Час Пандоры

Нэнс Джон Дж.

Марк Хейстингс протянул Сэндерсу листок бумаги и наблюдал за ним, ожидая реакции.

Расти чуть присвистнул, пока читал.

– Итак, лаборант, заразивший ныне покойного американского профессора, умер, и Хелмс это уже вторая жертва?

Рот кивнул.

– Мы только что получили это из Бонна. Они заявляют, что недавно узнали об этом.

Сэндерс кивнул и отдал листок обратно.

– Ясно. У нас два трупа, и никакого понятия о том, с какой скоростью распространяется этот грипп. У нас нет результатов исследования под электронным микроскопом или образцов самого вируса, у нас нет классификаций, мы в полном мраке! Мы имеем одного пассажира, умершего на борту

самолета, предположительно заразившегося этим вирусом, но проявившиеся у него симптомы, приведшие к смерти, могли быть и простым сердечным приступом. Немцы говорят об инкубационном периоде в два дня, что является беспрецедентным для вирусов, даже для самых страшных из них. Им требуется время, чтобы добраться до клеток организма и размножиться там, и двух дней для этого недостаточно! Но если их утверждения верны, то этот новый вирус заставит переписать учебники. И что в итоге? Мы не знаем, с чем столкнулись немцы; у нас нет подтверждений того, что этот вирус убил, или заразил, умершего пассажира, и пока мы не знаем, что это такое, мы не сможем представить, что он делает... Я хотел сказать, симптоматику. – Сэндерс выпрямился и скрестил руки на груди, подводя итоги, он любовался стенами и придвигался поближе к картине с изображением дикого Запада.

Рот вздохнул.

– Марк, вы предлагаете обращаться с этим, как с вирусом четвертого уровня, верно?

Доктор ответил прежде, чем Хейстингс открыл рот.

– Марк, если вы так говорили, вы правы. – Сэндерс повернулся к Роту. – Мне сказали, директор, что это может также быть результатом тайных военных исследований в Германии. Но для меня самая пугающая вероятность состоит в том, что мы имеем дело с сочетанием короткого инкубационного периода с высоким уровнем смертности. Если присутствуют оба эти фактора – к примеру, вирус убивает за три дня, и уровень смертности составляет семьдесят-восемьдесят процентов, то распространение вируса в любой точке Земли представляет страшную опасность.

– И что же? Что нам следует делать? – спросил Рот, раздраженный тем, что собеседник продолжает рассматривать его кабинет.

– В худшем случае – это некая разновидность мутации патогенного вируса, а вовсе не грипп. Нечто такое, что передается воздушно-капельным путем, сохраняет жизнеспособность в этой среде в течение многих часов, провоцирует заболевание и быструю смерть в течение сорока восьми часов. Распространение инфекции воздушно-капельным путем – самое страшное, и вероятно поэтому вы послали за мной. Я знаком с системами рециркуляции воздуха в самолетах типа «боинг», «аэробус» и «дуглас».

– Они могут распространять болезнь, если перед нами наихудший вариант?

Сэндерс кивнул.

– Если этот вирус способен передаваться воздушно-капельным путем, теоретически система рециркуляции воздуха в самолете может распространить его, если он пройдет через фильтры. – Доктор убрал ладони со стола, сложил руки на груди и сел в кресло. – Ладно. Заразятся ли все пассажиры этого рейса? Вероятно, нет. Смогут ли фильтры системы кондиционирования задержать патогенные вирусы? Некоторые, при определенных обстоятельствах, но, вероятно, не самые опасные из них. – Сэндерс собрался было встать, но передумал и снова упал в кресло. – Подведем черту, сэр? Если на борту лайнера вирус-убийца, и он может распространяться в воздушной среде, мы должны признать вероятность заражения всех пассажиров. Если вирус легко передается воздушно-капельным путем, то те, кто еще здоров, скоро заразятся, а при высоком уровне смертности мы можем потерять их всех.

Рот выпрямился и развернул к окну свое вращающееся кресло.

– Именно этого я и боялся.

Сэндерс, пощипывая кожу на пальцах, продолжал:

– Нам

необходимо провести вскрытие жертвы сердечного приступа, нам нужны культуры, немедленные лабораторные испытания на животных, нам необходима биологически безопасная изолированная зона, биоизолированные помещения и передвижная лаборатория. Вояки в Форт-Детрик могут это обеспечить. И раз уж... раз уж мы на самом деле столкнулись с чем-то очень, очень заразным и смертоносным из разряда вирусов четвертого уровня, я бы рекомендовал провести аутопсию где-нибудь вне страны.

Рот и Хейстингс переглянулись, прежде чем заместитель директора заговорил:

– Где, например?

Сэндерс, обнаружив карту мира на стене возле окна, вскочил и подошел к ней. Его палец провел черту от центра Атлантического океана и остановился на Исландии.

– Мне кажется, у нас там есть база под названием Кеблавик [9] . Либо сюда, либо в Гренландию. Какое-нибудь холодное и изолированное место. – Сэндерс повернулся к Роту. – Мы можем такое сделать?

Тот вздохнул и покачал головой. Марк Хейстингс сообщил доктору о планируемой посадке в Милденхолле, заметив выражение ужаса на его лице.

9

Город в Исландии, где находятся международный аэропорт и авиабаза ВМС США.

– Вы шутите?! В Великобритании? Вы можете их остановить?

– Зачем? – поинтересовался Рот.

Расти Сэндерс жестом указал на карту.

– Если на борту самолета смертоносный патоген, который способен передаваться воздушно-капельным путем, мы не должны допустить его появления во влажном воздухе Англии. Эпидемия начнется с заражения большого количества людей. Эта часть Великобритании густо населена, и все дышат воздухом.

* * *

Военно-воздушная база Милденхолл,

Великобритания – 20.15

Визг шин английской машины эхом раздался внутри командного поста ВВС США. Любопытный сержант подошел к окну и выглянул наружу, удивленный тем, что с заднего сиденья выпрыгнул, словно черт из табакерки, британский начальник базы, на мгновение освещенный ослепительным светом фонарей, и тут же пропал из виду, направившись к главному входу. Грохот тяжелых ботинок по железным ступеням заполнил коридор.

Сержант спокойно проинформировал генерала как раз перед тем, как явно расстроенный англичанин вошел в комнату и столкнулся нос к носу с генералом ВВС США.

– Что, черт побери, вы себе позволяете, генерал? – прозвучало вместо приветствия. – И не пытайтесь вешать мне лапшу на уши!

– Подполковник Крэндол! Как приятно вас видеть. Что-то случилось?

– А вы не знаете? Вы переодели половину персонала вашей части базы в костюмы химической защиты, выкинули полдюжины самолетов из ангара на улицу, в госпитале произвели перемещение больных. У вас вечеринка, генерал?

– Послушайте...

– Это пока еще земля Великобритании. И я приказываю запретить здесь посадку «боингу», которому вы пытаетесь помочь. Ясно, генерал?

– Дэвид, мне приказано аккуратно посадить его, держать закрытым и ждать дальнейших указаний. Ведь в беду попали люди. Я не верю, что ты откажешь им в посадке!

– Решения принимаю не я. Это право правительства Ее Величества, а я выполняю приказы Министерства обороны. Все абсолютно просто. Мне жаль, что это выглядит жестоко, но нам неплохо было бы подумать и о жителях острова.

– Господи. Дэвид, у них всего лишь вероятность заражения новым вирусом гриппа.

– Ты это точно знаешь, да?