Черная луна
Шрифт:
— Ты… Ты убил его? — с замиранием сердца, тихо спросила Лира, слегка побледнев.
— Если бы, — вздохнул оборотень, — паразитов вроде него так легко не прибьешь, здесь целая система нужна. Ну и черт с ним. Пусть живет и мучается сознанием того, что он слабак.
— Значит, тогда, на кладбище, то, что я видела на могиле, — нерешительно произнесла девушка, — этот портрет на надгробии…
— Дернул же тебя черт оказаться именно на этом кладбище и именно рядом с этой могилой, — с грустной усмешкой проронил Айво, посмотрев на стену невидящим взглядом. — Да, это была моя семья… Точнее, то, что от нее осталось…
— Но… Как…
— Ее
— Ты очень любил ее? — тихо спросила Лира, ласково проводя рукой по его взъерошенным волосам.
— Даже больше, — в потемневших глазах Айво промелькнула сильная боль, — я обожал ее…
— Как же ты смог жить дальше после такого?.. С такой страшной болью?.. Один?..
— А что мне оставалось делать? Я влюбился в зеленые и солнечные миры Поднебесья, а когда жизнь полна приключений и опасностей, когда начинаешь беспокоиться о собственной шкуре, боль, как бы сильна она ни была, притупляется. Моя мать всегда говорила, что жизнь прекрасна и удивительна, и надо любить ее такой, какая она есть, и ценить каждое мгновение, которое нам дарит судьба. А, кроме того, я всегда бы слишком самолюбив, чтобы добровольно лишить себя жизни и всех ее радостей.
— Как ты можешь говорить о таких серьезных вещах в шутливом тоне? — поразилась эльфийка.
— А ты что, предлагаешь сидеть здесь, плакаться тебе в жилетку? Думаешь, мне легко играть роль шута, клоуна и неисправимого оптимиста, когда я вот уже семьдесят лет вижу по ночам один и тот же страшный сон?!
Лира молчала, не сводя с него взгляда, полного искреннего изумления и растерянности. Оборотень, вскочив на ноги, нервно прошелся по тесной комнатке, отчаянно пытаясь взять себя в руки, и когда он повернулся к девушке, на его относительно спокойном, но сильно побледневшем лице застыла горькая улыбка.
— Прав был Ройс, когда однажды назвал меня циником. Наверно, в жизни для меня действительно нет ничего святого. — Он тяжело вздохнул и посмотрел в окно. — Вот и завтра нас казнят, и я перестану мучиться, забуду обо всем…
— Так ты и законы смерти ни во что не ставишь? — ахнула девушка: оказывается, она совершенно не знала своего приятеля, хотя путешествовала с ним уже около месяца.
— Знаешь, чудо, если бы тебя пытались убить столько же раз, сколько меня, ты бы тоже пересмотрела свои взгляды на смерть, и на жизнь в том числе, — философски заметил Айво.
— И сколько раз?
— Не знаю, не считал, — оборотень равнодушно пожал плечами, — примерно столько, сколько тебе лет.
— А откуда ты знаешь, сколько мне лет?
— Не больше полтинника, я думаю.
— А вот и нет! Мне, между прочим, через три месяца будет сто!
— Врешь! — не поверил Айво. — Ты не можешь быть младше меня на какие-то жалкие пятьдесят лет!
— И не вру вовсе! — защищалась она.
Их спор был прерван открывшейся дверью, и в комнату вошла зубастая акула с едой.
— Королева просила передать, что завтра на рассвете вас утопят! — торжественно объявила она, поставив поднос на пол, и ушла, громко хлопнув дверью.
— Утопят! — Лира побледнела, как мел, медленно осев на сухие водоросли. — Утопят…
— Хм, утопят, надо же! — фыркнул оборотень, беззаботно принявшись за еду. — Это становится интересным. Утопить меня еще никто не пытался.
Девушка никак не отреагировала на его комментарий. Она сидела, опустив голову и глядя куда-то в пустоту отсутствующим взглядом. Тут еще Фэйт подлил масла в огонь.
— Что, значит, утопят?! — испуганно завопил он, когда и до него дошел смысл сказанной акулой фразы. — Я не хочу тонуть! Я хочу жить! Я хочу домой! Что же нам делать?
— А ну, заткнись, трус несчастный! — прикрикнул на него Айво. — И без тебя тошно!
Он присел рядом с Лирой на корточки и попытался привести ее в чувство. Она пришла в себя только после того, как оборотень вылил на нее кувшин холодной воды.
— Что ты делаешь? — немедленно огрызнулась она.
— Не смей вешать нос, — Айво приподнял ее за подбородок, заглянув в огромные испуганные глаза, — еще не все потеряно. Я думаю, что Соло уже выбрался из той ловушки и вовсю ищет нас. А если он доберется до королевы, то, поверь мне на слово, ей несдобровать!
— А мне почему-то кажется, что он пошлет нас на три известные буквы, как ему однажды посоветовал один горный доктор, — с горечью сказал Лира, и в ее прозрачных глазах жемчужинами сверкнули крупные слезы, — ты же знаешь, как мы его достали своими постоянными стычками и дикими выходками…
— Ни хрена ты не разбираешься в людях, — вздохнул оборотень. — Да он на седьмом небе от счастья, когда решает наши проблемы. Неужели ты этого еще не заметила?
— Ты что, сбрендил? Кому это может нравиться?
— Вот что я тебе скажу, — решился Айво, задумчиво глядя на стену. — Пока я бродил по Подземному миру, то словно вернулся снова в те далекие дни, когда учился жить один, без семьи. Я потому и отстал от вас тогда… И знаешь, мне показалось, что с Соло случилось что-то вроде того, что и со мной. За исключением того, что я не таскаю с собой повсюду живое зло. Ты заметила, что он никогда не смеется… Я научился улыбаться только через тридцать лет, а он, видимо, по каким-то своим причинам просто не хочет этому учиться… Может быть, еще просто не пришло его время. И это вовсе не значит, что мы ему безразличны… Ты как-то сказала, что он иногда хочет убить нас. Мне тоже так кажется, поэтому, я думаю, он и удирает от нас все время. И знаешь, мне тоже было нелегко начать путешествовать с вами… Одному гораздо проще: отвечаешь только за себя и… Не приходиться терять своих друзей и опасаться за их жизни. Я смог перешагнуть через эту боязнь, а Соло не может. Я больше не боюсь привязываться к друзьям, а он боится… Но я начал бояться трясины одиночества, а он, видимо, привык к ней. И вот это страшно… Он может окончательно заблудиться в лабиринте собственного одиночества, если ему не помочь.
— Когда ты научился так разбираться в людях? — Лира была поражена до глубины души.
— Когда я досконально разобрался в себе и начал изучать окружающий мир, то понял, что у большинства существ такие же проблемы, как и у меня, — охотно разъяснил ей оборотень. — Со временем я просто научился подмечать некоторые невзрачные, на первый взгляд, мелочи, анализировать их и делать соответствующие выводы.
Эльфийка так глубоко задумалась над его словами, что незаметно для самой себя принялась механически жевать бутерброд, который ей ловко подсунул приятель, правда, при этом абсолютно не обращая внимания на вкус хлеба.