Чародей на том свете
Шрифт:
Да и вообще, слава богам, штурмовать этот лагерь по всем правилам им, скорее всего, не потребуется. Их задача – всего-то перелететь ограду, быстро найти – с помощью Упуата и Эли – томящихся здесь нетеру, освободить их и как можно быстрее бежать прочь.
Есть, конечно, вариант жесткого прорыва, но это на крайний случай.
Им нужно было всего минут десять, как предполагал Проводник, и немного удачи. Но как раз удача им-то и изменила.
Когда они уже опускались вниз, завыла сирена. Да не привычная, земная, а должно быть, магическая.
Дане даже на какое-то мгновение представилось, что издает его не машина, а какая-нибудь живность, вопящая от боли (не иначе как вызванной током, подведенным к проводам, что местные колдуны-вивисекторы воткнули ей прямо в живое мясо). Но, хоть плачь, хоть скачь, тревога была поднята.
Вывалившись из тумана, они обнаружили первую угрозу. Прямо под ними оказалась четырехствольная зенитная установка, весьма древняя на вид. К ней изо всех сил бежали трое людей во главе с демоном.
Апельсинового оттенка вспышка – и все четверо куда-то исчезли, словно их и не было. Следом исчезла и зенитка.
Но неприятности только начались. Минуту или две после «приземления» Эля вместе с Упуатом отражали атаку выбегавших из-за бараков охранников самого разнообразного вида. Каким-то образом отряду удалось от них оторваться и углубиться в лабиринт бараков, откуда уже доносились недоуменные возгласы разбуженных зэков. Потом наткнулись на какого-то охранника, засевшего в слуховом окне и поливавшего их из спаренного пулемета.
В прыжке Кириешко умудрился выстрелить и спрятался за бетонным блоком, перекрывавшим проезд.
Вот он быстро высунулся, глянул и, выпустив короткую, но точную очередь по противнику, метнулся за груду кирпича (должно быть, хозяева что-то собирались строить) в тот самый момент, когда выскочивший непонятно откуда Рассекающий с испитым лицом занес над головой засиявший смертоносным огнем хепеш.
Призрачное лезвие ударило чуть левее головы капитана, выбив сноп рыжих кирпичных осколков. Демон кинулся за Владиленом Авессаломовичем, не разбирая дороги, и, завопив, рухнул наземь, получив в живот полмагазина сразу.
Пулеметчик продолжал их удерживать. Эля, видно, не могла пока колдонуть вовсю, а Кириешко не удавалось прицеливаться как следует. Им бы гранатомет, хоть самый плохонький!
Пулемет замолк сам – кончились патроны.
Кириешко с Менесом выскочили из укрытий с оружием наготове, но пулеметчика и след простыл.
Эля уселась неподвижно, лишь гримаса боли и напряжения выдавала, как ей трудно. Потом она с облегчением выматерилась, и Даня почувствовал, как исчезло давящее беспокойство.
– Защиты больше нет, накрылась их магическая сеть!! Давайте вперед!! – выкрикнула шаманка.
И тут из-за караульной будки вывалились двое в форменных хламидах боевых магов, чьи красные носы и заплывшие глаза свидетельствовали, что последнее время они посвящали отнюдь не совершенствованию мастерства в своем деле.
С ладоней Эйяно сорвался сияющий шар и полетел к магам-вертухаям.
Упуат, ни слова не говоря, кинулся куда-то в проход, Кириешко с Менесом последовали за ним.
Эля, к ее чести, прекрасно поняла задачу.
– Прикрываем их! – выкрикнула она. – Ну, давай, Осирис, или кто ты там, готовься!
Даня изо всех сил попытался воззвать к той мощи, что будто бы была ему «доступна». (Как, интересно, он сможет ее передать девушке?) Естественно, у него ничего не получилось. Хотя… На один-единственный миг парню показалось, что в его голове щелкнуло нечто этакое. Но удержать это самое нечто Горовой не смог.
Тем временем Эля и без его помощи, похоже, пока неплохо справлялась. Она хлопала в ладоши, что-то гортанно выкрикивала, подпрыгивала в некой непонятной веселой пляске: в такт ее движениям падали сторожевые вышки по периметру лагеря, распахивались ворота бараков, откуда высовывались очумелые рожи заключенных, вспыхивали казармы стражи.
Минут пять, а может, и меньше, в бою время течет по-иному, они продвигались вот так вперед, пока им не встретилось первое препятствие.
Из-за очередного поворота выскочил страшенный субъект, ростом выше Даньки раза в два, в ручище которого было зажато что-то вроде длинного хлыста – только не из кожи или пластика, а из огня. По пути он придавил ножишей в стальном сапоге случайно подвернувшегося сторожевого крокодила, так что тот даже пискнуть не успел, и вступил в бой. Пахнуло серой и раскаленным металлом.
Жалобно загудел воздух, рассекаемый огненным бичом.
Даня едва успел уклониться, в очередной раз благословляя судьбу и неплохую физическую подготовку.
Лиловая струя светящейся плазмы в окружении мелких электрических разрядов, змеясь, пролетела перед самым его лицом и исчезла.
Великан вновь взмахнул рукой, заплясал в диком танце пылаюший бич. Потом огненная струя расщепилась, превратившись в семихвостую плетку. Миг – и один пучок огненный струй ринулся на Данилу, другой – на шаманку. Но Эля взмахнула руками – и неведомая сила отбила оба пучка.
Страшила зло и озадаченно взвыл.
Огненный бич в руке его вновь взмыл вверх, изогнулся и, вытянувшись, обвился вокруг тонкой фигурки Эйяно, замершей с воздетыми руками. Даня зажмурился, боясь увидеть, как распадется тело девушки, рассеченное жутким оружием, а заодно – как смертоносная нагайка обрушится на него самого.
В голове мелькали обрывки странных фраз вроде: «Бог Птах отверзает мои уста, и бог моего города ослабит пелены, пелены, которые на моих устах…» Или: «Я есмь лопасть весла, снаряженная там, где Ра перевозит Древних Богов, которая вздымает извержения Осириса из озера полыхающего пламени, и он не был сожжен…»