Человек за спиной Гитлера
Шрифт:
КРЕБС: Болен.
ЧУЙКОВ: Геринг болен, Гудериан болен и еще другие. Где Риббентроп? Он еще не болен?
КРЕБС: Он в Мекленбурге. Вместо него фюрер назначил Зайсенбергера. [29]
ЧУЙКОВ: Кто же будет вести переговоры с СССР и союзниками?
КРЕБС: Может быть — я; если смогу уведомить всех, назначенных фюрером, тогда — они. Борман — практический исполнитель завещания. Из нового правительства в Берлине лишь он и Геббельс, и они знают о смерти фюрера и о его завещании.
29
Автор
ЧУЙКОВ: А что будут делать другие члены правительства Гитлера?
КРЕБС: Они выполнят приказ фюрера и уйдут в отставку.
ЧУЙКОВ: Как вы думаете, это правительство будет признано войсками?
КРЕБС: Если будет возможность быстро это сделать, войска выполнят волю фюрера.
ЧУЙКОВ: Не думает ли генерал, что могут быть организованы другие правительства?
КРЕБС: Гиммлер уже начал. Он не знает о смерти фюрера, не знает, что его нет в правительстве.
ЧУЙКОВ: Связь у вас с другими районами существует?
КРЕБС: Как только наступит временное перемирие, я и Борман поедем и поговорим с народом.
ЧУЙКОВ: Значит, правительство создано и вы хотите дать ему возможность работать на территории Германии, чтобы потом продолжать войну?
КРЕБС: Чтобы потом вести переговоры.
ЧУЙКОВ: Где сейчас труп Гитлера?
КРЕБС: Согласно завещанию, он сожжен в Берлине, через 3 часа после смерти. Сожжен в воронке от снаряда.
ЧУЙКОВ: Ваша задача выполнять волю фюрера, и вы хотите, чтобы мы помогали вам в этом? Я этого не понимаю. Пушки стреляют, а вы говорите о новом правительстве?
КРЕБС: Я хочу как можно скорее это провести, чтоб мы создали какое-нибудь новое правительство.
ЧУЙКОВ: Наши пойдут сейчас на штурм и посадят на штык ваше правительство — может такое случиться,
КРЕБС: Я потому и прошу о прекращении военных действий.
ЧУЙКОВ отправляет маршалу [30] документы: Ваш приезд имеет целью разговор только с нами или с союзниками? Разговор может идти только на основе полной капитуляции.
КРЕБС: Я глубоко убежден, что если сейчас капитулирует берлинский гарнизон, это правительство не будет никогда образованным. Это будем шагом к невыполнению завещания фюрера. Полная капитуляция не будет шагом авторитета, так как не будет решения моего правительства.
30
Жукову.
ДУХАНОВ: Значит, правительство будет под охраной русских штыков? Интересно!
КРЕБС: Вопрос о полной капитуляции может быть решен через несколько часов, если собрать все правительство в Берлине.
ЧУЙКОВ: Если вы не согласны на капитуляцию, значит вы хотите драться до последнего?
КРЕБС: У меня других возможностей нет. После ликвидации группировки у вас не останется легального партнера.
ЧУЙКОВ: Генерал
КРЕБС: До сих пор вам не с кем вести разговор. Нет легального партнера. Дениц находится не в Берлине и еще ничего не знает, а мы без него не можем прийти к окончательному решению.
ДУХАНОВ: Рейхсканцлер имеет право в решающие минуты принимать решения.
КРЕБС: Нет, это может на себя взять только президент. Неудобно, чтобы Дениц принял это известие по радио. Кроме того, радиостанция в Берлине разбита.
ЧУЙКОВ: У вас есть радиопередатчики. Мы знаем, где они находятся.
КРЕБС: Только если мы быстро сообщим Деницу, нам удастся создать новое правительство. Иначе Гиммлер примет свои меры, что-либо предпримет одновременно. Эта попытка переговоров имеет целью, чтобы в Германии осталось легальное правительство.
ЧУЙКОВ: Прошу не беспокоиться, ни один из союзников не будет вести отдельных переговоров.
КРЕБС: Я боюсь, что англо-американцы будут вести отдельные переговоры.
ЧУЙКОВ: Мы взаимно верим друг другу, мы, союзники. Сепаратных переговоров не выйдет.
КРЕБС: Мы хотим помощи Советского Союза, чтоб создать легальное правительство и тогда вести со всеми переговоры.
ЧУЙКОВ: Я как военный хочу скорее разделаться с берлинским гарнизоном.
КРЕБС: Если будем сопротивляться, то, конечно, мы погибнем.
ЧУЙКОВ: Не сегодня завтра мы вас раздавим!
КРЕБС: В Германии создастся тогда анархия.
ЧУЙКОВ: Какое влияние имеет это правительство и его клочок земли? Я предлагаю капитуляцию. Сопротивление здесь — безумие.
КРЕБС: Я познакомил вас с моим поручением, других полномочий у меня не было. (Звонит Жуков, Чуйков докладывает. Жуков предлагает послать одного офицера обратно, чтобы успокоил, что долго не возвращается делегация.)
КРЕБС: Я предлагал паузу в бое.
ЧУЙКОВ: Немецкие солдаты стреляют, мы отвечаем. Лучший выход из положения — это капитуляция. Иначе перебьем!
КРЕБС: Полная или частичная?
ЧУЙКОВ: Берлинского гарнизона. Тогда можно будет разговаривать с кемлибо.
КРЕБС: Я не уполномочен, не вправе. Оставшиеся члены правительства будут уничтожены.
ЧУЙКОВ: Снаряд и пуля не будут разбирать, где член правительства.
КРЕБС: Я беспокоюсь в интересах заключения мира, а не только в своих.
ЧУЙКОВ: Приходится опять сослаться на заявление трех руководителей держав — мир после капитуляции.
КРЕБС: Полная и действительная капитуляция может быть проведена лишь легальным правительством.
ДУХАНОВ: Но Германия капитулирует де-факто.
КРЕБС: Это будет не капитуляция, а захват.
ЧУЙКОВ: Да, оккупация на основе войны.
КРЕБС: Вопрос войны решен, но нужно легальное правительство. (Приезжает генерал армии Соколовский.)
СОКОЛОВСКИЙ: Где подлинное завещание Гитлера?
КРЕБС: Тремя лицами унесено за Берлин в три пункта. Пункты могу назвать после того, как спрошу.