Черепаха Киргала
Шрифт:
— И не надейся! — засмеялся лекарь. — Мой язык нуждается в постоянной тренировке, чтобы не потерять гибкость. В моем деле хорошо подвешенный язык защищает от хорошо подвешенной веревки, ха-ха!
Так, болтая, они добрались до северных предместий Лантара, где находился главный склад гильдии углежогов, а заодно и ее глава. После того, как двести лет назад от склада углежогов вместе с третью города остались одни тлеющие угли, королевским ордонансом им запретили хранить свой товар в черте города. Глава гильдии и писцы располагались в небольшом кирпичном домике, внутри большого огороженного
Народу там оказалось на удивление много. Этот склад обслуживал только крупных покупателей и оптовых торговцев. Через ворота постоянно подъезжали порожние телеги, чтобы через некоторое время отъехать доверху гружеными необходимым для любого горожанина топливом. Друзья дождались, когда наступит время обеда и большинство работников отправятся в близлежащие харчевни за горячим обедом, так как разводить огонь в любом виде было строжайше запрещено.
Войдя в здание, они увидели сухонького старичка, жующего за обшарпанным столом хлеб с большим куском мяса. На краю стола лежала толстая книга и чернильница с перьями.
— Добрый день, папаша! — поприветствовал Вилт обедающего писца. Тот недовольно кивнул кудлатой седой головой, не прекращая ни на мгновение пережевывать деснами разваренное мясо.
— У нас к тебе небольшое дельце, платим уртами, — обрадовал лекарь старика.
— Если не заткнешься и не дашь мне спокойно пообедать, можешь отправляться со своими деньгами к Турулу! — ворчливо прошамкал дед. Тейрам хлопнул друга по плечу и указал на скамью у стены. На ней им в ближайшие полчаса и пришлось наблюдать за тем, как беззубый старик героически борется со своим обедом. Наконец, писец его одолел, достал из под стола кувшин и надолго припал к нему. Вытер рот рукавом, смахнул крошки со стола и проскрипел:
— Ну, что вам понадобилось от меня?
— Нас нанял один купчик, который хочет наладить продажу вашего уголька в Ихар, — начал на ходу выдумывать Вилт. — Он хочет узнать, стоит ли ему связываться с этим делом летом. В общем, папаша, нам надо знать, много ли топлива продается во время жары.
— Повезло вам! — позавидовал дедуля. — Таких придурков я уже давно не встречал! Небось, хорошенько доите его?
— Нет! — прохиндей, а за ним и Тейрам, отрицательно замотали головами.
— Только я-то не дурак, — продолжил старик, словно не слыша лекаря, — а умным людям сейчас тяжело найти денежек на молочко. Зубов у меня нет, приходится каждый день жевать это проклятое мясо, а потом мучиться болями в желудке. А на парное молочко денег нет. Дорого оно нонче. Глупо будет не подоить этого недоумка. За сто уртов я вам скажу все, что захотите. Или катитесь к своему придурку!
— Папаша, за сто уртов можно купить целое стадо коров! — взвыл недомерок. — Хочешь, я тебе куплю козу? Да, лучшую фаланскую козу! Ее молоко вылечит твой больной желудок. А заодно все остальное, что у тебя болит. Будешь бегать как мальчишка!
— За козой пусть бегают недоумки вроде фаланских горцев, — не согласился любитель парного молочка. — Я лучше мясо пожую, кости целее будут.
— Пятьдесят уртов, или жуй дальше свое мясо! — неожиданно
— Семьдесят пять или можете сказать вашему купцу, чтобы он торговал гробами! — твердо заявил старик. — На них хороший спрос круглый год!
Поняв, что старик не собирается снижать цену, друзья опять обернулись к вымогателю.
— За эти деньги ты нам составишь самый подробный список, иначе, клянусь бубенцами Киргала, ты получишь от меня еще и тумаков на сто уртов! — заявил недомерок, с болью в сердце отсчитывая деньги.
— Не беспокойся! — довольно прошамкал любитель доить различных проходимцев. — За эти монеты дам вам такой список, что ваш хозяин сразу наградит вас стадом коз. Фаланских, кха-кха.
— Мне больше нравятся козы на двух ногах, — недовольно заметил обобранный коротышка.
— Дурачок, эти козы доят тебя, а не ты их! — захихикал дедуля. — Лучше заведи себе нормальных коз, с шерстью.
— Ты нам лучше список подавай. — А со своими козами я сам разберусь, — окоротил писца злой Вилт.
— И что вам надо? — старик придвинул к себе свою книгу, достал небольшой ножик и отрезал от нее задний лист.
— Нам надо список всех домов и поместий, которые покупают ваш уголь почти в том же количестве, что и зимой, — удивил старого мздоимца пращник. — Кузни, хлебопекарни и других ремесленников можешь не считать.
— Это займет немало времени, — прокряхтел писец. — Приходите к закату. Нечего вам здесь мозолить всем глаза. Мне придется просмотреть не одну учетную книгу.
— Только без халтуры! — предупредил его хмурый лекарь.
— Не беспокойся, дружок, все будет точно, как в реторте у мага!
В то же время Мерги и Хемилон пытались найти источник информации о мастерах монетного двора. На сам двор проход был им заказан. Бдительные гвардейцы дотошно допрашивали о цели визита даже тех, кто имел при себе пропуск, подписанный королевским казначеем. Что уж говорить о неизвестных авантюристах. Охрана знала в лицо всех работников двора. Внутри за мастерами следили бдительные надсмотрщики. В конце дня каждый мастер отчитывался о потраченном золоте, которое ему выдали перед работой. Все сданные золотые обрезки и монеты взвешивались и сверялись с выданным весом золота. И даже после этого всех работников ждал тщательный обыск на выходе — существовала вероятность того, что мастер мог начеканить монет из своего золота неизвестной пробы.
Вскоре Мерги и ларморец нашли харчевню с изображением золотой монеты на вывеске.
Решив, что заведение обслуживает и тружеников с монетного двора, друзья вошли в таверну. В ней посетителей было немного. Двое трудяг уже вставали из-за стола, а еще один доедал в углу свой заказ. Подошедшей служанке искатели фальшивок заказали плотный обед. Обедали не спеша. В таверну вошел еще один посетитель. Судя по его затрапезному виду и помятому лицу, он был здесь завсегдатаем, из тех, что вечно клянчат у трактирщиков в долг кружку пива. Или навязываются в собеседники к одиноким посетителям, в надежде выпросить подачку. Этих личностей Мерги за последнее время перевидал немало во время своих ночных розысков в портовых кварталах.