Черная валькирия
Шрифт:
Пресс-конференция покатилась дальше, вопросы, ответы. Аннабель отметила, что Геллерт держался хорошо, с достоинством, отвечал четко, ясно, по делу. Она уже решила выключить видеовизор, но тут прозвучал вопрос, заявленный, как последний:
— Ваше Высочество, просили личных вопросов не задавать, но все же спрошу, так как это вопрос не совсем личный, — корреспондент, молоденькая девушка из молодежного журнала с Паванны, жутко покраснела, — вы собираетесь жениться? Вам же нужны наследники! Сейчас у вас есть брат, но и своих же хочется! — Все засмеялись.
Геллерт тоже усмехнулся и просто сказал:
— Собираюсь. И уже сделал предложение. Официальная помолвка состоится, когда мама будущей невесты сможет приехать на Обен. Я пока уехать с планеты не могу, сами понимаете!
— Да-а, — грустно протянула девушка, вызвав очередной взрыв смеха, — а на ком,
— Не будем разочаровывать ваших читательниц! Мою невесту зовут Элеонора Этерлинг. Здесь она не присутствует, смотрит по видеовизору. Слишком волнуется.
— Спасибо!
На такой веселой ноте мероприятие закончилось. Аннабель выключила видеовизор и задумалась.
Глава 27
Обен.
Все закончилось. Можно вздохнуть свободно. И выслушать приговор строгого судьи. Будущего тестя. Не разочаровал ли он его? Эльриан обещал смотреть с балкона, вместе с Норой. Что ему сейчас скажут? А впереди еще почти два месяца до проклятого референдума, как же ему хотелось его проиграть! Только проигрыш этот будет только для всех, кроме него. Для него это выигрыш. Выигрыш того, чего у него никогда не было. Нормальной человеческой жизни. Любви, семьи. Нора говорила, что Эльриан хотел сделать наследницей ее. Она достойна, а он был бы при ней консортом, помогал, поддерживал. — «Спрятался бы за бабьей спиной! — прозвучал противный внутренний голос, — Опомнись, ты за спины других никогда не прятался. Так что бери себя в руки и вперед, приводить в порядок Обен»! С императором Гелл встретился в коридоре. Вернее, вначале ему на шею бросилась Элеонора.
— Гелл, я так рада, ты был такой, такой… Настоящий правитель, на своем месте! Ты обязательно выиграешь этот референдум!
— Поздравляю с первым боевым крещением, Геллерт, — более спокойно, чем дочь, высказался Эльриан, — и к чему такой похоронный вид? Кстати, осмотрел дворец, надо высказать большое спасибо твоей бабушке, она привела его в порядок на славу, и за такой короткий период!
— Да, я уже поблагодарил ее, ей было проще, чем кому-либо, ведь она столько лет была здесь хозяйкой! Я уже думаю переезжать сюда, не стоит злоупотреблять вашим гостеприимством!
— А вот тут ты не прав. Гостеприимством ты не злоупотребляешь, а безопасностью пренебрегать нельзя. Конечно, принимать посетителей и проводить совещания и проще, и пристойнее во дворце, но ночевать милости прошу ко мне. Ночь — идеальное время для покушений. Все-таки охрана — люди, и ночью могут слегка расслабиться, придремать, и пропустить что-то важное. Да и какую-нибудь пакость от дамы до бомбы проще подложить в кровать. Уследить сложно. Правда, завтра обещали доставить заказанных андроидов, но требуется время на их настройку и им тоже, на знакомство с помещениями. Так что на ночь будь добр возвращаться на крейсер. А сейчас поехали, отдохнешь, отметим событие и скорый отъезд родни на учебу. Заодно расскажешь, что тебя тревожит!
Ужин прошел спокойно, даже весело. Эвелина шутила, поглядывая на мужа, что Рон просто счастлив, что уезжает с Обена. Геллерт смотрел на него с сочувствием, он лучше других понимал неприязнь принца Итонии к планете, на которой, хоть и на короткий срок, оказался не человеком, но бесправным существом, стоящим ниже скотины. После ужина Эльриан пригласил Геллерта в свой кабинет, на беседу. Расположились в креслах напротив небольшого столика, император предложил напитки. Гелл неожиданно для себя выбрал коньяк. Хотелось расслабиться.
— Ну и в чем дело, Геллерт? — вдруг резко спросил Эльриан, — общение с прессой прошло на уровне, проблем не было. Почему ты как в воду опущенный? Сейчас не время опускать руки, наш козырь — не разговоры, а дела. Только так ты выиграешь референдум!
— Я не хочу его выигрывать! — неожиданно для себя самого вырвалось у Геллерта, — поймите меня правильно, я не хочу брать власть не Обене, не хочу короноваться, и взваливать на плечи этот груз! Эту планету не вытащишь из той ямы, куда ее столкнули и за несколько десятилетий! Это значит, что всю оставшуюся мне жизнь я буду разгребать эту помойку. Эльриан, я собственно жил нормально менее 10 лет, потом изображал слугу собственного отца, тот заставлял учиться любую свободную минуту, словно подозревал, что их у нас с ним осталось совсем мало! Потом год у графа Орински, с непонятным статусом, все время ждал подвоха, потом продажа, о том времени мне вспоминать страшно, не то, что рассказывать! И финал в руках Каруса. Что я
— Ты можешь не верить, но я тебя понимаю! Конечно, у меня не было в жизни таких трагических личных моментов, но и драмы хватало, да и трагедия была. На меня планета свалилась, как я уже говорил тебе, в неполные 20 лет, до этого я готовился встать во главе Военно-Космических сил Элланы, но не к императорству. Семью убили у меня на глазах, заработал нервный срыв, да еще первые сутки изводил себя мыслью, что виновен в трагедии, заигрался, допустил ошибку. Я почти год подыгрывал заговорщикам, наконец, выведал их планы, сообщил нашим, а они все переиграли. Пока выяснили причину, все дело было в нескольких глупых фразах, сказанных не вовремя, а я терзал себя, что дело в моей ошибке. И, знаешь, тоже была мысль бросить все. Наследник есть, племянник. Отречься, уехать, у меня была супербогатая жена, она предлагала, но не смог. Дал клятву отцу перед его смертью не бросить планету, вот до сих пор ее держу! Так что минуты слабости бывают у всех. Но у каждого из нас есть долг, и он не дает отступить, спрятаться за чужую спину. Так что держись. Тебе повезло. У тебя будет Элеонора. Что скрывать, я воспитывал из нее свою преемницу. У нее есть и воля, и умение подчинять людей, и голова на плечах. Не смотри на те глупости, что она здесь наделала. Кстати, это и из-за тебя тоже! Хотела таким образом привлечь твое внимание. Действовала не разумом, на инстинктах. Так что она поможет. Жаль, но мне придется дождаться внуков, и уже воспитывать кого-нибудь из них. Близнецы не лучший вариант для правителей. Сейчас дружны, а что будет потом, неизвестно, права у них практически равные. Так что и у меня рушатся планы спокойной старости! Страдать будем вместе, если тебе от этого легче.
— Какая у вас старость! Вам до старости, как до звезд! И у вас есть брат Элеоноры, Эдвард!
— Эдвард не годится в правители! У него нет ни характера, ни воли, ни собственного мнения. Слава Богу, хватило ума порвать с совсем не подходящей ему девушкой. Такой же безвольной и ко всему прочему, ленивой. Так что ему я планету не оставлю! Но это между нами, конечно.
В этот момент их разговор прервали. Должили о прибытии яхты с Терры. Привезли андроидов. Неожиданно на яхте прилетел и Эдвард. Элеонора удивилась — неужели она была права, и у Эдварда и Миранды что-то получится? Точно. Эдвард объяснил, что был на практике на Паванне, но застал только двух внучек Виттории, Мирабеллу, и Монику, а их сестра, Миранда записалась добровольцем в отряд, принимающий участие в освобождении Обена. Вот он и прилетел с оказией, проведать девушку, по просьбе ее бабки. На что Элеонора пояснила, что они с Мирандой работают в одном госпитале, правда, в разных отделениях, и так получилось, что в разных сменах. Поэтому Миранда сейчас на работе, но вечером ее можно застать на корабле ее отца, Адемира, который стоит по соседству. Эдвард, только поприветствовал отца, и тут же вспомнил о письме, которое Виттория попросила передать сыну, и понесся на штабной корабль Паванны. Эльриан проводил его задумчивым взглядом.
— Нора, Миранда, это та самая рыжая бестия, что вместе с тобой устроила авантюру в подземелье?
— Да, папа, это она.
— Что-то я не заметил, что она толстушка!
— Что ты, Мира занимается альпинизмом, экстремальным альпинизмом, то есть подъемом на горы без страховки и технических средств, куда же ей быть толстой! Формы у нее аппетитные, это да, но она не толстушка, в отличие от сестер — своей двойняшки Мирабеллы и старшей, Моники.
— Она учиться?
— Да, учится, как ни странно, на Геологическом. Там и увлеклась альпинизмом. Для геолога полезно. И, кстати, единственная под своим именем. Сказала, что никому в голову не придет, что внучка Виттории может стать геологом!