Черное солнце
Шрифт:
Пазаниус я Леонид посмотрели на него как-то странно, и в этот момент хрупкий покров действительности разлетелся с жутким треском, похожим на звук разрываемой плоти. Чёрные проломы разверзлись в стенах, открывая другие реальности. Воздух наполнился статическими разрядами, тучи ядовитых мух ворвались в пещеру из какого-то отвратительного зачумлённого измерения.
Страшные знания потекли в мозг Уриэля, когда он смотрел в чёрную щель, разлом в реальности. Он видел целые галактики, где миллиарды душ скармливались Повелителю Черепов, Богу Крови.
— Император, помилуй, — всхлипнул Уриэль, чувствуя, что
Жизнь когда-то торжествовала в этих галактиках, но теперь здесь царила резня ради насыщения Бога Крови, чьё настоящее имя шептал леденящий чёрный ветер из портала. Сила самого глубокого, самого тёмного красного… цель, воплощённая в одной-единственной руне и легенде о преданности… Кровь для Бога Крови… Хорн… Хорн… Хорн…
Одинокий крик тёмной и окровавленной родной души, союз ненависти и смерти. Он вернулся эхом из портала, эхом настолько громким, что с потолка подземелья посыпались камни. А потом раздался ответный крик кровавого приветствия, вырвавшийся из лужёной глотки Кровавого Сердца.
Из портала вырвался ослепительный свет, и закованный в силовой доспех воин ступил на затопленную кровью землю. Чёрный разлом плавно закрылся за вновь прибывшим, и существо, чеканя шаг, подошло к Кровавому Сердцу.
Прибывший по зову распространял вокруг себя мощнейшую ауру зла. Из-под забрала рогатого шлема лился болезненно-бледный свет, нечистый и осквернённый, расплёскиваясь как прокисшее молоко. На наплечниках красовались эмблемы Проклятого Легиона Железных Воинов.
Воин Хаоса нёс в руках огромный зазубренный клинок и пистолет с золотой гравировкой, и то и другое оружие несло на себе следы многочисленных битв. Уриэль откуда-то знал, что, мощные сами по себе, да ещё и усиленные благодаря чёрной магии, эти два предмета были самыми совершенными орудиями убийства, какие только можно представить.
Вентрис краем глаза уловил неуклюжую фигуру, хромающую по коридору, ведущему в пещеру. Капитан, вглядевшись пристальнее, узнал отвратительного Сабатиера. Железный Воин в мгновение ока выхватил пистолет и выстрелил в нескладное существо.
Пуля вошла в грудь Сабатиера и вылетела из спины, оставив между лопаток огромный развороченный кратер. Мортиций тихонько хрюкнул и упал наземь. Уриэль пожалел, что эта тварь погибла так быстро и без особенных мучений.
— Мы не можем справиться с ними обоими, — прошептал Пазаниус.
— Да уж, — согласился Уриэль. — Но, может, нам и не придётся. Смотри!
Облачённая в силовой доспех фигура опустилась на колени перед Кровавым Сердцем, но Уриэль видел, что это не просто выражение уничижительного поклонения. Демонический Железный Воин сложил оружие и развёл руки в стороны. Вдруг каждое сочленение его доспеха засветилось кроваво-красным. Кровавое Сердце молча купался в этом свете.
— Я вернулся к тебе, — донёсся высокий голос из-под тяжёлого рогатого шлема.
Кровавое Сердце развёл руки, повторяя позу воина, и, часть за частью, силовой доспех стал отсоединяться от коленопреклонённой фигуры и переплывать по воздуху к массивному демону.
— Да что же он делает, чёрт его побери? — не выдержал Леонид. По голосу было понятно, что он еле сдерживает панику.
— О нет! — прошептал Уриэль.
Он вспомнил
Железный доспех переплывал от странной фигуры, что уменьшалась с каждой утраченной частью. Несмотря на то, что Кровавое Сердце был намного крупнее этого воина, необъяснимым образом каждая деталь прилегала к мускулистой фигуре демона как родная. На этом волшебные метаморфозы не заканчивались, части доспеха меняли цвет и фактуру — железо превращалось в тёмно-жёлтую медь. Поножи и нагрудные пластины с лёгким позвякиванием встали на место, и наконец, дошёл черёд до оружия. Оно поднялось в воздух и тоже начало трансформироваться: пистолет и меч превратились в огромный боевой топор и плеть с тяжёлой рукоятью.
Наконец невидимые руки сняли с головы воина шлем и водрузили его на огромный рогатый череп демона.
Там, где только что склонил колени огромный гигант в неуязвимом доспехе, сейчас стояла жалкая, неприкаянная фигурка женщины, одетой в грязную и основательно потрёпанную форму Императорской Гвардии.
— Триста восемьдесят третий! — воскликнул Леонид.
— Что?
— Этот китель, — сказал Леонид, указывая на девушку. — Это униформа моего полка.
— Этого не может быть, — сказал Уриэль. — Здесь?
— Да я уж знаю форму своего полка, чёрт побери! — рявкнул Леонид. — Я иду к ней.
— Не будь дураком, — сказал Пазаниус, хватая Леонида за рукав.
— Нет! — запротестовал полковник, пытаясь сбросить руку Пазаниуса. — Ты не понимаешь, она, возможно, последний человек из Триста восемьдесят третьего. Мне надо идти за ней!
— Но ты погибнешь!
— Ну и что с того? Я всё равно рано или поздно погибну! — закричал Леонид. — И если мне суждено окончить свои дни здесь, я хочу погибнуть вместе с однополчанином. Вспомни, что ты говорил, Уриэль! Мы не можем умереть своей смертью, но иногда нам дано выбрать место и время!
Уриэль кивнул, осознав, что чувствует полковник, он понял, какая безысходность терзает его душу.
— Отпусти его? — произнёс капитан.
Пазаниус ослабил хватку на плече Леонида, и Ультрамарины смотрели, как полковник бежит к маленькой женщине и берет её на руки. В этот момент витые, венчающиеся бронзовыми наконечниками рога срослись со шлемом демона, и его слияние с доспехом завершилось. Глаза Кровавого Сердца засияли новообретенной целью и осознанием происходящего, он поднял голову, втянул воздух и плотоядно улыбнулся. И в самом деле, он здорово проголодался.
— Псайкеры! — проревело адское создание, поворачиваясь к ряду саркофагов, что окружали озеро из крови.
Клетка подъёмника быстро спускалась на нижние уровни Халан-Гола, древний механизм и магия были искусно скомбинированы таким образом, что спуск и подъем осуществлялись с невероятной быстротой. Но Хонсю знал, что всё равно это недостаточно быстро. Волшебный барьер, что защищал крепость, ещё удерживал напор магов Торамино, но комендант понимал, что это не продлится долго без поддержки Кровавого Сердца.