Череп для ученика
Шрифт:
– Неа.
«Не надо делать мне одолжений, я знаю, о чем говорю – это просто клад, а ты не видишь дальше своего носа».
– Хм?
«Ты уверена? Это не очередная твоя „шутка-которую-понимает-только-несравненная-Тео“? То есть это действительно что-то стоящее?»
– Ах-ха.
«В самую точку, дорогуша».
– Кхм, кхм?
«Эта штука опасна?»
– Хи-хи-хи-хи…
«Сам догадайся»
– Ф-ф-ф-ф-р…
«Хотя да, что еще могло вызвать в тебе такие эмоции. Конечно опасна».
– Ну?
«Так ты ее рассмотрел? И как тебе?»
– Ох.
«Круто.
– Ага!
«Ну вот, а я что говорила!»
– Ты с ума сошла.
«Дорогая, ты, наверное, подрастеряла в дороге чувство самосохранения, если приволокла ЭТО сюда. Мне бы на твоем месте и в голову не могло такое прийти – захватить столь опасный предмет в качестве трофея, не связав его предварительно всеми возможными заклинаниями. У тебя и вправду разжижение мозга?».
– Сам дурак.
Последнее Тео сказала таким тоном, что Гринер понял – именно это она и имела в виду.
– А теперь специально для тупых учеников – поподробнее, – встрял в разговор юноша. Надо сказать, что за время своего ученичества он не только обрел некие магические навыки, но и понахватался от наставницы весьма специфического юмора, чем очень гордился. И сейчас его без задержек и продемонстрировал.
– Там либо вирса, либо морской демон, – пояснила Тео, осторожно, двумя пальцами, очищая водоросли с крышки сундучка. – Я склоняюсь ко второму.
– А при чем тут вирса? – Дерек подвигал пальцами, на всякий случай создавая вокруг себя защитную сеть. Гринер был уже достаточно научен, чтобы распознать ее, но сам пока такой делать не научился. «Жаль», – подумал он.
– Так сказал торговец, что продал мне сундук. Все-таки есть какая-то вероятность, что он не соврал. А если там все-таки не она, а кто-то другой… Так даже лучше, потому что вирсу придется тут же выпустить, иначе сдохнет дня через два без моря.
Гринер быстренько припомнил «Энциклопедию волшебных тварей». Вирса, – говорилось там, – существо, тип «полудух-полудемон», чаще всего женского пола, скверного характера. Обитает в морских глубинах, утаскивает рыбаков на дно, если они имеют неосторожность свеситься с борта лодки. Выглядит как полупрозрачная женщина с четырьмя руками и рыбьим хвостом, зеленого цвета.
– Открывать будем? – прервал Дерек размышления ученика.
– Конечно будем, – Тео поднялась со стула, хрустнула пальцами, готовясь свить удерживающую сеть в случае чего. Гринер оценил расстояние от того места, где он стоял, до открытого окна и удовлетворенно кивнул головой.
– Я готов.
Тео фыркнула, поглядев на ученика, потом вперилась взглядом в сундучок.
Прошла минута. Ничего не произошло. Дерек, по своему обыкновению, говорить ничего не стал, только бровь поднял.
– И-и-и? – разочарованно протянул Гринер.
– Не «и-и». Дай подумать.
– Тонкий взлом тут, похоже, не поможет, Тей, – заявил Дерек. – Другое дело старый добрый силовой метод…
И, не обращая внимания на предостерегающий возглас магички, резко взмахнул правой рукой. Сундучок сначала подпрыгнул, потом издал странный воющий звук; и через секунду в сторону полетела крышка, разорвав опутывавшие сундук водоросли. Завывания
– Смертные, внемлите пророчеству Красной Длани! Вы, те, которым было суждено открыть сие пророчество, обязаны будете его исполнить! В третью ночь от солнцестояния, у Кровавых камней Лиогарда, исполните ритуал троекратной жертвы, чтобы явить в этом мире Кровавую Длань! Ежели вы попытаетесь избегнуть своей участи и не исполните пророчества, то на головы ваши падут тысячи проклятий, а земля содрогнется от катастроф!
Голос затих, так же, как и нечеловеческий вой. Тео, не в силах побороть любопытства, склонилась над сундуком.
– Сейчас оттуда ка-а-ак выпрыгнет и как схватит тебя за нос… – предостерег Дерек, но и сам, вытянув шею, попытался заглянуть внутрь.
– Ба-а. – Сказала Тео, и с выражением крайней брезгливости вытащила из сундука что-то. Более всего оно напоминало булыжник, весь в тине и зеленой жиже. – Вот дрянь-то какая. Лучше уж вирса…
Гринер попытался расслабиться, но получалось плохо. Его слегка подташнивало, а от потустороннего визга разболелась голова. Тео же, сморщившись, на вытянутой руке понесла таинственный предмет в сторону бадьи с водой. Гринер с неудовольствием отметил, что на недавно вымытый им пол с их находки капает мутная водица. Он тяжко вздохнул и поплелся в кладовку, за тряпкой и шваброй. Тео тем временем, набрав ковшик из бадьи, поливала странный предмет над шайкой, в которой они обычно мыли посуду. Дерек, немного подумав, занялся тем же, взяв второй ковшик, поменьше. Краем глаза Гринер наблюдал за этим процессом, и потому не упустил момента, когда предмет из грязно-зеленоватого нечто стал превращаться в отбеленный временем череп с чем-то вроде диадемы на голове. Гринер тут же позабыл про тряпку и пол, бросил швабру и подскочил к наставнице.
– Вот это я понимаю! – он издал восхищенное гиканье. – Сокровище, самое настоящее! Камушков в этой короне прилично!
– Это не корона, дурень. Это обруч. – Раздался голос, тот самый, булькающий, но уже безо всяких драматических эффектов, вполне себе тихий и обыденный, словно бы говорящий находился совсем рядом с ними. Гринер вздрогнул, а Тео, радостно улыбнувшись, приподняла череп.
– Да оно говорящее!
Череп, полностью очистившись от грязи, выглядел очень-очень старым, но, как ни странно, целым. Гринер заметил большой рубин в центре, как подсказал голос, обруча.
Дерек удовлетворенно потер руки, отставив ковшик.
– Молодец, Тей, такую игрушку приобрела. Говорящий череп! Наши подохнут от зависти. Куда поставишь? Я предлагаю на каминную полку тут, в кухне, и на виду будет, и спать не помешает.
– Да вы что, оглохли? – возопила «игрушка». – Я вам тут что, просто так распинался?
Тео подхватила полотенце и с абсолютно невозмутимой миной стала обтирать череп, особое внимание уделяя внутренней его части и глазницам. Гринер напрягся. А Тео ответила Дереку так, словно бы и вправду не слышала страшного пророчества.