Чаша огня
Шрифт:
— Что будем делать теперь? — нарушил молчание Антон, остановившись за моей спиной и тревожно глядя на далекие горы.
Я повернулся к нему. Разрозненные мысли, роившиеся у меня в голове, постепенно начинали обретать какую-то форму.
— Вот что, дружище, — сказал я, — постарайся поподробнее узнать, или вспомни сам, с кем и как проводила Дивия Рана вечер накануне своего внезапного исчезновения.
— С кем? — недоуменно воскликнул Антон. — С подругами конечно! Да мало ли кто был с ней в тот вечер!
— И, тем не менее, постарайся точно выяснить, кто конкретно тогда
— Ты уже что-нибудь нащупал, да? — оживился Антон, с надеждой глядя на меня.
— Пока нет. Но я чувствую, что во всей этой истории что-то не так. Чтобы найти девушку, нам нужно ответить на некоторые вопросы.
— Какие?
— Прежде всего, почему девушка ушла в горы (если, конечно, она действительно ушла в горы) никого не предупредив об этом, и даже не взяла с собой личный датчик? Зачем ей понадобилась вся эта секретность? Судя по всему, она отправилась туда не одна, потому что совершенно не позаботилась о своей безопасности. Выходит, с ней был кто-то, на кого она надеялась и от кого могла получить помощь? Кто этот человек и какую роль он играет в исчезновении Дивии?
— Да, — вздохнул Антон, — вопросов слишком много. Пока что я не вижу ответа ни на один из них. Но больше всего меня беспокоит то, что за все это время можно было что-то сделать для спасения Дивии, а мы не сделали этого!
— Поверь мне, я не меньше тебя переживаю за судьбу этой девушки. Но в данном случае вы были бессильны, что - либо сделать. Чтобы хоть как-то успокоить твою совесть, я сегодня же направлю спасателей ГСС в район Монастырского ущелья. Ты же, Антон, постарайся до вечера выяснить все то, о чем я тебя просил. Только делай это очень тактично. Чтобы никого не обидеть подозрением. Хорошо?
— Хорошо, — кивнул Куртис.
— Да, вот еще что! — спохватился я. — У тебя нет портрета Дивии Рана?
— Кажется, где-то был.
Антон в задумчивости потер подбородок, затем быстро подошел к тумбочке, около дивана и через минуту извлек из нее объемный стереоснимок. Я взял у него голограмму и внимательно рассмотрел ее.
— Здесь запечатлена группа ее подруг, тоже занимавшихся стартингом как раз после одного из соревнований, — пояснил Куртис. — Дивия на снимке крайняя справа.
Несколько минут я вглядывался в лицо невысокой, скромной на вид, девушки в спортивном костюме. В чистых серых глазах ее, в улыбке, едва тронувшей губы, застыло мечтательное выражение. В ее облике отчетливо проглядывали черты южных женщин, некогда заселявших этот полуостров и славившихся своей необычайной красотой.
— Ты остановишься у меня или в гостевом корпусе? — спросил Антон, заглядывая через мое плечо на снимок.
— Если ты не против, то у тебя.
— О чем речь, старик?! Располагайся, как дома.
— Пока что я хочу немного прогуляться по свежему воздуху, — улыбнулся я. — Да, еще одно, Антон! У вас в визиотеке найдутся кассеты с информационными сообщениями месячной давности?
— Тебя интересуют сообщения общеземной информационной сети или же местные каналы ВОПИ?
—
— Конечно, найдутся!
— Тогда захвати информационный бюллетень за три прошедших месяца.
— Хорошо. Но зачем это тебе? — удивился Антон.
— Ничего не спрашивай у меня сейчас. В моей голове все так шатко, что любой лишний вопрос может только навредить делу.
— Тогда до вечера? — Антон протянул мне руку.
— До вечера.
Мы простились с ним. Он отправился по своим делам, а я по визиофону связался с Горноспасательной Службой и попросил их направить людей в район Монастырского ущелья, чтобы поискать там исчезнувшую девушку. Заодно я хотел узнать у начальника ГСС, почему они до этого вели поиски у южных отрогов, но Виджаядева не оказалось на месте, и мне ничего не оставалось, как попросить дежурного связаться с ним по рации и сообщить о моей просьбе. Затем я вызвал Центр регистрации жилых помещений и попросил молоденькую девушку-диспетчера помочь мне отыскать студентку второго потока Дивию Рана, которая могла в период с двадцать шестого по тридцатое августа поселиться в одном из секторов жилых зон Трудового Братства. Мне необходимы были сведения о ее местонахождении на данный момент.
Немного озадаченная моей просьбой, девушка-диспетчер растерянно улыбнулась: слишком неточные сведения я сообщил ей. Какой именно сектор, и какой жилой зоны меня интересует? Этого я не знал. Тогда СРЖЗ придется проверять сектора всех жилых зон, а их насчитывается более восьмисот — долгая и кропотливая работа! Что делать? Ничего другого я сообщить ей не мог, но эти сведения мне были очень необходимы.
Диспетчер снова растерянно улыбнулась, но твердо пообещала помочь мне. Я заранее поблагодарил ее и попросил передать все данные по коду визиофона Антона Куртиса.
«Если эта девушка действительно почему-то решила переменить место жительства, — рассуждал я, — то, так или иначе, она будет выбирать себе новое жилье через Службу распределения, где ведется учет всех свободных жилых помещений на Земле. Ведь люди в Трудовом Братстве часто переезжают с места на место и без подобного учета никак не обойтись».
Я все еще надеялся, что Дивия Рана по каким-то причинам просто решила в корне изменить свою судьбу. Конечно, никто и никогда не станет делать этого в ущерб другим, но иногда бывают ситуации, когда в первые минуты душевного волнения забываешь о том, что окружающие тебя люди сопереживают происходящее вместе с тобой, и ты невольно причиняешь им душевную боль и страдания своими необдуманными поступками. Как бы то ни было, я должен был про-верить и эту версию.
Включив запоминающее устройство визиофона, я покинул институт, и направился на транспортную станцию, которая располагалась совсем недалеко от поселка геофизиков.
Дорога к станции шла через обширные фруктовые сады, переживавшие пору буйного цветения. Деревья стояли обсыпанные крупными розоватыми цветками, которые источали сладкий манящий аромат. Облетевшие уже лепестки покрывали траву, и было очень приятно и радостно идти по этому необычайному цветочному ковру.