Чернильные стрелы
Шрифт:
Уши Прайло полыхнули алым цветом. Начальник был единственным человеком, с которым он вообще не контролировал свои эмоции.
– Рассказывайте.
О чем?
Но вслух этот вопрос господин Варконне, естественно, не задал. Больше всего Кайло Шмарсси не любил глупость и несообразительность подчиненных. Поэтому Прайло поерзал на стуле и ровным голосом начал доклад.
– Три десятины назад я по Вашему указанию выехал из Лиссано в пограничный Дросс. Впрочем, Вы это и сами знаете. Выехал я как обычно, под видом податного инспектора, меня в этой должности в некоторых местах знают, личину я
Вастер кивнул. Сотрудничество с податными было налажено давно, и знали об этом очень немногие. Но зато личины для его сотрудников получились знатные.
– Доехать успел до Арли, где и получил Ваше послание соколиной почтой.
– Что-нибудь необычное?
Этот вопрос был ожидаем и пугал больше всего. Вастер Шмарсси несколько лет назад ввел практику таких вот инспекционных поездок через половину королевства с единственным наказом: высматривать все необычное, что выбивается из устоявшегося уклада жизни. Надо было подмечать странное поведение людей, какие-то неожиданные события или рассказы. Удивительно, но свои результаты такие вот бесцельные поездки давали. То выйдут на соглядатая, вроде бы вросшего уже в местную жизнь, то наткнутся в страшных историях на ночь, которые любят рассказывать крестьяне, на следы, оставленные чародеями давно забытых времен. А следили эти мерзавцы обычно отменной пакостью.
– Не сказал бы. Вот только…
Начальник помолчал, давая время собраться с мыслями. Прайло наконец поймал нужную мысль и так же ровным голосом рассказал
– Из Контрарди я поехал по старой дороге через Контрал. Там совсем заброшенный тракт есть…
– Я знаю.
– Да… Конечно, извините… Так вот, в одном местечке, в гостинице…
– В Буткане? – приподнял бровь вастер.
– Д-да. А откуда…
– Там только одна гостиница.
Осведомленность начальника Черного стола поражала. Казалось, он в свои неполные пятьдесят побывал везде. И никого не должна была смущать его внешность дородного пекаря. Розовощекий, низкого роста вастер мог без устали на своих кривеньких ножках пройти пешком от холодного Увимо до южных портов, и только в конце пути присесть выпить водички и промакнуть платочком лысину.
– Да, именно там. Так вот, я встретил там странную парочку. По виду – торговец-механик из Контрарди. В его телеге были всякие сломанные механизмы, я проверил тихонько. Но вот его спутник…
– Что его спутник? – поинтересовался вастер Шмарсси.
– Он был очень странно одет.
Кайло Шмарсси улыбнулся. О способности Прайло Варконне произвести впечатление одеждой самых диких расцветок ходили легенды. Сам агент объяснял это тем, что запомнят скорее его наряд, но не лицо. И доля истины тут была.
– Не так как я порой, – догадался о причине усмешки начальника Прайло. – У него была одежда необычного покроя и из ткани, которую я определить не смог. Вернее, штаны были из плотной саржевой ткани…
– Саржевой?
– Да.
– Моряк?
– Нет, не похож.
– Ладно, продолжайте.
– Его… камиза… У нее странный крой… Есть карандаш и бумага?
Вастаер открыл свою сумку, лежавшую на соседнем стуле, достал оттуда тетрадь, из которой вырвал один лист.
– Хмм… Забавно. Штаны из плотной саржи, странная камиза…
– И вот эта камиза сделана из чего-то совсем непонятного. Я даже сумел потрогать при прощании и не знаю, я такой ткани точно не встречал. Не знаю, из чего она сделана. Еще на ней странные рисунки, – агент по памяти воспроизвел узоры на груди и спине.
Он несколько раз глубоко вздохнул, сосредотачиваясь, и вызвал в памяти образ человека из гостиницы.
– Вот. Причем я уверен, что это какие-то письмена. Видите: вот этот, этот и вот этот узоры повторяются, – Прайло показал на три, как он предположил, буквы, на груди и на спине.
– Да, странно, – согласился вастер Шмарсси. – Хотя это не преступление.
И он постучал пальцами по столу. Так часто бывало, когда какое-то донесение откладывалось у него в памяти и бралось на заметку.
– На ногах была такая обувь, – несколько быстрых штрихов, – тоже не понял, из чего сделана. И очень гибкая: он, когда шел, подошва очень мягко сгибалась. А еще он не говорил по-нашему. Механик в разговоре с хозяином гостиницы сказал, что это его какой-то потерянный родственник, которого он подобрал в Арли потерявшим память и немым.
Вастер молчал, поэтому Прайло продолжил:
– Человек нормально ел, но ничего не говорил. Смотрел газету, но, по-моему, не понимал написанного. При этом он не выглядел дурачком. Он как будто и вправду потерял память.
После некоторых раздумий Кайло Шмарсси подвел итог своим мыслям:
– Что ж, интересно. Мог и в самом деле потерять память. Странная одежда… Кто его знает, где носило. Хотя я согласен с Вами, это очень похоже на незнакомые буквы. Механик из Контрарди?
– Да, и с хозяином гостиницы он явно знаком.
– Что ж, думаю, это и в самом деле механик из Контрарди, – вастер сделал пометку в своей тетради. – Ладно, это все очень интересно, но вряд ли по нашему прямому профилю. Может, как-нибудь займемся, но сейчас у нас дела поважнее. И эта пара точно не имеет к ним никакого отношения.
Прайло выпрямился и приготовился внимать начальству. Интересно, куда на этот раз его пошлют. Только бы не на юг, где солнце плавит камень мостовых, а уж мнимого податного инспектора – и подавно.
– Значит, так, – вастер Шмарсси встал и махнул рукой, приказываю господину Варконне следовать за ним. – У меня есть основания полагать, что в Лейно объявился некий человек, у которого есть некие бумаги. Бумаги эти представляют чрезвычайную важность, и мы должны… нет – обязаны! –их перехватить.
Вастер ступил на лестницу и Прайло посеменил по ступенькам вслед за ним, чуть ли не тыкаясь носом в спину.
– Но… зачем Вам я?
Вопрос имел полное право на существование. В конце концов, Прайло Варконне – агент-соглядатай, глаза и уши, но никак не солдат! Точно не его дело перехватывать кого или что-либо. По большому счету, он и драться-то не умел, справедливо полагая, что в случае опасности его скорее спасут длинные ноги или жалостная речь вкупе со скорбным выражением лица.
Вастер резко остановился и успел обернуться, поэтому Прайло все же впечатался в него носом, но уже в живот.