Черная Пасть
Шрифт:
– Злость в тебе кипит, Брагин, - подтрунивал Ягмур, когда разговор перешел опять на установку печи "кипящего слоя", с которой был связан Завидный.
– Не хочешь согласиться, что он обскакал нас с тобой на байге - на скачках жизни. Пожалуй, обскакал. И вот бесится джигит брагин. Да, Завидный - ловкий, с толком все делает. Поневоле позавидуешь. И приятный человек. Говорится же: если руки в масле, пригладь волосы. У него сейчас - масленица!
– Ну и народец!
– криво, через силу улыбнулся Сергей.
– Садись на передок, бери руль! Вези. А я, видно, никуда не гожусь... в люльке поеду.
– Слышь,
Неспроста Брагин передал и вручил свою судьбу Ягмуру: сын чабана Борджака и бухту знал, и на своем мотоцикле мог бесом летать по самым непроходимым дорогам.
А сейчас начинались те самые места, которые, по всей вероятности, и находятся у черта на куличках. На соляном подтаявшем катке появились твердые наросты и наплывы, оставленные нагонной рапой в пору буйных ветров и шторма. По застывшим волнам мотоцикл бросало и било хуже, чем лодку в море. Однако не это таило главную опасность. Всюду подстерегали полыньи, карстовые воронки, возникавшие в разных местах и внезапно. В слепящем сиянии солнца и слитков соли такая полынья могла оказаться незамеченной совсем рядом, и тут хватка и чутье Ягмура были просто необходимы.
Лучшим ориентиром в этом разгуле света и призрачных видений на волнах знойного половодья была толстая, тёмнокрасная плеть трубопровода, уложенная прямо на твердый соляной наст. Этот внушительный водопровод брал свое начало у головных источников, оснащенных насосами, и уползал к земляным ваннам "горного цеха". Свою службу прожорливый трубопровод пока не нес и только испытывался, но внимания к себе требовал ничуть не меньше, если не больше, других опорных пунктов промыслового хозяйства комбината. Именно рапозаборники, водовод и "горный цех" должны были обеспечивать громоздкие печи сырьем - мирабилитом. Жерла железной махины почти пустовали и наполнялись тяжелой рапой лишь тогда, когда пускались в ход насосы и опробовались распылители.
– Во время аварии успел отключиться этот удав?
– спросил Брагин, когда мотоцикл огибал выпяченное колено трубопровода.
– А когда он бывает включен?
– сказал и недовольно сплюнул через плечо Борджаков.
– Три начальных скважины едва дышат, а десятая вовсе заткнулась. Ты, Брагин, начальник производственного отдела, должен знать!
– Говорил вам - за фильтрами следите, - сказанные тихо и вяло, эти слова не вызвали у Борджакова никаких возражений и заметных эмоций. Брагин и не стал продолжать разговора, ставшего в тягость. Привстав в люльке, он спросил:
– Что там впереди?
– Прямо - пятый колодец. Узнаешь его в мареве?.. А правее - шестой заборник. Он самый... Провальный. Люди около него, как у свежей могилы...
– Туда глянь, за насыпь!
Обернувшись, Ягмур только сейчас заметил мчавшийся газик.
– Метановский дозор!
– Провозжались с твоей трещоткой. Жми!
– Неужели обогнали?
– не сразу сдался Ягмур. Помахав рукой водителю Оразу, притихший Брагин ткнул Ягмура в бок:
– Не зря подкалывает Метанов: мы с тобой во всем - напрямик!
– Хочешь пересесть в его арбу?
– Ну и дурачина ты, Ягмур!
– рассердился Сергей. Замолкли до конца пути. Остановились у самого края зловещего зеленого разлива вокруг огромной воронки. Люди стояли с наветренной стороны и смотрели под ноги... Казалось,
Соскочив с мотоцикла, Брагин пошел прямо на толпу. Еще не видя ничего в подробностях, он почувствовал - свершилось непоправимое. Перед ним молча расступились. Глядя прямо перед собой и не видя ничего, кроме плавающей на поверхности разлива пустой спичечной коробки, Брагин дошел до подвижной, маслянистой губы, выпукло вытянутой и медленно слизывающей человеческие следы с соляной наледи. Холодная губа шевелилась, наползала на дымившийся окурок...
Оторопевший Сергей Брагин засмотрелся в зеленый сумрак воронки и не заметил, как заступил в воду и залил туфли. Ветер с силой гнал спичечный коробок на другой край небольшого, вытянутого озерка, но стремительный волчок воронки не отпускал от себя, и коробок быстро вращался, превратившись в синий кружочек. Мелькающий пятачок - это все, что осталось от тесовой будки, в которой стоял насос и мощный электромотор. Сильное вытяжное устройство, сделанное добротно и надолго, выдерживало штормовой натиск нагонной рапы и набеги шальных орд пустыни, но рухнуло от невидимой напасти. Не мог машинный заслон противостоять подземной слепой стихии, от которой пока не было спасенья. Люди даже не успели толком разобраться, что же произошло, хотя не первый раз встречались с карстовыми провалами. Слесарь возился у подводящей трубы, а моторист заменял изогнутый рожок замерного стекла..
Все произошло мгновенно, как в землетрясение: будка качнулась, дрогнула и, накренившись на угловую бревенчатую опору, повалилась, пошла вниз... Казалось, тяжелая установка тонула не под своей тяжестью, а ее увлекала в преисподнюю зубастая, цепкая дьявольская сила. Моторист едва успел выскочить из потонувшего деревянного колокола. Только что была под ногами крепкая опора, соляной пласт, в котором скважину сверлили специальным буром, и вдруг - разверзлась пропасть и втянула всю громоздкую рабочую колонку... И вот коробок спичек, который недавно держал моторист в руках, чтобы прикурить, остался единственным вещественным доказательством при разборе страшной истории. Коробочка мелькала и кружилась на поверхности крохотным поплавком.
– Клюет, стерва!
– услышал Брагин за собой чей-то неунывающий голос.
– Тяни, подсекай!..
– Так клюнет, что чесать устанешь!..
– И отчего такая погибель? На ровном месте яма роется. Кого ни спрошу, ни один соледобытчик не может толково пояснить. Кто роет воронки и почему именно там, где мы со своей механикой колупаемся?..
– Снимай с себя стильные дудочки и ныряй! Достанешь свою будку, тогда поймешь.
– Ну и вострячок ты, Лимон, нешто у дьявола из пасти достанешь?
– Попробуй, у тебя бородища стильная, как у водяного!
– Не водолаз я...
– То-то, далеко куцему до зайца! Сейчас вот начальник производственного... Брагин запросто всю астролябию достанет! Расступись, братва, наш Денисович будет принимать соленую купель!
– Оно и недурно от ревматизма!
– А кто строил эти избушки на курьих ножках?
– Строили - я те дам! Но вот беда: в подземелье кто-то дурачится!
– Грымза ты старая, головой думай, а не багажником! Брагин же говорил, что под будку надо опоры подводить.