Череп мира
Шрифт:
— Я тоже так считаю, — сказала Изабо. — Ты проголодался? Давай разбудим Доннкана, вместе чего-нибудь поедим и подумаем, как нам отсюда выбраться.
Она растормошила Доннкана, и хотя он сонно протестовал, все же в конце концов открыл мутные глаза и попытался перевернуться. Но цепи не дали ему, и болезненный рывок за запястье и щиколотку заставил его попытаться сесть.
— Где мы? Что случилось? — Его голос был очень слабым, и он с трудом сосредотачивал взгляд. Изабо дала ему выпить немного митана, и его лицо чуть порозовело. Он потянул за свою цепь и сказал, — Точно. Та мерзкая тетка
— Ну конечно, — сказала Изабо. — Я пока еще не совсем придумала, как, но обязательно придумаю. Но вам лучше никому не говорить, что я здесь, пока я что-нибудь не придумаю.
Они закивали, и она по воздуху перенесла поднос на кровать, так что они все с аппетитом накинулись на еду. Изабо ела так же жадно, как и мальчики. Когда на подносе остались одни лишь крошки, Изабо со свистом отправила поднос обратно на стол.
— Если вас спросят, Доннкан, то вы сами перенесли поднос, ладно?
Он кивнул и сказал:
— Держу пари, мы и вправду смогли бы.
Изабо знала, что оба мальчика обладают врожденным Талантом, и кивнула.
— Держу пари, что смогли бы. Интересно, когда придет пиявка? Я не хочу, чтобы он появился здесь, когда мы будем перерезать цепи. Возможно, мне лучше дождаться, когда он уйдет.
Нил всхлипнул.
— Пожалуйста, не оставляй нас, тетя Бо!
Доннкан прижался к ней. На его побелевшем лице синяк казался еще темнее.
— Но она не причинит вам зла, она бы уже сделала это, если хотела, — попыталась их убедить Изабо. Но мальчики не слушали, упрашивая ее освободить их и отвезти домой. Она тяжело вздохнула, не в силах сопротивляться их ужасу. Она поднялась, подошла к двери, долго слушала, потом вернулась к кровати и вытащила свой кинжал.
Хотя лезвие было острым, точно алмаз, и в нем скрывалась ее собственная магия, оно не оставило на цепи совершенно никакого следа. Наоборот, она так сильно обожгла Изабо пальцы, что та, вскрикнув, выронила клинок. Как и ошейники лебедей, эти цепи были явно заряжены магией.
Она ненадолго задумалась, потирая ладонь, потом сунула руку в сумку и вытащила посох силы. Мальчики не выказали никакого изумления при виде того, как такая длинная палка с большим шаром из кварца на конце появилась из такой маленькой сумки, поскольку им каждый день приходилось видеть и куда более странные вещи. Она поставила его на пол, накрыла кристалл ладонями и сосредоточила всю свою волю и желание, вытягивая силу из глубин своей души и отовсюду вокруг себя.
Из самого сердца кристалла появился тонкий, почти невидимый луч шипящего голубого света. Он с легкостью прошел сквозь цепь, оставив на подушке, матрасе и пружинах кровати дымящийся черный след, пока Изабо поспешно не погасила его.
В тот миг, когда она сняла последнюю цепь, дверь с грохотом распахнулась. Изабо стремительно обернулась. На пороге стояла высокая женщина, одетая в струящееся платье из фиолетового шелка с большой серебряной брошью в виде чертополоха на груди.
— Кто осмеливается творить колдовство в моих владениях? — закричала она. — Ах ты дрянь, ты пыталась сломать мои цепи! Я сдеру кожу с твоего тела и повешу тебя на стене крепости, воронам на радость. Схватить ее!
МЕДОВОЕ ВИНО
Первым побуждением Изабо было превратиться обратно в птицу
— Я Изабо Ник-Фэйген, тетя Доннкана, — ответила она учтиво. — А вы, должно быть, Маргрит Ник-Фоган.
Колдунья была ошарашена. Она вошла в комнату, шелестя своими шелками. За ней показалось трое мужчин, все значительно меньше ее ростом. Один был суетливый старик в бархатной шапочке с кисточкой и с банкой пиявок и видавшей виды кожаной сумкой в руках. Другой, держащий фонарь, был толстым пиратом с деревянной ногой, щетинистой седой бородой и очень красным лицом. Третий же был очень молоденький и очень красивый, разодетый в шелка и парчу. Они держались поодаль от колдуньи, и судя по их нервозному поведению, все трое относились к ней с огромным почтением.
— Изабо Ник-Фэйген… — повторила колдунья, смерив Изабо взглядом с головы до ног. — Значит, ты банприоннса, хотя по твоему виду этого и не скажешь. И еще и ведьма вдобавок. — Она бросила взгляд на постель, где в ужасе съежились мальчики. — Причем могущественная, если смогла разрубить мои цепи. Должна признаться, я удивлена.
Изабо склонила голову.
— Спасибо.
Маргрит провела по губам цвета темной сливы невероятно длинным ногтем того же оттенка.
— Ты заинтриговала меня, Изабо Ник-Фэйген. — Она величаво прошествовала вперед и остановилась у кресла за столом. Через миг она повернула голову и рявкнула, — Вы что, нарочно пытаетесь оскорбить меня, или просто такие тугодумы? Вы что, думаете, что я сама буду отодвигать себе кресло?
Хорошенький молодой паж бросился вперед и отодвинул кресло, и она потрепала его по щеке.
— Спасибо, малыш, — промурлыкала она, садясь в кресло. Сделав изящный жест рукой, колдунья указала Изабо на другое кресло.
— Спасибо, я предпочитаю стоять, — ответила Изабо.
Колдунья улыбнулась, ее глаза блеснули.
— Разрешить тебе сидеть в моем присутствии — знак огромной милости, Изабо Ник-Фэйген. Ты осмеливаешься оскорбить меня отказом от этой милости?
— На самом деле, я довольно сильно устала, — ответила Изабо. — Так что присесть мне не помешает. — Она улыбнулась пажу, который неловко подвинул ей кресло, потом села, зажав посох между коленями.
Маргрит наблюдала за ней сквозь полуприкрытые веки.
— Кажется, я почти развеселилась, моя маленькая ведьмочка. В последнее время мне не доводилось испытывать подобного чувства. Пожалуй, я даже могу оставить тебе жизнь.
— В таком случае, я попытаюсь еще немного повеселить вас, миледи. Что вас обычно забавляет, миледи?
Колдунья улыбнулась, и руки Изабо еще сильнее сжали посох. Никогда еще она не видела улыбки, скрывавшей столь холодную угрозу.
— Как ты сюда попала? — неожиданно рявкнула Маргрит. — И не думай мне солгать, ведьма, я все равно узнаю.
Мысли Изабо лихорадочно заметались, хотя лицо осталось обманчиво бесстрастным. Она спокойно ответила:
— Я прилетела, миледи. Если вы не забыли, моей матерью была Ишбель Ник-Танах, та, что зовут Крылатой.
— Откуда ты узнала, где меня найти?
— Я преследовала упряжку лебедей, — отозвалась Изабо. — В ту ночь, когда вы похитили мальчиков, я присматривала за детьми. Я увидела вас в окно.
— А-а, понятно. Значит, это тебе наша маленькая нянюшка отвела роль козла отпущения. Но тебе же должны были подсыпать сонного зелья в вино?