Час охоты
Шрифт:
Колянчин потрепал меня по подбородку.
– И на носу тоже, – добавила Ли. – Я его покрашу как-нибудь. В блондина.
– Что же нам делать? – спросила Ма.
– Ничего. – Доктор стал мыть руки. – Попробуйте исключить из рациона мясные продукты, замените их рыбой, злаками…
– Может, ему мюсли подойдет? – спросила Ли.
– Мюсли ему, конечно, подойдет, – улыбнулся Колянчин. – Если он их только есть будет.
– Мы вместе будем есть, – сказала Ли.
– Вот и отлично. А сейчас вы с Баксиком пойдете в коридорчик
Мы с Ли вышли в коридор. Она немедленно стала теребить меня за уши и толкать в бок.
– Он не опасен? – шепотом спросила Ма.
– Не думаю, – так же шепотом ответил Колянчин. – Не думаю, что опасен. С вами же он вполне дружелюбен?
– Да.
– Это может быть заурядная реакция на постороннего. Такое случается. Я думаю, ваш пес придет в норму. Надо только подождать.
Ли засунула мне руку в рот и принялась проверять, не качаются ли у меня зубы. Я терпел, хотя, если честно, зубы побаливали…
Вдруг дверь распахнулась, и в приемную вбежала растрепанная женщина. В руках она держала сверток, кажется, одеяло, это одеяло было перепачкано красным, пахло красным, шевелилось и издавало жуткие вопли.
– Приползла сейчас! – кричала женщина. – Приползла, а мордочка вся… Челюсть… Челюсть!
Ли сразу же отвернулась. Ма выскочила из кабинета, схватила ее за руку, и выволокла за дверь. Колянчин вышел в приемную. Он сразу отобрал у женщины сверток и отнес его в кабинет. Женщина, утирая слезы, вбежала за ним. Остальные посетители – парень с черепахой и пожилая дама с попугайчиком пришибленно молчали.
Колянчин звенел инструментами.
– Поймите, – я слышал из-за двери его голос, – поймите, что тут ничего уже нельзя сделать! Вообще ничего нельзя сделать. И деньги не помогут! Единственное, что я могу, это помочь ей… облегчить страдания…
Женщина ревела.
Я выбрался на улицу. Там меня уже ждали Ма и Ли.
– Сейчас мы заедем в магазин, – каким-то деревянным голосом сказала Ма. – Заедем в магазин…
– А что там было? – стала приставать Ли. – Там было…
– Кошка под мотоцикл попала. Вот и все, – отрезала Ма. – Идем. И никаких разговоров.
Мы отправились к магазину. Намордник Ма на меня надеть забыла.
Возле входа стояла нищенка, в старом сером плаще и вязаной шапочке, в руке держала большую железную кружку. Странно, раньше в нашем городе я никогда не видел нищих.
– Мама, а можно я дам ей денежку? – спросила Ли.
– Дай, – разрешила Ма. – Только в кружку кидай, а до руки не дотрагивайся, неизвестно, что там у нее на руках…
– Хорошо, – Ли подбежала к женщине и опустила в кружку монету.
– Вы тут пока постойте, – сказала Ма, – а я в магазин. Никуда с этого места не уходите, понял, Бакс?!
Ма наклонилась и отцепила ошейник. Это значит, чтобы я Ли охранял, и в случае чего имел свободу маневра.
– Никуда не отходите, – повторила Ма и
– Никуда не отходите… – передразнила Ли. – Куда тут уйдешь? Как на цепи сидим…
Она прислонилась к стене.
– Как-то она плохо пахнет, – поморщилась Ли. – Просто ужасно…
На самом деле женщина пахла совершенно нормально, как все люди. Как Ма, как Па. Просто Ли улавливала лишь маленькую часть верхнего запаха, а я слышал, как женщина пахнет по-настоящему. Обычно.
– Надо ей еще как-то помочь, – Ли открыла свою сумочку и стала в ней копаться. – А то все это нехорошо.
– Ей надо не так помочь, – сказал я, но Ли меня не услышала.
Она вытащила из сумочки синий прозрачный флакончик. Яблоками и корицей запахло сильнее. Ли подошла к бродяжке и сунула ей в руку флакон. Бродяжка благодарно ей кивнула.
– Вот так, – Ли вернулась ко мне. – Вот так намного лучше. Если бы…
Тут из магазина вышла Ма, и мы поехали домой. Всю дорогу Ма пилила Ли за то, что она подарила бродяжке духи. Оказывается, она все это видела в окно. Досталось и мне.
– А ты куда смотрел? – ругала меня Ма. – Ты же взрослый! Ты не должен подпускать к ребенку всяких сомнительных личностей! Для чего мы тебя держим?
Я не очень-то обращал на это внимание. Слушал, Ли пыталась меня защищать.
– Бакс не виноват, – говорила она. – Это все я. Я сама подбежала, а он и не видел…
– Должен был видеть! – злилась Ма. – Такое время, а он галок считает!
В конце концов Ма разозлилась окончательно и по приезде велела нам весь вечер сидеть дома и никуда не выходить.
– А мы с отцом и с Ронди поедем в кино.
Они стали собираться в свое кино, а мы с Ли решили подурить. У меня не было настроения дурить, но Ли очень хотелось побеситься. И мы стали беситься. Я как всегда изображал злую собаку, а Ли как всегда от меня спасалась.
Сначала Ли спряталась за тумбочкой от телевизора. Я ее сразу же там отыскал. Ли стукнула меня подушкой, и я погнался за ней со свирепым рычанием. Ли спряталась в комнате родителей. Я слышал, как она стоит со своей подушкой прямо за дверью, но снова изобразил остолопа. Ворвался в комнату и сразу же получил подушкой по голове. Ноги у меня подкосились, и я свалился на ковер.
– Получил! – радостно воскликнула Ли. – Лови еще!
Она швырнула подушку в меня. Я поймал ее на лету зубами и швырнул обратно. Подушка попала Ли в живот, и она тоже свалилась на ковер.
– Зараза! – Ли вскочила на ноги и кинулась в атаку.
Я нырнул под кровать.
– Так нечестно! – Ли стала по ней прыгать. – Это я должна прятаться, а ты должен меня искать! Ты сиди там, а я побегу спрячусь. Ты подожди как следует…
Я стал ждать. Я слышал, куда направилась Ли. Она спустилась в гостиную, подумала немного и полезла на шкаф, на тот самый, на который когда-то облокачивался Мессинг.