Черное солнце
Шрифт:
– С вами все в порядке? – поинтересовался Валерий.
– Кто тебя звал?! Лезешь не в свое дело. У нас любовь! – истерично закричала девица и зарыдала в голос.
Маркин опешил от подобного разворота сюжета, потом досадливо сплюнул и вернулся за столик к Доку. Тот ехидно ухмыльнулся и сказал:
– Излишний гуманизм и альтруизм до добра не доводят. – Он на секунду задумался. – Чего приехал-то? Не кофе же попить?
– И кофе тоже, – сказал Маркин и сурово посмотрел на товарища: – А приехал я ломать судьбу. И твою
Гриднев хорошо знал своего бывшего командира и тут же подобрался, поняв, что шутки кончились.
Маркин коротко изложил суть предложения от бывшего начальства, и, по мере рассказа, глаза у Дока все более разгорались от возбуждения, что случалось крайне редко.
– Согласен. Ну, ты выдал фишку! – воскликнул Док, как только Маркин закончил свой рассказ, и хлопнул ладонью по столу, как будто подписал договор. – А кто еще с нами?
– Дельфи, но ты его не знаешь, а еще Чича и Мартыш. Но с ними я еще не встречался.
– Согласятся, – уверенно заявил Гриднев. – А то занимаются черт знает чем.
– Это точно! – подтвердил Маркин. – Чича на нефтеперегонном заводе охрану возглавляет, а Мартыш пишет статейки в какой-то городской газетенке, журналистом заделался. Лишь бы не покалечил там кого-нибудь с его характером. Надо срочно парня забирать.
Костя Головко с позывным Мартыш, детина двухметрового роста с пудовыми кулаками, мог не просто морду набить, а быка свалить одним ударом.
– А ты… – Маркин акцентированно ткнул пальцем в грудь Доку. – Иди и увольняйся. В Москву поедем. Прямо сегодня.
– Но отрабатывать надо. Сегодня не получится. Недели через две.
– Получится, – возразил Валерий. – Твоему начальству все убедительно и подробно объяснят.
– Иду.
Гриднев, осознав, что Маркин вновь стал его командиром, воспринял его предложение как приказ. А приказы не обсуждаются.
Мартыш
Позывной Мартыш Константин Головко получил в наследство от младшей сестры. Он дразнил вертлявую девчонку, обзывая ее мартышкой. По ассоциации. Та дулась, обижалась, а однажды выдала:
– Если я мартышка, то ты мартыш.
Так они регулярно и обзывали друг друга. Об этом как-то прознали в школе, и прозвище закрепилось за Головко и там. Хотя Костя внешне походил скорее на бегемотика, а не на мартышку: толстый увалень, да еще и очкастый – предмет для школьных насмешек. Головко был домашним, книжным мальчиком, много читал, благо его родители трудились на ниве литературы и завели изрядную библиотеку. В школе его постоянно задирали, а иногда и били. Не сильно, но обидно. Костя терпел, терпел, а потом записался в секцию вольной борьбы, чтобы его научили отстаивать свое человеческое достоинство.
Тренер с сомнением посмотрел на толстого, неповоротливого мальчишку, но в секцию принял. И, как оказалось, не зря. Через год Костя клал на лопатки всех своих
– Оригинальная тактика, – удивлялся тренер. – Тактика одного удара.
Приставать к нему стали меньше, после того как он в школьном коридоре бросил через бедро своего главного обидчика. А в старших классах вообще стали обходить стороной. На всякий пожарный случай. Дело в том, что к шестнадцати годам Костя за короткое время из толстого увальня превратился в двухметрового верзилу богатырской комплекции и был переведен из среднего в тяжелый вес, участвовал в соревнованиях и занимал призовые места. После окончания школы он получил звание мастера спорта.
Несмотря на увещевания родителей, тяготеющих к гуманитарным дисциплинам, Костя поступил на химический факультет. Не потому, что его тянуло к химии, просто туда поступала его девушка. Она пролетела на вступительных экзаменах, а Головко прошел по конкурсу, после чего девушка пропала из его жизни. После окончания института он отправился служить в армию в звании лейтенанта – в институте имелась военная кафедра.
В военкомате, оценив комплекцию призывника, Косте предложили служить в Кремлевском полку. Так бы он и участвовал в протокольных мероприятиях и занимался шагистикой, если бы не его величество случай. И этим случаем оказался офицер спецназа ГРУ Валерий Маркин.
Иногда Костя брал отцовскую машину и ездил по городу. Однажды он попал в мелкую аварию, больше похожую на «подставу». Это и была «подстава». «Волга» не первой свежести ободрала бок его «Жигулей» и перегородила дорогу. Из нее вышли двое крепких парней. Костя не разбирался в подобных способах зарабатывания денег и тоже вышел, чтобы обсудить возникшую ситуацию.
– С тебя…
Один из подошедших парней в спортивном костюме и с золотым зубом назвал сумму, от которой у Кости потемнело в глазах.
– Но ведь я ехал по своей полосе… – пытался объясниться Головко, но его перебили:
– Ты чего, не понял? Гони монету. Гоша, объясни ему.
Названный Гошей, мало уступающий по комплекции Головко, коротко ударил его по скуле. Раз и два.
– Гони монету.
Костя был книжным мальчиком, добродушным и незлобливым, сам в драки не лез, но жизнь приучила его не оставлять без ответа подобные «наезды». В подобных случаях он заводился с пол-оборота и действовал моментально. Постояв пару секунд, он резко схватил Гошу за пояс и, как паршивого кота, выкинул его с дороги на тротуар. Следом туда же полетел фиксатый.