Чемпионат
Шрифт:
– Да, думаю, не нужно зацикливаться на бойне, играйте. Это то, что от вас требуется. Остальное мы порешаем.
– Ну, тогда поехали, что ли?
– Да мы на своём транспорте. Оборудование же ещё тянуть. И потом – не люблю я этот Лондон, надо к минимуму свести пребывание в нём.
– Так и мы – прямо к матчу летим. Поклонников этого занюханного сейчас города у нас тоже нет.
– Всё равно, мы на своём самолётике. На стадионе и встретимся. Пропуска мы себе сделали, на лавку сядем без проблем, думаю.
Они стукнули по рукам, и каждый отправился собираться.
Лондон был непривычно
– Зря ты с нами поехала, противно тут. У них и стадион кое-как на обогрев работает. Видимо, сделали для проформы, мол, не будет у нас холодно, будешь мёрзнуть.
– Как-то странно сработали дисциплинированные и ответственные англосаксы.
– Да это вроде и не они строили. Чего-то управляли как-то кисло, это да. Ты хоть курточку тёплую надела?
– Юра стал ощупывать Лерину одёжу.
– Ой, да не беспокойся ты! Тепло я оделась. И подштанники с начёсом! – засмеялась она.
– Да, это самое правильное. О! Смотри, - Юра посмотрел сквозь узоры на окнах автобуса. – Темза во льдах!
– Им и так тут несладко, а ещё и морозец! Юр, что у англичан осталось из влияний после того, как их кинули полосатые?
– Европу почти потеряли они, Северо-Запад их (за счёт чего пока и держаться) и в Африке чего-то, не помню. Им сейчас шотландцы сильно пакостят – отделиться отделились, но на этом не успокоились. Мстительные кельты оказались. Но какие-то надежды они (англичане) ещё питают. Вот и в «Челси» вкладываются, от этого и «Зенит» почти исчез за последние годы – а раньше деньжат на оба клуба хватало.
– Зачем же им вас топтать тогда?
– Лерусь, вот чего ты прикидываешься? – улыбнулся Юра. – Они всё тот же механизм используют: зрелища «пиплу» подваливают, чтобы тот не бузил. Хлеб не всегда завозят, а зрелище – исправно. А драка на поле стала неотъемлемой частью. Так что побегаем с костоломами, поиграем.
– Брр! – вздрогнула плечами Лера.
– Замёрзла?
– Да нет же! Всегда меня будет передёргивать, когда тебя будут лупить по ногам. И не только по ногам.
Юра приобнял жену:
– Леруська, да чего мне сделается-то? Тем более, ты же знаешь, Олег вмешаться должен. Сдюжим. Осталось немного.
– Да как бы ещё от их «невидимого вторжения» не случилось бы беды какой в Системе.
– Давно пора, чтобы в Системе этой случалась беда!
– Ой, опять распыхтелся! – Лера плотнее взяла его под руку. – Знаешь же, что сейчас совсем не время.
– Да знаю, знаю... Это я больше по привычке. Что, вроде подъезжаем?
Автобус (мобильбусы в Лондоне не летали по причине мороза) дребезжа на ухабах вырулил к площадке перед задним входом стадиона. «Стэмфорд Бридж», несмотря на вечные косметические ремонты, заметно обветшал и, будто уставший и помятый человек, свесил понуро голову к брусчатке вокруг.
«Московия» несколько утомлённая дорогой высыпала из автобуса и скорым темпом проскользнула в раздевалку. Их встречал только служащий – до матча было ещё далеко и никакого ажиотажа заметно не было.
– Так, ребята, сейчас тянемся и слегка разминаемся после дороги. Желающие могут сходить
Игроки, не переодеваясь дружно ломанулись на поле. Пустая пока чаща полутёмными трибунами щерилась из-под, казалось, низкой крыши. Щупали и топали «газон».
Рома Васильев разбежался и проскользил метр с лишним в кроссовках:
– Тут будет не до финтов.
– Зато в грязный подкат идти просто замечательно, - нахохлившись от промозглости ответил ему Юра.
– Может, шипы и вовсе не нужны? – подошёл к ним Ребров.
– Не, Лёш, гляди, - Юра опустился на колени и запустил пальцы в промёрзшие искусственные волокна, - тут есть, за что зацепиться. Возможно, будет путь тормозной резковат, но зато в поворотах не завалишься. Длину только нужно подобрать. Чуть глубже, там будто бетон. Можно и колени убить, и пятки. Да и сцепления не будет.
Тут Юра увидел Семипалого – он с тремя товарищами вышел из-под трибун. С ними была Лера. Они деловито осматривались, переговаривались, то и дело, указывая на поле и скамейки для запасных. Бобров подошёл, поздоровался.
– Олег, а где вы своё оборудование расположите?
– А там, за стадионом и останется. Всё на расстоянии возможно. Вот, Саша там будет, рядом. Я буду с вами на лавке. А Андрей и Сергей, будут в раздевалке сидеть. Собственно, они и будут внедряться, когда придёт черёд. Вот, с Лерой обсуждали последние наставления Ганжи.
– Да, Серёжа тут последние рекомендации буквально сейчас передал.
– Чего ещё за рекомендации?
– недоуменно вскинул бровь Юра.
– Всё касается времени, когда ни в коем разе нельзя «внедряться», иначе коллапс случится. Поэтому и вас это касается. Даже, скорее, в первую очередь, вас. С пятидесятой по пятьдесят пятую минуты никак нельзя на драку идти. Запретный интервал.
– Ха! Как раз самое популярное время для этих дел. Выходят после перерыва, чуть сыграли и, чтобы зрителям было весело, давай рубиться, – невесело засмеялся Юра. – Ладно, вроде не выглядит такая задача невыполнимой.
– Юр, да, постарайтесь как-то в это время избежать потасовок, а то помочь не сможем.
– Постараемся, – Бобров кивнул. – Лер, давай сегодня на лавке посидишь? И плед будет и чай. Да и англичане эти буйные на трибунах.
– Так я ж в ложе буду!
– Да и в ложе они там такие же! Садись с нами, а?
– Ну, хорошо, если ты так хочешь…
– Хочу! Договорились. Ну, всё. Нам тоже надо чуть поготовиться, – Юра чмокнул Леру и пошёл в раздевалку.
Через несколько часов трибуны уже шумели и гудели, народ прибывал, разогретый алкоголем и своей численностью. На короткое время тысячи людей соединялись в едином порыве. Над полем висел блёклый туман – сказывались и влажность, и разность температур. Прогрев на стадионе работал плохо и с функциями своими не справлялся. Но зрителям на это было наплевать. Мучаться предстояло не им, а футболистам.