Чемодан с миллионом
Шрифт:
– Можно подумать, что у меня была такая возможность? Каждая доля секунды казалась вечностью! – попыталась оправдаться она.
– Пожалуй, ты права, – вынужденно согласился я. – Извини, не хотел тебя обидеть!
Я поспешно снял со шкафа спортивную сумку, покрывшуюся пылью, и вытряхнул ее содержимое на середину комнаты.
– Пока буду переодеваться, переложи деньги! – распорядился я, бесцеремонно сбросив халат.
– Ты больше ничего не хочешь? – лукаво поинтересовалась Альбина.
Я мельком
– Чего смотришь? – пробурчал я, невольно перехватив ее завороженный взгляд. – Никогда не видела меня голым?
– У тебя фигура настоящего атлета… – прощебетала она, швыряя в сумку стодолларовые купюры с такой неприязнью, будто ее заставили перебирать гнилые овощи.
– Поговорим об этом в другой раз, при более благоприятных обстоятельствах, – сказал я, запутавшись в джинсах.
Альбина стала смеяться над моими неуклюжими движениями, отчего я начал нервничать и, окончательно спеленав ноги, грохнулся на пол.
– Если ты не в состоянии справиться со штанами, то вряд ли поможешь мне скрыться от Угрюмого и его людей, – резонно подметила она. – Мне кажется, ты сегодня нетранспортабелен…
– Не волнуйся, все будет нормально! – произнес я твердым голосом. – Ты должна мне верить. Но учти, что это первый и последний раз, когда я помогаю тебе в твоих авантюрах.
Поспешно переодевшись, я внимательно посмотрел на Альбину и, глубоко вздохнув, нахмурил брови.
– Что-нибудь не так? – спросила она.
– У тебя шикарное платье, но оно чересчур приметное и слишком длинное.
– Ну и что? Оно мне очень нравится.
Без лишних объяснений я вынул из бокового кармана джинсовой куртки складной нож и почти мгновенно сделал ей относительно приличное мини-платьице.
– Громов! Пьяная скотина… Ты сошел с ума… – возмутилась Альбина. – Это мое любимое платье!
Я не обратил внимания на ее очередную грубость и поспешно накинул на ее худенькие плечи легкую ветровку.
Выйдя из квартиры, я предусмотрительно провел ее через чердак в крайний подъезд. Бесшумно ступая по ступенькам железобетонной лестницы и внимательно прислушиваясь к каждому шороху, мы осторожно спустились на первый этаж. Жестикулируя рукой, я велел ей остановиться, а сам аккуратно приоткрыл дверь и выглянул на улицу.
Я не успел как следует рассмотреть автомобиль насмерть перепуганной спутницы, потому что в эту минуту возле ее легковушки остановился темно-синий «Лексус».
– Мне не удалось одурачить Миллерова! – полушепотом сказал я.
– Что там? – в отчаянии спросила Альбина.
– Машина твоего благоверного. Двое парней. Они наверняка вооружены. Появился Стас, собственной персоной…
– Где Угрюмый?
– Не знаю. Возможно, внутри? Стекла затонированы. Мне пока ничего не видно.
– Он должен быть там… Я уверена…
Аля запнулась
– Ага… – буркнул я. – Кажется, этот хомяк начинает выбираться наружу. Стас посмотрел на мои окна. Угрюмый дает ему какие-то указания…
У себя за спиной я услышал учащенное дыхание Альбины.
– Мишенька! – трепетным голосом проговорила она. – Наверное, будет справедливо, если я все-таки отдам тебе пятьдесят процентов?
– По-моему, сейчас не самое подходящее время для решения подобных вопросов, – ответил я равнодушным тоном.
– Ты ведь тоже рискуешь…
Я не стал вступать в полемику.
– Какая же я глупая! Какая глупая… – запричитала Альбина. – Они нас убьют!
– Не бойся, – сказал я, – ничего с нами не случится.
– Ты уверен?
– Можешь не сомневаться.
– Мне все равно страшно! Господи, помоги нам…
– Прекращай канючить! – прошептал я. – Один из телохранителей зашел в мой подъезд. Второй направляется в нашу сторону. Этот парень не представляет особой опасности. Я смогу его вырубить. Если хочешь остаться в живых, то немного помолчи и постарайся на какое-то время затаить дыхание.
Я передал ей спортивную сумку и принял стойку для рукопашного боя.
Молодой человек, у которого был широкий пуленепробиваемый лоб и тупой бычий взгляд, оказался на редкость самонадеянным типом. Он громко хлопнул входной дверью и даже не принял элементарных мер предосторожности. Я ударил ребром левой ладони по его руке, в которой был пистолет, и тут же правым кулаком нанес сокрушительный удар в челюсть.
– Отличный нокаут! Делайте ставку, господа… – зачем-то проговорил я, поднимая с лестничной площадки оружие поверженного противника.
– Пистолет системы Макарова 1971 года выпуска, – восхищенно произнес я.
– Ты разбираешься в оружии? – с удивлением поинтересовалась Альбина.
– Я бывший офицер.
– Наверное, воевал в Афганистане?
– В то время, когда там проходили боевые действия, даже не служил в армии. Но зато в Чечне, при освобождении Грозного, уже был командиром роты. Впрочем, это все в прошлом. Сейчас мы с тобой начинаем играть по-крупному. Я иду ва-банк!
– Куда ты идешь? – не поняла Альбина.
– Отступать уже поздно! За нами сожжены все мосты. Кто не рискует, тот не пьет шампанское! – продекламировал я.
– С тобой все в порядке? – настороженно спросила она.
– Ты меня не слушай. Когда нервничаю, то становлюсь чересчур болтливым. Особенно с похмелья.
Альбина с трудом изобразила жалкое подобие улыбки.
– Буквально через несколько минут здесь будет целая вереница машин, – предупредил я. – Или сейчас, или никогда! Иди со мной рядом и ни в коем случае не смей оборачиваться!