Чайка
Шрифт:
Но так звучала выхолощенная официальная версия, в которую полагалось верить, чтобы не иметь проблем. Однако были у Навена и свои собственные соображения.
Принц очень плохо поправлялся. Его тело сопротивлялось лечению, как будто отторгало чары. Каждый день Навен заставлял раны закрыться, но каждый же день они открывались снова. И дело не только в отрубленной руке. Время от времени на теле принца появлялись следы от когтей на местах прежних шрамов. Знал об этом только Ромо.
В какой-то момент Навену надоела эта бесконечная борьба. Он одолжил у судового врача то,
Удивительным образом это сработало. Ухода принц теперь требовал больше, но положительный прогресс вселял надежду. Перевязки, промывания, травяные отвары, которыми пропахла каюта, – все напоминало о старой практике, о доме.
– Как он? – тихо спросил Навен, на языке понятном лишь им двоим.
– Скверно, – Орсо поднял косматую голову. – Тело ты ему, конечно, вылечишь, но душу не поправить.
– А то я не знаю.
Айвен лежал на спине. Глаза метались из стороны в сторону под сизыми пергаментными веками. Бедняга не мог спать. Навену приходилось прибегать к чарам, но как только их действие выветривалось, Айвен с криком просыпался.
Никто не смел и приблизиться к двери в их каюту. А вот кого больше боялись, Навен с ходу сказать не мог.
– Они его убьют. Завезут подальше и за борт. На родине наследника казнить причины нужны. А тут раздолье. Про приказ Ромо говорит явно не все.
– Они его спасают, – невозмутимо возразил Орсо. – На родине принцу яду в вино или «несчастный случай на охоте».
– Его до смерти боятся.
– Ну и нас с тобой боятся ничуть не меньше. Кто бы там ни правил, это его сын. Старший. Родители детям зла не сделают.
– Ты удивишься, – процедил Навен. – Надо бежать отсюда. Не знаю как, но скорее.
Разговор оборвался. Кто-то за дверью старался не дышать. Тоненькая струйка воздуха щекотала губы, едва шелестя.
Навен оказался у порога слишком быстро. Ударом ноги он с такой силой распахнул дверь, что чуть не выбил из шпиона дух. Тщедушное, почти детское тельце отлетело и ударилось о ящики. По темной, как спелый каштан, коже скользнули карминовые струйки. Девка оскалила зубы и зашипела.
Попытка поймать бестию провалилась. Навен недооценил проворство чертовки. Вереща, как заяц, она выскочила на палубу. В попытке взобраться повыше прыгнула, уцепилась, но преследователь прыгал куда лучше. Навен обхватил девку руками поперек туловища. Свой вес она бы легко удержала, но их обоих… Бестия разжала пальцы, чтобы не вырвать себе руки из плеч. Навен приземлился на обе ноги.
– Тебя не учили, что подслушивать нехорошо?
Тут он заметил, что со всех сторон на них смотрят обозленные лица. Корладские вояки, похожие как братья, здоровые, светловолосые и угрюмые, взяли Навена в плотное кольцо.
– Чего мелкого обижаешь? – рявкнул матрос с широким, покрытым мелкими шрамами лицом. – Брось юнгу. Чего
– Братки! – взмолилась гадость деланным голосом. – Мимо шел, тут этот как…
– Помалкивай, – чересчур сердечно попросил островитянин.
Хоть актриска и перестала брыкаться, молотя его кулаками по спине, Навен все же поудобнее перехватил ее за пояс мешковатых штанов. Не хватало еще уронить дурочку с плеча.
– Слышь! Жрец ты там или сама Мадара, оставь мелкого в покое, – пригрозил широкомордый.
– Разойдись!
Роптавшая толпа смолкла и расступилась, пропуская вперед своего командира. Никто не смел смотреть ему в глаза. Это было немного удивительно. Гизриец – а так высоко поднялся в корладской военной разведке.
– Мне клялись, что с тобой неприятностей не будет, – покачал головой Ромо. – Отпусти мальчишку и объяснись.
– Мальчишку? – Навен поморщился.
Прежде чем бестия сообразила, что сейчас произойдет и начала вопить, он одним движением содрал с нее все, оставив с голым задом на морозе.
Командор крякнул.
– Баба на корабле! – прокатилось по толпе.
– Вот свезло, – проворчал давешний защитник «юнги».
– Н-да, – протянул Ромо. – За такую ложь смерть полагается. Девкам на флоте служить запрещено. Отдай преступницу.
«Юнга» тряслась всем телом не то от холода, не то от страха.
– Еще чего. Никому я ее не отдам. И убивать тоже не позволю. Это вы, старый болван, не сообразили, что к чему. Никого не насторожило, что «юнга» явно не вашего роду-племени. Мало того, бедра шире плеч тоже сомневаться не заставили. Теперь она со мной.
– Тут тебе не острова! Тут никто тебе не поможет, – покачал головой командор.
– Вам тоже.
– Ребята, утихомирьте пассажира. Девчонку в трюм.
Медленно переступая массивными лапами, Орсо поравнялся с братом и продемонстрировал ужасающие клыки. Не зная, откуда ожидать нападения, Навен завертелся на месте.
Тут девка, как назло, начала вырываться и визжать.
Матросы с интересом наблюдали за непродолжительной борьбой. Бестия извернулась и выскользнула из объятий Навена. Тот не растерялся и крепко перехватил гадину за шкирку, порвав ворот.
– Стой, а что это у нее? Вот, вот это. На загривке. Рыбьи сиськи… Клеймо!
Надо отдать должное храбрости этого человека. Командор твердым пружинистым шагом приблизился к Навену, игнорируя Орсо с его вздыбленной шерстью и утробным рычанием.
– Ай дерьмо. Беглые рабы – запрещенный груз. Девку надо вернуть хозяину, пока это не стало проблемой. Зараза. Давайте по постам, не на что тут смотреть.
Матросы подчинились.
– Одень ее, – попросил Ромо. – Мы уважаем чужое право собственности. Нельзя ее ничем попортить.