Частные уроки

Автор неизвестен

Фили сел на свободный стул и томясь стал дожидаться окончания серии.

Блондинка навскидку палила сразу из двух бластеров в очередного инопланетного монстра, от которого уже шел неестественно густой дом, но он все продолжал крайне не метко отстреливаться из странного вида оружия, ничего, кроме усмешки не вызывающего. Наверное, скоро конец серии.

— Не надоела тебе эта бодяга? — скучающим голосом спросил Фили.

— Сам ты бодяга! — огрызнулся толстяк. — Смотри, сейчас Фаузер доберется до центрального пульта…

Ух ты!

Фили принялся в который раз рассматривать коллекцию моделей автомобилей, любовно расставленных на большом стеллаже. "Тоже мне, друг называется! — вдруг с обидой подумал Фили о Шермане. — Тут такое дело, а ему эти остолопы галактические дороже!»

Наконец Шерман доел свою кукурузу и скомкал пустую пачку. Тут как раз и серия закончилась.

«Видно, у него все отработано, — догадался Фили. — Пачка кукурузы ровнехонько на серию этого дерьма".

— Ну чего там у тебя стряслось? — вздохнул Шерман, выключая телевизор.

Фили рассказал. Путаясь, сбиваясь и повторяясь. Рассказал о походе с Николь в ресторан, о том, как лишился наконец девственности, и как она сделала вид, что умерла. Рассказал о гнусном заговоре Лестера, и о своем поведении — не заглаживая острых углов и не замалчивая собственных ошибок.

Да, он не герой, но что поделаешь — что было, то было. Самое странное, что он ни о чем не жалеет.

Шерман слушал его рассказ, как захватывающий детектив. Черные глазки горели пламенем неподдельного любопытства и внимания. Он мерил комнату шагами, но не пропускал ни слова, вставляя лишь реплики: «Ну да?» или «Иди ты!». От возбуждения, которое охватило его при рассказе друга, он сам не заметил, как раскрыл вторую коробку воздушной кукурузы.

Теперь для Шермана стало многое ясно. Он-то ломал голову, мучился черной завистью и никак не мог понять: ну почему Фили привалило такое счастье. Чем Фили лучше его, Шермана? Теперь-то все ясно: чей-то хитроумный замысел и злая воля руководили мисс Меллоу в ее эротическом неравнодушии к Фили. С души Шермана словно камень свалился — жизнь снова стала простой и понятной.

Он довольно потер свои пухленькие ладошки друг о друга.

— И где сейчас эта твоя…

Мисс Меллоу? — спросил он, когда наконец Фили закончил свой рассказ.

— В твоем тайнике, — ответил Фили. — Куда я ее еще мог отвести? Я решил, что ты… — Фили вдруг испугался, что Шерман будет не доволен его поступком.

— Правильно решил! — хлопнул Шерман по плечу приятеля. Бурная жажда деятельности охватила его. — Пойдем туда. Поглядим, нормально ли ей там. И решим, как спасти тебя от беды! — Ему очень хотелось поддеть друга по поводу его хваленой сексуальной неотразимости, но из чувства такта он сдержался.

* * *

Николь сидела скромно за столом, подперев подбородок рукой и смотрела куда-то в стену, мимо раскрытого перед ней журнала. Увидев,

что открывается вход, она встала и улыбнулась.

— Здравствуй, Шерман, — вежливо сказала она.

— Здравствуйте, мисс Меллоу, — толстяк с удовольствием оценил ее прелести в ярком свете лампы, висящей под потолком..

— Мы с Фили просим твоей помощи, — застенчиво улыбнулась она.

— Конечно, — подтвердил свою готовность удружить друзьям Шерман. — Мне Фили все рассказал. — Он отодвинул стул, сел и с видом главнокомандующего, открывающего военный совет перед решающим сражением, побарабанил пальцами по поверхности стола. — У вас есть какой нибудь план?

— У нас есть цель: вернуть деньги моего отца, — почему-то раздраженно сказал Фили. — А как? Если просто потребовать силой, скажем, попросить кого-либо из знакомых, то он выдаст Николь полиции.

— А если пригрозить, что мы расскажем все твоему отцу? — выдал предложение Шерман.

— Результат тот же — он опять же выдаст ее полиции, а Николь не хочет этого.

— Более чем не хочу, — встряла она и улыбнулась Фили. Мол, ты понимаешь, почему.

— Выдаст полиции… — задумчиво повторил Шерман. — А сам-то он, небось копов больше всего боится. И вряд ли пойдет к ним.

— Нам не хотелось бы рисковать, — веско сказал Фили. — А вдруг Лестер настолько дурак, что пойдет?

— Эх, натравить бы на него полицию так, чтобы… — Шерман ходил из угла в угол.

Фили смотрел на него с надеждой. Николь с улыбкой.

— Эврика, — вдруг воскликнул Шерман. — А что, если к нему подослать кого-нибудь, кто разыграет из себя копа и напугает его? — Толстяк окинул совет торжествующим взглядом. — У меня есть настоящий полицейский значок.

— Кого, например? — поинтересовался Фили.

— Ну… — Шерман задумался. — Тэда можем попросить… Хотя он такой же урод, как и Джойс, но я полагаю, он не откажется.

— Хлипковат он для копа — сразу по нему видно, что он еще салага.

— Да, — согласился Шерман. — Не выйдет. Нужен кто-нибудь постарше.

— А может быть мы мистера Трэвиса попросим. Он вроде бы подходит под эту роль, — неуверенно сказал Фили.

Николь не принимала участия в совете, сидела, подперев подбородок рукой и, улыбаясь таинственно, переводила взгляд с одного на другого.

— Точно! — Толстое лицо Шермана озарилось радостной улыбкой. — У него рожа такая же тупая, как у настоящего копа! А он согласится?

— Надо просто, наверное, как следует попросить его, — неожиданно подала голос Николь.

— На том и договоримся, — резюмировал Шерман. — Во сколько прилетает твой отец? — повернулся он к Фили.

— Во второй половине дня. Можно узнать точно.

— У нас не так много времени. Сегодня искать мистера Трэвиса уже поздно. А завтра… Так завтра же воскресенье — занятий в школе у него нет! — Шерман расстроился. — Где мы его найдем?