Чаша отравы
Шрифт:
— То есть они делают то же, что и президент? А сам президент?
— Может и не принадлежать к их кругу. А просто выполнять их волю. Быть говорящей головой и рукой для простановки подписи. Есть даже актеры, дублирующие в случае необходимости высших публичных лиц — как действующих, так и тех, кто готовится им на замену. При этом сакрализация президента, как мы все видим, абсолютна. Это следует из необходимости безусловного выполнения указаний власти. Ордену нужно как можно более жестоко и беспощадно подавлять простой народ — следовательно, востребована именно предельно жесткая и персонифицированная власть... Впрочем, если говорить о персоналиях, то деятели ельцинской Семьи к высшей страте всё же, конечно, относятся... Вершители могут, в принципе, занимать не самые высшие должности, могут вообще никаких формальных должностей не занимать —
— А если среди Вершителей возникнут разногласия?
— Как правило, принципиальных разногласий нет. Но для особых случаев есть люди, так называемые Глашатаи, они входят в транс и пытаются черпать информацию из «поля знаний». Разумеется, нашептывает ее лукавый, враг рода человеческого...
То есть, как, в общем, Иван понял еще тогда, когда слушал аудиозаписи, воля Вершителей оглашается, сертифицируется и документируется именно через формально ничем не ограниченную власть президента и его администрации. Силовой рычаг — в спецслужбах. А интеллектуальное обеспечение — силами закрытых и полузакрытых мозговых центров. С привлечением, если нужно, зарубежных ресурсов — включая гигантские базы знаний, системы динамического моделирования, суперкомпьютеры.
И еще он понял — именно эта надвластная сила решает, когда и как один президентский режим, то есть «аватар», сменится другим. Под другую фазу, но в рамках единого курса и на одной и той же фундаментальной социальной основе. И данная сила всё это определяет в интересах класса консолидированных владетелей, верхушкой которой является. И когда решают Вершители — но не раньше — то казавшийся сильнейшим и незыблемым конкретный президентский режим вдруг рассыпается, тает, уступает, играет в поддавки, как снег под вот этим апрельским солнцем. Если сценарий предусматривает, то и ключевые фигуры бегут без оглядки. То есть делают вид, что бегут. Сливают «на публику» всё, что только можно. Чтобы уступить место режиму «преемника», где гайки в отношении простого народа будут закручены еще сильнее, чем раньше. Скорее всего, именно это ждет Россию в будущем...
— То есть именно такое построение эффективно обеспечило преемственность от Горбачева к Ельцину и от Ельцина к Путину? — уточнил Иван.
— Именно так. Это означает, что за всеми этими действиями стояли силы, которые жестко реализовывали сценарий. Публично значимые события явились лишь имитацией. Соответствующую технологию, кстати, разработали еще в секретных институтах СССР. Согласно ей, нужно целенаправленно давить, растравливать, а в определенный момент, когда надо, провоцировать прорыв народной ненависти по полной программе. Но в ходе этого подсунуть контролируемых лидеров, как бы олицетворяющих обновление. Задействуется управляемая оппозиция с подставными вождями, лидеры мнений, группировки. Неуправляемых нет в принципе. Орден четко усвоил уроки царского времени. Когда оппозиционеров охранка сажала и даже казнила, но власть при этом не пыталась — по крайней мере, тотально, если не считать зубатовские эксперименты, — мелочно управлять внутренней структурой всех значимых организаций. У царя и «временных», извиняюсь за грубость, не было яиц, а у нынешней власти они есть. И она четко следит, чтобы у оппозиции яиц не было, а если у кого появляются, то смельчаки сразу же подвергаются Устранению. Ну, термин у Ордена такой специальный, рабочий, с пиететом произносимый. Убийство то есть...
— Это понятно... При таком подходе режим в целом обеспечит себе еще многие годы или даже десятилетия беспроблемного развития.
— Да. Именно такое, «орденское», построение власти объясняет, почему по итогам всех кажущихся кризисов и катаклизмов она только укрепляется. Ибо это никакие не кризисы, а проектные переходы под видом кризисов и борьбы. Именно благодаря такому принципу
— А что является источником легитимности Вершителей?
— То, что глобальный капитал и его органы принятия решений признают высшей властью и высшим оператором собственности в России именно их круг. Причем вне зависимости от того, допущены ли сами Вершители и верхушка владетелей к принятию глобальных решений, — это, кстати, российская элита воспринимает крайне болезненно. Негласный договор между глобалистами и элитами России заключается в том, что доморощенные хозяева вывозят ресурсы и получают ренту, а Запад на деле поддерживает людоедский характер режима, расправы и убийства оппозиционеров.
— То есть, получается, пресловутое «золото партии» стало фондом для того, чтобы Вершители могли вкусно жрать?
— Можно и так сказать... Чтобы самим стать гедонистами, надо было сначала обвинить аскетов в гедонизме... Как ленинградского Романова — помнишь, конечно, историю с эрмитажным сервизом?
— Разумеется. КГБ, насколько я знаю, распространил эти слухи, чтобы предотвратить его избрание генсеком.
— Да. Через сеть сексотов по всей стране. Так всегда делалось в последние десятилетия, чтобы влиять на общественное мнение. Сексоты ведь не только стукачеством занимались, но и транслировали централизованно то, что нужно. Впрочем, и сейчас тоже — но уже не только вербально, по кухням и курилкам, но и через соцсети... В общем, этот Экселенц-Орден стал раковой опухолью России. Коллективным рабовладельцем, поработившим даже своих членов. Пожирающим людей, страну, ее будущее.
— Это очевидно, — согласился Иван. — Но ведь Орден — он же не тождественен органам госбезопасности, раз мы об этом вспомнили?
— Нет, конечно. Скорее паразитирует на них. И на многих других структурах. Исторически, конечно, ядро формировалось в верхушке КГБ. И по этой же линии Орден обрастал финансовой силой. Председатель — «отец-основатель» лично крышевал махинации во внешнеэкономической деятельности, а ОБХСС не имела права их проверять. Не говоря уже о собственных внутриведомственных схемах. «Джамблик» пресловутый... Экселенц и Ко, то есть «контора», использовали сформировавшуюся из-за бесконтрольности и слабости механизмов управления коррупцию — как резерв для подбора новых кадров и разворота административной политики. А также, изображая борьбу с ней, точечно, — как средство подрыва кланов, которые на прямую инициативную измену Родине не пошли бы. Рассматривали тех, кто олицетворяет этот теневой сегмент, как потенциальный протокласс, на который можно опереться — но предварительно подав сигнал, что они обязаны отныне ходить под Орденом.
— Хлопковое дело, дело Медунова, дело Елисеевского гастронома...
— В первом деле есть и фактор провоцирования межреспубликанского разлома. А два последних — да, классика, конечно же...
— Но верхушка нынешних силовых структур — это «орденцы»? — уточнил Иван.
— Разумеется, «орденцы». Высокопоставленные, вплоть до Вершителей. Но основная масса силовиков, если не вовлечены в структуры Ордена, просто служит, как им представляется, стране. Великой России. По убеждению — стихийные патриоты-державники. Если что-то удастся присвоить, присосаться к активам и схемам, то, понятно, не брезгуют этим. Хотя могут и не быть включены непосредственно в Орден. По отношению к начальству большинство служивых бесправны, они никто и звать их никак. Если вдруг пойдут против самого верха, их ломают беспощадно и показательно.
— Ну да... Сидит в соседнем бараке человек, пытавшийся создать структуру «Правозащита полицейского» — чтобы помогать рядовым сотрудникам противостоять произволу начальства. Разумеется, обвинили в вымогательстве и еще многих преступлениях, на пустом месте сфабриковали доказательства и закрыли сюда...
— Да, знаю его... Власть будет яростно давить любые инициативы, направленные на то, чтобы вбить клин между рядовыми и начальниками в силовых структурах, на то, чтобы наладить дружеские связи между простыми гражданскими людьми и простыми людьми в погонах.