Chemical Wedding
Шрифт:
В сгущающихся декабрьских сумерках Запретный лес казался особенно неприветливым. Иванна, вспомнив встречу с дементорами на полянке, плотнее укутала шею шалью и накинула на голову капюшон мантии, после чего неспешно побрела к кораблю. Её по-прежнему терзала тревога из-за «пожелания» Карела Талиха. Хорошо было бы расспросить об этом товарище Каркарова, но беспокоить его лишний раз очень не хотелось. Иванна отошла на открытое пространство подальше от Хогвартса и деревьев, достала двустороннее зеркало и связалась с лабораторией матери. Елизавета, выслушав её, пообещала поговорить с Мирославом и обсудить
Разговор с матерью немного приободрил Иванну, так что теперь даже Запретный лес стал смотреться вполне гостеприимно. Разумеется, желания прогуляться там у неё не возникло, но по запорошенной снегом опушке она шла совершенно спокойно, обдумывая, не заглянуть ли ей в шармбатонскую карету, проведать Куканье, если, конечно, она ещё здесь, да лично познакомиться с мадам Максим.
— Ни с места!
Из-за раздавшегося за спиной рыка Иванна от неожиданности запуталась в собственных ногах и рухнула в сугроб, обо что-то больно приложившись локтем и коленом.
— Встать! Развернуться лицом ко мне! Руки держать так, чтобы я видел!
Испытывая сильное желание красочно обругать говорившего, Иванна с бешено колотящимся сердцем осторожно поднялась на ноги и повернулась на голос, на всякий случай подняв руки. Несмотря на шок, она успела верно угадать: из-за ствола дуба, тяжело опираясь на посох, показался Аластор Муди, во второй руке державший направленную на неё палочку.
— Назовитесь! — потребовал аврор, останавливаясь перед нею.
— Ива… Иванова Серафима, доцент кафедры Артефактологии в Дурмштранге, — от внезапного всплеска адреналина её голос слегка пресёкся.
За какие-то ничтожные доли мгновения она сообразила, что аврору, даже находящемуся на пенсии, лучше не знать о том, кто она на самом деле; и пусть профессор Муди и являлся другом её отца, доподлинно было известно, что для него служба всегда имела высший приоритет. Он никогда не бывал в гостях у Мачкевичей, и Иванна отчаянно надеялась, что отец не показывал ему семейные фотографии.
— И что вы забыли здесь в такое время? — обезображенное шрамами лицо выразительно хмурилось, а магический глаз метался в глазнице, словно сканируя Иванну насквозь; волшебную палочку Муди опустил, но убирать пока не собирался.
Впрочем, Иванна уже смогла взять себя в руки.
— Я недавно освободилась от учебных дел и ходила узнать насчёт возможности доступа в библиотеку, — вполне честно ответила она. — Погодите, а вы, должно быть, профессор Муди? Мне рассказали о том, что случилось с Огненным кубком, это очень странно. Вы знаете, как конкретно его смогли обмануть? Не могли бы вы показать мне его, я собираюсь писать докторскую на тему неправильного срабатывания артефактов, этот случай был бы крайне полезен… — перешла она в контрнаступление.
Это был чистой воды экспромт, но взглянуть на Кубок было бы действительно интересно; считывать память предметов она не могла, но личный осмотр хоть что-нибудь, но дал бы.
— Вас Каркаров подослал шпионить? — прогрохотал Муди, вновь вскидывая палочку.
— Эй, спокойно, никто меня не подсылал! У меня профессиональный
— Ну, конечно, знаю я ваши штучки, — презрительно рыкнул Муди, стукнув посохом о мёрзлую землю.
— Может, вы думаете, что я тоже бывшая Пожирательница смерти? У меня нет и следов Метки! — Иванна уже готова была продемонстрировать ему левое предплечье.
И вытатуированный там Змей ей только в плюс зачёлся бы — Ложа всегда имела кристально-чистую репутацию перед Авроратом.
— Мисс Иванова, вы что, всерьёз думаете, что Тёмный лорд клеймил каждую встречную и поперечную мелкую сошку? — лицо Муди скривилось так, что стало весьма отдалённо напоминать человеческое. — Тёмная Метка — это особая привилегия, знак отличия, поощрение за великие заслуги.
Иванна слегка опешила от его тона: Муди говорил как будто с благоговением. Видимо, он и впрямь порядком тронулся.
— Профессор Муди, я — специалист по артефактам, я хотела бы помочь разобраться в этой странной ситуации, — попыталась она ещё раз.
— Ступайте к себе, мисс Иванова, и не вмешивайтесь не в свои дела, — прищурив собственный глаз, угрожающе велел Муди. — Расследование ведут компетентные люди, и во вмешательстве подозрительных персон со стороны нет никакой необходимости. И Каркарову вашему так и передайте!
Неожиданно он проворно убрал палочку в карман и молниеносно вынул из-за полы мантии небольшую фляжку. Открутив крыжечку, он, кривясь, сделал несколько глотков, закрыл фляжку и убрал её обратно.
— Всенепременно, — буркнула Иванна, наконец-то опустив руки и принимаясь отряхивать мантию от снега. — Всего наилучшего, профессор Муди, — попрощалась она и зашагала на корабль, думая, как хорошо, что удалось вовремя спохватиться; ссылка на Мирослава тут явно не помогла бы, ибо случай однозначно клинический.
Следующие десять дней выдались для Иванны весьма плотными на события. Первую половину дня она обычно проводила в Запретной секции библиотеки, разыскивая литературу, которую в своё время мог использовать Тёмный лорд для создания чар Метки. Мадам Пинс, к счастью, без лишних вопросов допустила её в свои владения, посчитав, что с прошлого учебного года иваннин допуск не истёк. По Хогвартсу Иванна перемещалась вполне свободно, просто пряча глаза за большими очками с затемнёнными стёклами, которые совершенно обезличивали её, а вкупе с непонятным цветом стянутых в косу или пучок волос делали Иванну с виду лет на десять — пятнадцать старше, особенно — в условиях недостаточной освещённости коридоров. Встретившийся как-то раз на выходе из библиотеки Малфой-младший категорически не узнал Иванну, что не могло её не порадовать.
Библиотеку она покидала в разное время, предварительно вызнав расписание Снейпа. Он несколько раз едва не поймал её с поличным за чтением трактатов по Тёмной магии, а отвечать на его вопросы и выслушивать нравоучения на тему вмешательств в чужие дела ей совершенно не хотелось, так что она всегда успевала удрать с места преступления до того, как он закончит занятия. Снейпа её «таинственность» натурально бесила, он даже Смитам устроил допрос с пристрастием, но ничего не добился, так как Иванна честно сказала им, что о её исследовании в этот раз лучше не знать.