Чаша Бланшара
Шрифт:
— Наверное, мне следует признаться, что я не удивилась ее кончине.
— Почему, миссис Мур?
Экономка не дала прямого ответа, вместо этого она продолжила свою мысль.
— Роуз Фрэнсис работала здесь меньше года, — наконец сообщила она. — Я потратила немало сил, чтобы научить ее исполнять свои обязанности. Когда она исчезла, никого не предупредив, я почувствовала, что меня подвели, даже обманули. Но, судя по вашему рассказу, вот так исчезать вошло у нее в привычку.
Агнесс расслышала горечь в словах миссис Мур, но не стала заострять на этом внимание:
— Каким образом
— Она обратилась с просьбой о работе письменно, по почте. Насколько я помню, в письме указывалось, что она выросла на севере Англии, но, поскольку поблизости не было свободных рабочих мест, она решила попробовать найти работу в Лондоне, тем более что вся ее семья недавно умерла от холеры. Мать научила ее основам ведения домашнего хозяйства. До тринадцати лет она училась в школе, умела хорошо шить и бегло читала и писала. Ее письмо было очень аккуратно написано. Мне не доводилось видеть такого хорошего почерка ни у одного из слуг, его можно было принять за почерк настоящей леди. Как потом выяснилось, именно такое впечатление она и хотела произвести. Вы спросили меня, была ли она нечестной. Это был ее первый проступок.
— Почему вы так говорите? — с интересом спросила Агнесс.
— В письмо была вложена рекомендация. Подразумевалось, что она написана экономкой поместья на севере страны. Роуз заявила, что работала там летом, когда домом пользовались. Я пыталась связаться с этой экономкой, но безуспешно: никакого ответа я не получила. Через несколько недель я написала местному священнику и от него узнала, что не только никакая экономка не писала рекомендацию, но и такого поместья никогда не существовало. Но он подтвердил, что в окрестностях жила девушка, которую звали Роуз Фрэнсис. Она была дочерью школьного учителя. Ее мать и отец умерли от холеры, а брат уехал в другую страну. Таким образом, ей пришлось уйти из дому и искать работу. Насколько знал священник, Роуз порвала все отношения с бывшими знакомыми. Никто не знает, куда она подевалась. Но поскольку работу в той части страны найти было очень трудно, все решили, что она отправилась в Лондон.
Агнесс пришла в голову странная, поразившая ее мысль. Прежде она и подумать бы не могла, что у нее и Роуз есть что-то общее. Теперь же Агнесс видела сходство в их печальном прошлом. Как и она сама, Роуз была вынуждена оставить круг образованных людей, в котором привыкла вращаться, и стать прислугой. Но если Агнесс со своей судьбой смирилась, то Роуз явно не собиралась успокаиваться.
Агнесс задумчиво рассматривала миссис Мур, глядевшую куда-то вдаль. Под ее холодностью Агнесс разглядела тоску. Кто знает, может быть, под этой безукоризненной внешностью скрываются такие же терзания, как и у нее?
— Какое мнение вы составили о Роуз, когда она начала здесь работать? — спросила Агнесс.
Миссис Мур слегка улыбнулась:
— Она была умной, проворной, обаятельной, если хотела, но, как я вскоре выяснила, ей недоставало постоянства.
— В каком смысле?
Миссис Мур фыркнула:
— Как только Роуз привыкла к своим новым обязанностям, она стала вести себя так, будто заслуживала лучшего. Она стала скандальной, ей не нравилось, когда ей указывали, она нарушала установленные в доме правила
— Какие правила она нарушала?
— Выходила вечерами из дому без разрешения, была наглой и пользовалась успехом среди слуг-мужчин. Часто работала небрежно, грубила старшим, когда ее ругали. Продолжать?
— Нет, — сказала Агнесс, думая, что все сказанное звучит удивительно знакомо. — Но как вы объясните, почему Роуз, если она хотела улучшить свое положение, согласилась на такую же работу в хозяйстве, значительно меньшем, чем это? Ведь она явно сделала шаг назад.
Миссис Мур пожала плечами:
— Именно поэтому я удивилась, узнав, куда она перешла. Отсюда она ушла без всякого предупреждения. И рекомендацию не попросила. Если честно, я бы ничего хорошего не написала и вообще я собиралась ее уволить. Я решила, что она собралась замуж или нашла место повыгоднее. Первые новости о ней после ухода я получила от вас.
Агнесс вздохнула. Роуз явно подделала ту рекомендацию, которую ей показывала миссис Тули, точно так же, как она сделала, когда поступала к лорду Кэрью. Но что заставило ее так неожиданно покинуть дом лорда?
— Вы сказали, что решили, будто она собралась выйти замуж. Был у нее милый друг, о котором бы вы знали?
Миссис Мур гордо выпрямилась:
— Слугам запрещены связи в этом доме, точно так же, как и в других уважаемых домах, которые я знаю.
— Я не собираюсь подвергать сомнению моральную чистоту слуг этого дома, — постаралась успокоить ее Агнесс. — Но те, кто настроен на сердечные романы, всегда находят способы обойти запреты. Слуги все-таки женятся, а, как вы уже сказали, Роуз была очень кокетлива.
Миссис Мур с каменным лицом разглядывала свои руки.
— Я не настаивала, чтобы она признавалась, но кто-то у нее был.
— Она имени не упоминала?
— Нет, но, когда она здесь появилась, у нее было серебряное кольцо на безымянном пальце. Я спросила ее о нем, когда впервые увидела. Естественно, я бы не взяла ее, если бы узнала, что она помолвлена. Но Роуз сказала, что это кольцо ей оставила мать… — Миссис Мур помолчала. — За день до ее исчезновения одна из служанок застала ее в слезах на кровати. И когда она спросила, в чем дело, Роуз, чем-то швырнув в нее, выскочила из комнаты. Эта служанка разыскала брошенный в нее предмет. Им оказалось кольцо. Оно закатилось под кровать, и служанка, достав его, оставила кольцо на столике у кровати Роуз. После того как Роуз ушла, это кольцо нашли спрятанным под матрасом.
— Вы уверены, что кольцо было спрятано? Может быть, оно случайно туда попало?
— Возможно. Но все равно она за ним не пришла и не попросила, чтобы ей его переслали.
— А где кольцо сейчас?
— У меня. — Миссис Мур сняла серебряное кольцо с пальца и протянула его Агнесс. — Я смотрела, но на нем нет никакой надписи.
— Странно, что Роуз оставила его, — сказала Агнесс, рассматривая кольцо с внутренней стороны. Там имелись пять значков, вместо ожидаемых ею четырех, и только два она узнала — голову леопарда и льва с поднятой лапой.