Часовая битва
Шрифт:
Некоторое время Хронимара оценивающе смотрела на свою пленницу. Потом извлекла часовую стрелу и взмахнула ею волнообразно сначала в сторону Василисы, а потом и Фэша.
Веревки опали, и ребята освободились. Фэш неуклюже поднялся, потирая затекшие руки, и тут же выхватил стрелу.
Хронимара с абсолютным спокойствием проигнорировала его действие.
— Ну что же, черноключница, идем поговорим.
И она первая вышла наружу.
Фэш с Василисой вопросительно переглянулись, но все же поспешили
Тем временем уже рассвело, темнота все больше отступала в лес, за скалы.
Сразу за порогом начиналась дорожка из плоских камней. По бокам от нее росли пышные зеленые кустики, усыпанные мелкими алыми и сиреневыми цветами. Дорожка вела к приоткрытой калитке, из-за которой выглядывал сонный огненно-рыжий кот. Сам дворик, обнесенный низким забором, производил впечатление небольшого, но хорошо обустроенного хозяйства: по траве бегали куры и важно ходили гуси, у задней стены расположились грядки с помидорами, огурцами, даже тыквами.
Сарайчик, где держали пленников, прилегал одним боком к высокому плоскому камню. Невдалеке, чуть выше по крутому склону, располагался большой дом, сложенный из камня, даже его крыша состояла из тонких, плоских камней, тесно подогнанных друг к другу.
Казалось, дом нависал над всем двором, как строгий, всевидящий хозяин. Очевидно, там жила Хронимара. Слева от дома имелась большая терраса под навесом, вся увитая листьями винограда. Она соединяла большой дом с другим домиком, поменьше, скорее всего кухней — из трубы поднимался дымок, и с той стороны вкусно пахло свежеиспеченным хлебом.
Сразу за забором, посреди небольшой круглой площадки, выложенной плоскими серыми камнями, рос тот самый многовековой платан, так поразивший Василису. Наверное, под платаном — символом семьи Столеттов — проводили какие-нибудь местные собрания и праздники.
За платаном открывался вид на огромное ущелье с каменистыми склонами, густо усыпанными валунами самой разной причудливой формы, покрытых зеленоватым лишайником, вросшим в скалы. Под этими необычными валунами теснились дома с каменными крышами, вились крутые лестницы, выдолбленные прямо в камнях или в сухой земле. Кое-где были проложены рельсы, по которым уже сновали туда-сюда вагончики — очевидно для подъема тяжестей.
На крутых холмах были разбиты аккуратными прямоугольниками виноградники и огороды — несмотря на раннюю пору, там уже работали люди. В общем, деревня как деревня, пусть и расположенная не на равнине, а по стенам ущелья, в некоторых местах почти отвесным. Но вид этих больших, несуразных камней, словно раскиданных повсюду неумолимой рукой великана, внушал какую-то смутную тревогу. Словно когда-то здесь произошло сильное землетрясение и гора сдвинулась вниз, осыпавшись гигантским камнепадом…
Василиса заметила,
— Чего рты разинули? — вернула их к реальности Хронимара. — Вот уж городские дети, настоящей природы не видели. Эй, Юста!
К Хронимаре подскочила девушка — миловидная, с добрым и смешливым лицом. На ней тоже было простое льняное платье, но с небольшим черным корсетом, а из-под косыночки кокетливо выбивалась крученая прядка. Часовщица указала ей на Фэша.
— Бери помощника по хозяйству! И не жалей его, пусть поработает во славу Столеттов, пока мы с черноключницей разговоры будем вести.
Девушка с любопытством скользнула взглядом по ребятам и вдруг игриво подмигнула Фэшу, к большому неудовольствию Василисы.
— Ух, какие ямочки! — прицокнула она языком. — А глаза-то! Как сапфиры!
— Осторожней с ним, Юста, — усмехнулась Хронимара. — Это второй Астрагор, только пока маленький.
— Ни в жизнь не поверю! — всплеснула та руками. — Такой красавчик не может быть плохим… Ты посмотри, как он мило краснеет.
Судя по виду Фэша, он был готов провалиться сквозь землю, только бы исчезнуть отсюда куда-нибудь подальше.
Хронимара же наслаждалась замешательством мальчика.
— Драгоции всегда были такими, — ухмыльнулась она. — Гордые-гордые, а как дело доходит до настоящей работы — сразу в кусты.
— А Столетты всегда жили в кустах, — едко парировал Фэш.
Судя по всему, между Столеттами и Драгоциями существовали очень давние напряженные отношения. Одновременно с этим выводом Василиса все же подивилась той перемене, которая произошла с часовщицей: в Змиулане она казалась совершенно другой — грубой, надменной, настоящей «язвой», сейчас же ее лицо разгладилось, стало добрее, плечи расслабленно опустились. Здесь, на своей земле, она чувствовала себя уверенно. Впрочем, это не оправдывало Хронимару за их с Фэшем похищение.
— Ну посмотрим, Юста, может, ты его укротишь. — Часовщица с неприкрытой насмешкой взглянула на мальчика. — Пошли, черноключница.
Но Фэш крепко схватил Василису за локоть:
— Никуда она с вами не пойдет!
Василиса уже и сама передумала говорить с Хронимарой, да еще оставлять Фэша наедине с этой говорливой Юстой.
Но часовщица раздраженно нахмурилась:
— Если бы я хотела причинить вред, то поверь мне, Драгоций, не церемонилась бы с вашими особами ни одной минуты.