Черепаха Киргала
Шрифт:
У одного нищего, который попрошайничает на той улице, я узнал, что несколько лун назад дангарец спал спокойнее и охрана у него была намного ленивее, чем сейчас. И парочка магов предпочитала находиться не в доме, а в каком-нибудь веселом квартале. И самое главное, — подчеркнул Мерги, — в доме нет ни одного урманца! Одни дангарцы, включая магов. Если черепаха не у Иннара, то я готов идти на побегушки к Пимму!
— Я пойду с тобой! — поддержал его Вилт. — Все-таки правы люди, что тем, кто ест черепах, доверять нельзя.
—
— Действительно, а зачем этому дангарцу понадобилась наша черепаха? — встрепенулся Тейрам.
— Я не знаю, — честно признался Мерги. — Единственное, что мне приходит в голову, это то, что здесь замешана политика. Гурписс — предатель, убийца и вор. Я видел, как его карета въезжала в ворота Иннара. Заметьте, не Иннар посещал своего благодетеля, а наоборот. С каких это пор второй человек в королевстве ездит к малоизвестным изгнанникам, тем более дангарцу? Я не удивлюсь, если окажется, что этого Иннара никто не приговаривал к смерти. И это была тщательно разработанная операция по внедрению дангарца в окружение короля.
— История говорит, что предательство наверху случается чаще, чем хотелось бы, — задумиво промолвил Хемилон.
— А что дает Дангаре похищение Удачи Урмана? — задал вопрос ларморцу Тейрам.
— Точно! — хлопнул вдруг Мерги себя по лысине. — Как мы раньше не догадались!
— Ты думаешь о том же, что и я? — взволнованно спросил Хемилон у сапожника.
— О чем вы думаете?! — взвыл раздраженно недомерок. — Вы разучились нормально говорить?!
— Во время последней войны с Мерпалом при нашем войске постоянно находился верховный жрец Киргала вместе с черепахой, — сверкая глазами, начал объяснять Мерги, чей возбужденный вид удивил друзей намного больше, чем его слова. — Сами подумайте, что будет, если у Урмана не будет Черепахи Удачи и верховного жреца в то время, когда начнется война?
— Выберут новую и жреца тоже, — неуверенно предположил Вилт. — Хемилон, ты так нам говорил?
— Это если будет точно известно, что прежняя черепаха погибла, — вступил в разговор ларморец. — А если ничего не будет известно, то проводить церемонию Посвящения Киргалу новой черепахи никто не рискнет. А значит, и верховного жреца тоже избирать никто не будет.
— А с кем собралась воевать Дангара? Мы же с нею не граничим, — искренне удивился Тейрам. Его вопрос вызвал кратковременную паузу. Мерги и Хемилон лихорадочно упорядочивали свои мысли. Теперь, когда картина стала проясняться, они приходили в голову легко, а известные факты выстраивались в стройную цепь непротиворечащих друг другу логических выводов.
— Берат или Лармор, — ответил Мерги. — Меня и раньше удивляло, зачем изготавливать бератулы, пусть и распространенные, но все равно, не проще было бы делать наши урты? Теперь мы знаем, что дангарцы могли помочь Гурписсу с фальшивками.
Вилт присвистнул.
— Помните того дангарского торговца в караване?! — вскричал Хемилон. — Который все на урманские дороги жаловался?
— И что? — с интересом спросил Мерги.
— Мне сейчас вспомнились его слова о том, как их королева заботится о путниках.
— Траву засеяли вдоль дорог? — припомнил лекарь. — Задумка неплоха: горькая полынь и подорожник могут снять боль не только в ногах. Вообще, эта полынь лечит все ссадины и раны, а если ее правильно приготовить с медом, то лечит даже геморрой.
— Только это счастье уготовано лишь тем, кто направляется в Берат или Лармор, — поднял указательный палец Хемилон. — А от себя добавлю, что засеивать обочины придумали во времена Бератской империи, чтобы удлинить дневные переходы бератских пехотинцев, — ларморец выразительно посмотрел на друзей.
— Значит, Дангара готовится к войне давно, — произнес сапожник. — Трава, фальшивые бератулы, теперь черепаха. Осталось выяснить, с кем именно она будет воевать.
— Что там говорит твоя история, Хемилон? А звезды почему молчат? — подковырнул друга коротышка. Звездочет сердито посмотрел на насмешника:
— Тем, кто принимает решения о начале войны, наплевать на историю и звезды вместе взятые. Не приставай ко мне со своими глупыми шутками!
— Давайте порассуждаем, — предложил сапожник. — Если бы черепаху и жреца никто не трогал, а Гурписс вместо фальшивок занимался бы раздачей милостыни, и в это время Дангара напала бы на Берат. Что бы сделал наш король?
— Скорее всего, ничего, — ответил Хемилон. — Между королями Урмана и Берата никогда не было особой дружбы. Со времен распада империи здесь ни разу не брали в жены наследникам престола бератских принцесс. Их поставляли Лармор, Гемфар и Турган. Пару раз отличился Фалан.
— А если Дангара нападет на Лармор? — хитро прищурился Мерги.
— Как всегда, урманский зять поспешит послать помощь своему ларморскому тестю. Берат тоже не останется в стороне. Его наемники прибудут в Лармор даже раньше урманцев.
— Вот-вот, а если сейчас бератцы узнают, что Гурписс чеканит фальшивые бератулы, да еще если их уверят в том, что об этом знал сам Мер, то Лармор останется один на один с Дангарой.
— Что-то слишком все сложно! — возразил лекарь. — По-твоему, дангарцы планировали похитить черепаху с самого начала?
— Сомневаюсь, — ответил лысый стратег. — Думаю, что эта идея родилась в голове дангарца после того, как Гурписс сообщил ему о том, что Телл знает о производстве фальшивок. А Иннар смог реализовать представившуюся ему возможность внести дополнительную сумятицу в ряды противника.