Через тернии
Шрифт:
Элеану переполняла светлая, ничем не замутненная радость. Замужем!
Замужем за Андреасом Спилиану, который любит ее! В это невозможно было поверить. Ей не терпелось задать множество вопросов, но нет, не теперь.
Время вопросов наступит позднее.
Теперь же Элеане хотелось лишь того, чтобы этот момент длился как можно дольше.
Андреас подошел к ней сзади, обнял, его губы коснулись ее затылка, потом, дразня, прикусили мочку уха.
– Что ты так притихла?
– Мне кажется, что мы с тобой одни в целом мире, – мечтательно
– Думаю, что тебе хочется спросить меня кое о чем, правда? – загадочно улыбнувшись, спросил он.
Скользнув в вырез платья, его ладонь нашла упругую грудь, заставив Элеану застонать от наслаждения, когда опытные пальцы начали творить чудеса с нежным соском.
Повернувшись в его объятиях, она потянулась к Андреасу и страстно поцеловала.
– Пойдем, – хрипло сказал он, отстраняясь, и, взяв за руку, повлек к машине.
– Куда?
– Я снял номер в отеле. Обедаем в ресторане. С шампанским.
– Но зачем? – спросила она. – Все это мы можем организовать прямо здесь.
– Я хочу, чтобы эта ночь запомнилась нам навсегда.
– Конечно, запомнится. – В этом нет никакого сомнения, подумала Элеана.
– Разве тебе не хочется оказаться в роскошном номере, отведать превосходных блюд? – поддразнил он.
– Мне хочется тебя. Только тебя! – честно и откровенно призналась Элеана.
Элегантное подвенечное платье, лимузины, церковная церемония, изысканный прием, мысленно перечисляла она. Затем последует ночь в номере для новобрачных и на следующее утро отлет в свадебное путешествие. Далее медовый месяц…
На губах ее появилась лукавая улыбка, глаза засверкали.
– А сегодня мы будем доставлять удовольствие самим себе.
Андреас легко поцеловал ее в губы.
– Начнем прямо сейчас?
– Здесь? – воскликнула она в притворном испуге. – Но что скажут соседи?
Подхватив Элеану на руки, он направился с драгоценной ношей в дом, быстро поднялся по лестнице и бережно уложил новобрачную на огромную кровать.
Потом уже медленно, с необычайной осторожностью Андреас расстегнул молнию платья. Теплые пальцы спустили с плеч бретельки, стянули мягкую ткань вниз, по груди, талии, бедрам, ногам, оставив Элеану лишь в кружевных бюстгальтере и трусиках. Но и их участь уже была предрешена.
До боли жаждая его прикосновений, она закрыла глаза, но, почувствовав прикосновение рук к своей чувствительной коже, открыла их опять.
Каждое движение пальцев Андреас сопровождал движениями губ, доставляющих Элеане сладостные муки. Не в силах больше терпеть, она непослушными пальцами расстегнула пуговицы рубашки, сорвала ее с мускулистого торса Андреаса и почувствовала, как прервалось его дыхание, когда она коснулась молнии брюк.
– Где же твое самообладание? – с лукавой улыбкой спросила она и вскрикнула – это губы Андреаса отыскали заветную впадинку на ее шее.
Он обладал
Возбуждение Элеаны нарастало, пока не переполнило ее. Их души и тела воссоединялись, сливались в одно целое, между ними образовывалась связь, разрушить которую было невозможно.
Ощущение реальности оказалось утеряно. Элеана была словно в огне. Пламя желания разгоралось все сильнее, пока в мире не осталось никого, кроме мужчины рядом с ней и того, что он творил с ней, все ближе подводя к вершине блаженства.
Элеана понятия не имела, что за слова срывались с ее уст и что он шептал ей в ответ. Она осознавала только свою и его реакцию, содрогание сильного тела в наивысший момент.
Им всегда было хорошо вместе. Но то, что они пережили сейчас, было неизмеримо большим – пьянящим, изысканным и в то же время диким, безудержным. И содержащим в себе искреннюю и глубокую обоюдную любовь, крайне важное качество, гораздо более важное, чем самая изощренная опытность. Признав это, Элеана с ленивой грацией свернулась калачиком подле мужа.
А потом они вместе приняли ванну и вернулись в постель – к новым ласкам, новой любви, не шедшей ни в какое сравнение с тем, что им довелось испытать раньше…
– Родителям признаваться будем? – спросила Элеана.
Андреас потерся щекой о ее макушку.
– Нет, пусть произнесенные в церкви слова еще раз подтвердят данные нами сейчас клятвы.
Проснувшись от монотонного шума дождя, Элеана томно потянулась и взглянула на часы. Боже, восьмой час!
В любой момент могла приехать Катерина, и тогда о покое можно будет забыть.
При некотором везении у нее есть час… может быть, два, а потом начнется светопреставление. Тщательная проверка последних мелочей, к примеру предполагаемого времени доставки цветов в дом, в церковь, к вечернему приему. Не обойдется и без сетований на бестолковость добровольных помощников, на их многочисленные ошибки и неточности, на необходимость в последний раз проконтролировать исполнение всех распоряжений. Словом, Катерина вполне будет способна довести себя до настоящего нервного срыва.
Встав с постели, Элеана босиком подошла к окну. Подняв шторы, она чуть было не застонала – лужайку заливали потоки воды. Мать явно воспримет это за предзнаменование, причем вряд ли благоприятное.
Скинув ночную рубашку, она торопливо надела шорты и майку. Теперь бы успеть спуститься в кухню и перехватить что-нибудь съестное…
Зазвонил телефон, и Элеане пришлось снять трубку.
– Андреас?
– А кого ты ожидала?
Знакомый голос вызвал у нее странную реакцию: почему-то было трудно удержаться и не подразнить Андреаса.