"Чатос" идут в атаку
Шрифт:
Сигнал Серова — и эскадрилья отвесно пошла вниз. «Зачем мы теряем нужную для боя высоту? Ведь противника нет?» Едва Евгений успел это подумать, как ниже себя заметил пятнистые от камуфляжа самолеты. Сливаясь с фоном местности, они мчались к переднему краю.
Противник! Забыв о наставлениях, данных ему перед вылетом, Степанов уже ничего, кроме фашистских истребителей, не замечал. Пальцы обеих рук впились в гашетки пулеметов, воздух располосовали пулеметные очереди. Только когда «чатос» прорвались
После первой атаки строй эскадрильи раскололся на отдельные группы.
Евгений уже не видел ни Антонова, ни Серова. С трудом разбираясь в происходящем, он пятнадцать минут носился среди крестастых машин. В глазах мелькали свои и фашистские самолеты. Входили и выскальзывали из прицела «фиаты». В бешеном хороводе крутились самолеты, земля и серо-оранжевые горы.
Бой оборвался внезапно. Маневрируя, «фиаты» ушли к Сарагосе, под защиту своих зениток. Неожиданно для себя Евгений опять оказался рядом с Антоновым. Тот махнул рукой, давая сигнал подстроиться.
«Что ж теперь будет? Командира потерял, ни одного фашиста не сбил. Не похвалят меня за этот вылет», — удрученно думал Степанов.
Показался Бахаралос. Над аэродромом кружилось несколько И-15. Командир звена подал сигнал идти на посадку.
Евгений нехотя вылез из кабины. Подошел Антонов.
— Как, камарада, понюхал пороху? Чего грустный? Утомился?
Евгений с удивлением посмотрел на командира звена:
— Утомиться не утомился, а веселиться вроде бы не с чего.
— Как не с чего? Двоих фашистов свалили, свою пехоту и танки прикрыли. Разве мало?
— Ведь не я сбил.
Антонов свистнул:
— Ах вот ты о чем. Если после каждого вылета так убиваться будешь, надолго тебя не хватит.
— Пустят опять в бой?
— Серова спроси.
Командир эскадрильи закончил короткий разбор вылета. Поблагодарив Мастерова и Короуза за сбитых «фиатов», он задержал Антонова и Степанова.
«Обо мне разговор будет», — подумал Евгений.
— Давайте присядем. В ногах правды нет. Серов опустился на землю. Присев на корточки, Антонов чертил пальцем что-то у своих ног. Степанов, опустив голову, не шевельнулся.
— Расскажи, Женя, что в воздухе видел? — спокойно спросил Серов. — И не стой, садись.
На лице командира светился неподдельный интерес к тому, что ответит летчик, вернувшийся из первого в своей жизни боевого вылета.
— Что видел? — переспросил Степанов — «фиаты» видел. По-моему, бой недалеко от Сарагосы вели. Взглянув на Серова, он замолчал.
— Так много сразу рассмотрел? Как тебе «фиат» показался? — постукивая спичечным коробком о пачку «Казбека», спросил Анатолий.
— Смахивает немного на И-15.
— А есть различия?
— Конечно. Вытянутый нос. Обтекатели
— Ты сам все это увидел или тебе Антонов перед вылетом расписал?
— И Антонов, и сам.
— Почему издалека огонь по фашистам открыл?
— Не знаю. Какая-то лихорадка охватила. Пикирую, пальцы к гашеткам прилипли — не оторвешь. Потом началось такое…
Серов посмотрел на Антонова и улыбнулся. Ему понравилось, что Степанов честно рассказывает все как было.
— Знаешь, кто на «фиатах» летает?
— Известно, итальянцы.
— В общем, правильно. Хотя и не одни итальянцы. Но всяком случае, на фашистских истребителях летают подготовленные пилоты. А ты забыл об этом. Давай посмотрим на тебя со стороны. Согласен? В бою ты вел себя храбро, но неосмотрительно. Огонь с дальней дистанции открыл. Что же получилось? Во-первых, израсходовал впустую боезапас. Во-вторых, пилоты противника по такой стрельбе сразу могли догадаться, что ты еще «зеленый». Ну, а дальше сам додумай, что могло произойти. Хорошо, что он, — Серов кивнул на Антонова, — далеко от тебя не отходил.
— Я рядом никого не заметил, — удивился летчик.
— Помнишь пословицу: «Один в поле не воин»? Ты сегодня воевал, вернее, пытался воевать один. Бросил ведущего, вывалился из строя эскадрильи. Хорошо, что не попал в окружение этих волков. — Серов чиркнул спичкой о коробок. — Сгорел бы, как она. Понял?
— Тяжело все-таки в настоящем воздушном бою, — признался Евгений. — Накрутился. Голова гудит…
— Легко о войне кинофильмы смотреть да девушкам байки гнуть, — вмешался все время молчавший Антонов.
— Ну как, Антонио, пустим его еще раз? У Евгения перехватило дыхание.
— Хватка есть. Будет мозгами шевелить — будет летать, — подвел итог Антонов. Командир эскадрильи встал.
— Готовься. Пойдешь справа от меня. Но не отрываться, — погрозил он пальцем Евгению.
Прошла неделя. Уже не раз Евгений Степанов уходил в небо войны. Вместе с товарищами сопровождал Р-зеты. Огражал налеты фашистских бомбардировщиков. Летал с Серовым на разведку к Уэске и Сарагосе. Но на его счету еще не было ни одного сбитого фашиста. Это удручало летчика.
Полчаса назад Анатолий Серов произнес свое уже павшее привычным: «Время в полет».
Эскадрилья подошла к линии фронта. Разворот. Завиднелись пригороды Сарагосы. И тут со стороны Иберийскихгор появились двухмоторные машины. Над ними и по сторонам вились «фиаты».
Степанов несколько раз качнул самолет. Комэск сделал рукой успокаивающий жест: «Вижу».
«Нужно атаковать! Чего он медлит?» — волновался Евгений. И только когда «чатос» со стороны солнца бросились в атаку, он оценил выдержку Серова.