Черная осень
Шрифт:
– Ты молчи, дурак! Дойдет до Тигреныша – кровью умоешься!
Яна так поняла, что Тигренышем прозвали «кожаного». А что, похож чем-то. Глаза такие, медовые, волосы черные, кожа смуглая… Кавказец?
Здесь это называется «горец». И горы – не Кавказ, а Ферей. Ферейские горы, и здесь не кавказцы, а фереи.
Впрочем, мысли никак не мешали Яне. Шаг вперед, еще один – и упасть на колени в дверном проеме.
Риск, конечно. Но если она так не сделает…
Черт, ну не икс-вумен она! А как хорошо
– Тебе, Хелла!
Пистолет не дрожал.
Их было двое. Всего двое. Мало.
Яна выглянула в окно.
Ага, а вот и автомобили. Местные, как принято здесь – больше похожи на кареты с колесами. Один, два… не так много!
Яна обратилась к воспоминаниям Анны.
Была охрана?
Была. Общим числом восемь человек плюс приехавшие.
Считаем.
Четверо наверху, двое внизу, а в каждом автомобиле может поместиться минимум четверо человек. Еще десятерых надо где-то найти.
Яна быстро оглядела комнату.
Бедный доктор Шеин. Бедная Санна. И слуги… дядька Архип, Венна, Тайра…
– Сенька, я тут…
Что он тут – договорить мужчина не успел. Яна стреляла без предупреждения.
– Тебе, Хелла.
И еще один труп валится на пол.
А где могут быть остальные бравые рыцари Освобождения?
Дура.
Наверх пошли самые проверенные. Это понятно. Чуть менее доверенные остались со слугами. Несколько человек – хотя бы двое должны остаться в машинах. А есть еще конюшня, есть еще территория…
Это что – ей тут перестрелки устраивать? У Яны аж волосы на голове зашевелились от ужаса. Она не потянет! Она просто не справится, а умирать-то и нельзя. Никак нельзя…
Ладно.
Вряд ли кто пошел на территорию. Конюшня? Да, безусловно. И есть же еще храм…
Для начала надо обойти дом. А там разберемся, что делать дальше.
Яна злобно ухмыльнулась и принялась перезаряжать оружие. Интересно, не найдется ли у покойничков патронов для ее револьвера? Еще одного?
Если будет – она готова их даже простить… немножко. И лично помолится за усопших. Можно даже два раза.
А если нет?
Хелла, приятного аппетита.
Показалось Яне – или она услышала рядом знакомый ледяной смешок?
Не важно!
Ага, а вот и еще один револьвер, правда, другой модификации, Яна с такими раньше не встречалась. Небольшой, явно для скрытого ношения…
Ладно.
С нее две молитвы.
В доме оказалось еще четверо негодяев. Два в кабинете, один на кухне, еще один в ватерклозете. А что – герои не люди, что ли? Живот прихватило у подонка от сильных чуйств!
Проблем у Яны не возникло ни разу. Она просто шла и стреляла.
Невероятно?
Вот что значит – инерция мышления! Даже убийцы от нее не застрахованы!
Император
Этакое…
Благородная дама должна быть гибридом между трепетной нимфой и ледяной статуей, вот императорских дочек так и воспринимали. Скользили по дому этакие тени, которые даже по морде в ответ на наглость дать не могли.
Яна вспомнила, какими взглядами провожали девчонок охранники, – и взбеленилась.
Ненадолго, правда.
Она еще в лесничестве одного такого едва в болоте не утопила – природу пожалела. Еще змеи передохнут, лягушки потравятся, да и пиявок жалко.
А тут…
Ты – мужик!
Отец, наконец!
Да Янин отец, когда ему на Яну тот козел жаловаться начал, только и сказал: «Дочка добрая. У меня б не вышел ты из леса». Доходчиво получилось настолько, что ублюдок еще до конца дня уехал, половину барахла забыл, пришлось почтой отправлять. А тут что?!
Мало того, семью на убой притащил, так еще и рот открыть боялся?!
Ничтожество!
Яна быстро пересчитала убитых.
М-да, с Хеллой она уже расплатилась. Четверо есть, даже с перевыполнением плана. Всего десять человек, отлично.
А сколько надо?
Если б она знала, сколько приехали на авто! Но память Анны молчала…
Попробовать сравнить убитых с воспоминаниями?
Нет, бессмысленно. Анне так по мозгам шарахнуло, что картинки как сквозь кривое стекло видны. Ладно.
Надо бы наведаться к машинам и в часовню. А как? Идти по пересеченной местности? На виду у всех?
Хотя зачем же такие проблемы? Есть черный ход.
Вот туда Яна и отправилась.
О, замечательно!
У черного хода стоял еще один человек с оружием. Стоял, поглядывал по сторонам, остро так, серьезно…
Яна поступила, как рассказывали. Взяла в углу швабру, толкнула дверь, а сама отступила в темноту. В угол…
Мужчина поступил так, как она и предполагала. Повернулся, потом оглядел окрестности, толкнул дверь…
Ага, и прекрасно был виден черный силуэт на фоне светлого прямоугольника. Яна всадила в него две пули, как в тире – в живот и в голову.
Даже не задумалась.
Седьмой, девять осталось. Примерно.
Теперь в часовню.
Конечно, идти по прямой Яна не могла. Да и не собиралась. Она тут что – в мишени нанималась? До часовни было метров двадцать, не так много, но ведь пройти расстояние надо.
Яна плюнула – и принялась избавляться от юбок.
От лифа не надо – под ним жилет с драгоценностями. В изгнание император и его семья тащили на себе несколько килограммов ценных побрякушек. Чтобы уж точно не жить бедными родственниками.