плохо предохранялись, – невозмутимо парировала теща. – Так что живите мирно.

Но она сама говорила мне: для того, чтобы я на ней женился, ее бабушка отвар из мышиных хвостиков делала. А Светлана подпаивала меня им.

– И ты, человек с высшим образованием, в это веришь? – удивилась теща.

– А как тут не поверить? Тогда не верил, а теперь вроде бы есть все основания верить. Я всегда хотел жениться только на москвичке, но будто бес меня попутал. На доброте моей она сыграла.

– Умница Булгаков, – отметила теща. – Во все виновен этот вечный квартирный вопрос.

– Булгаков не Булгаков, а кого ни спроси, все хотят жить в Москве. И тот урод с помощью вашей дочки решил устроиться в столице. Нужна Светлана ему, как собаке пятая нога. Москва ему нужна, Москва и только!

Теща сурово посмотрела на дочь и подтвердила:

– Ты поняла? Правильно все он говорит. – Затем, многозначительно посмотрев на меня, продолжила: – С этим мы разберемся, а пока что она беременна и аборт делать не будет. Так что вам повезло, и ты, как семейный молодой специалист, теперь можешь на полном основании закрепить за собой освободившуюся комнату. И вся квартира будет ваша. По закону о молодой семье.

– А разве Светлана не говорила, что я уже оформил и вторую комнату на себя? Осталось провести через исполком. Все документы и подписи собраны.

– Вот видишь? Все прекрасно! Квартира ваша, и это надо отметить, – подчеркнула теща, – А то, что кто-то, где-то, с кем-то видел, ну и что? Не в постели же. Наговор.

– Нет, – не уступал я, – видели ее с хахалем мои друзья Виктор и Вера. Они нас когда-то и познакомили. Так что им нет никакого резона наговаривать.

– Нет резона? – вступила в разговор жена. – Да они сами хотели бы жить в Москве.

– И что? – остановил ее я. – Откуда у тебя весь этот бред в голове появился?

– Виктор сам проговорился, когда мы восьмое марта отмечали.

Теща с удивлением посмотрела на меня.

– И ты решила переиграть все в свою пользу, – усмехнулся я, – бред какой-то.

– Ты разве признаешься? – Светлана, победоносно подняла голову.

– Даже если это и так, мне решать, кого прописывать у себя. Тебя здесь могло никогда не быть. А теперь, когда тебе, благодаря моему участию, сделали операцию, ты прозрела и творишь, что хочешь, – заметил я.