Чародей друидов

Казаков Георгий

– Тысяча демонов, кто ты такой? – прорычал Бранс. – И как ты сумел миновать стражу у входа в шатер? Не иначе здесь не обошлось без колдовства? А может, ты лазутчик, подосланный проклятым Мордоком? Тогда молись своим демонам, колдун.

– Подожди, Бранс, – вскинул руку Аркадиас, – Если незнакомец хотел бы причинить нам вред, то, думается мне, смог бы сделать это давно. Ведь даже Зинар и Патрис не смогли почувствовать его магии. Что привело тебя сюда, чародей, и что ты имел в виду, говоря, что жертвовать своими жизнями нашим магам не придется? Ответь, кто ты и с чего ты взял, что мы поверим тебе? В одном Бранс прав, ты вполне можешь быть лазутчиком Мордока.

Усмехнувшись, незнакомец покачал головой и произнес:

– Сложно ответить на все твои вопросы, король Аркадиас, ведь

на большинство из них ты сам сейчас дал ответ. Но ты прав, я маг и уверяю тебя, я не враг вам. А пришел я к вам лишь с одной целью – помочь вам победить того, кто мнит себя повелителем этого мира. И, возможно, лишь я смогу остановить его. Ваше величество, меня зовут Лин и я скорее друг, чем враг. Ваше величество, благородные лорды, – тихо произнес Лин, – я понимаю ваше недоверие, уверяю вас, я в свою очередь искренне желал бы оказаться как можно дальше отсюда, но вынужден был прийти. Я прожил на этом свете недолго, а если учесть, что большую ее часть я провел среди друидов благословенных лесов богини Гарины, то… Словом, я почти ничего не знаю об этом мире. Но волею рока моя жизнь изменилась. Волею все того же рока, а может, и богов я вынужден был пуститься в долгие странствия. Зачем? Долго рассказывать, да и не в том суть. Но, думаю, именно я тот, кто сможет остановить колдуна Мордока и черную богиню Аршу. Хотя видят боги, я меньше всего хотел этого. Все, что мне нужно было до недавнего времени, это просто жить. Жить в бескрайних священных лесах богини Гарины, встречать рассвет и провожать день, глядя на закат. Возможно, такая жизнь многим из вас покажется скучной и безликой, возможно. Но… но меня она вполне устраивала. Так было. Но с недавнего времени все изменилось. Я покинул свой дом и тех, кто мне был дорог. И у меня появились новые друзья, люди, чьи жизни мне дороги и чьей дружбой я дорожу. Я всем сердцем ненавижу то, что мне предстоит сделать. И говорю вам, я не хочу этого. Но колдун Мордок грозит разрушением и смертью всему, что мне дорого. Древо познания, священное древо друидов указало мне путь. Но разве я знал, что меня ждет в конце этого пути? В древнем храме я впитал в себя вселенскую мощь, силу, равную богам, хотя пока и не познал ее. Но разве я желал этой силы? Я видел будущее, видел, что станет с нашим миром, если победит колдун, и я не могу допустить этого. Ведь оно, будущее, не предопределено, пока не наступило. Я видел грядущие кровавые битвы, видел себя в этих битвах. Смерть и кровь и снова смерть. Я ли желал этого для себя? Нет и еще раз нет! И уж тем более я не желал нести бремя ответственности за это самое будущее. Будущее всего мира. Ну, а сейчас все просто, либо я уничтожу колдуна Мордока, либо он меня. Но если он одержит верх, у вас, у всех, кто на свою беду выживет, не будет никакого будущего. А то настоящее, что получат ваши потомки, будет ужасным. С вами или без вас я все равно сражусь с ним, таково мое решение, таков мой выбор, таково мое предназначение. Но вот смогу я его одолеть или нет, теперь во многом будет зависеть от решения, которое примите вы, здесь и сейчас.

Лин обвел взглядом присутствующих в шатре лордов и добавил:

– Вам решать!

– Хорошая речь, – произнес Аркадиас. – И я хотел бы поверить во все, что ты нам сейчас поведал. Больше того, скажу, что я склонен верить тебе. Но сегодня, и ты сам только что сказал об этом, решается судьба нашего мира. А значит, я не могу принимать решения один. Пусть выскажется каждый.

После чего Аркадиас обернулся к Велентару и лордам.

– Брат мой, король Велентар, и вы, лорды Сорша и Брендании, взвесьте все, что сейчас услышали, и примите решение. Пусть ваши сердца подскажут вам, как всем нам должно поступить.

Но Велентар, нахмурившись, хранил молчание. То, что Аркадиас поддержал дерзкого пришельца, говорило в пользу последнего. Его друг редко ошибался в людях. Но… но так же верно и то, что сейчас решается судьба не только Сорша, но и Брендании. А что если Аркадиас все же ошибается и перед нами не союзник, но враг, лазутчик. Что если все, что он сейчас поведал нам, лишь коварный замысел врага. Чего проще войти к ним в доверие, а потом воткнуть нам в спину кинжал. Кто его знает, какой магической силой он обладает и

на что способна его магия. Ведь вот не почувствовали его ни Зинар, ни Патрис, а ведь, думается мне, должны были. Был бы рядом магистр Гарноус, тогда…

– Не знаю, брат Аркадиас. Возможно, все, что мы сейчас услышали из уст этого мага, правда, а возможно… – и он многозначительно развел руками. – Вот если бы кто-то поручился за него, кто-то, кто бы знал его раньше и чей голос имел бы право звучать здесь. Вот тогда…

– Я согласен с королем Велентаром, – произнес Бранс, обернувшись к Аркадиасу. – Простите, ваше величество, мою дерзость, но вынужден признать, что король Велентар абсолютно прав, – после чего вновь повернулся к Лину. – Может ли кто-нибудь подтвердить твои слова?

– Может, – вдруг раздался зычный голос. Вздрогнув от неожиданности, Бранс обернулся. У входа в шатер стоял воин, облаченный в рыцарские доспехи, а поскольку на голове посмевшего войти в шатер королей был надет шлем, лица его разглядеть не представлялось возможным. Могучая фигура незнакомца застыла у входа, а его рука покоилась на рукояти меча, но он не спешил обнажать его.

– Аркадиас, это не шатер королей, а постоялый двор какой-то! Входят все, кому вздумается, даже не испросив позволения, – возмущенно выкрикнул Велентар.

– Тысяча демонов тебе в глотку, – взревел Бранс. – Как ты посмел войти в шатер королей? Знаешь ли ты, несчастный, что ждет тебя за такую дерзость? Обнажи голову, сними шлем, чтоб я мог увидеть твое лицо. Хотя постой, этот шлем, доспехи… Не может быть. Во имя огненоокого Орина, кто ты? Кто ты, отвечай же?

– Как скажешь, лорд Бранс, – произнес воин, снимая шлем. – Но думается мне, что когда-то я имел право присутствовать на совете лордов. Впрочем, это было давно.

Бранс застыл с открытым ртом, но так и не смог ничего вымолвить. Слова комом застряли в его горле. Он уставился на воина, потом обернулся к королям, бросил взгляд на лордов и, вскинув руку в сторону вошедшего, прохрипел: – Кх, кх… Карш, – сглотнув, радостно воскликнул он. – Да это же старина Карш, тысяча демонов меня раздери, если это не Карш. Клянусь отвислой задницей Арши, это же первый лорд Сорша, – после чего, раскинув объятия, кинулся к нему.

– Ты жив, разорви тебя демоны, жив! Но, но как? Где ты был все это время? Да ведь мы считали тебя погибшим. Все мы, я, Гарнон, Джурма, а ты вот оно…

Пока лорд Бранс, а с ним и лорды Гарнон и Джурма, пытался совладать с переполнявшими его доброе большое сердце чувствами, тот, кого он назвал Каршем, морщась, обернулся к улыбающемуся Лину и, окинув того быстрым цепким взглядом, тихо, почти шепотом произнес:

– Давно не виделись. Ты хоть иногда клинок из ножен вынимал или он так и заржавеет у тебя за спиной?

– Да нет, дядюшка Гарк, или Карш, я уж и не знаю теперь, как тебя величать, вынимал, и не раз, – усмехнулся Лин.

– Я тот, кто вырастил тебя и обучил всему, что должен знать уважающий себя юноша. Или тебе этого мало?

– Нет-нет, что ты, – смутился Лин. – Я просто так спросил. Извини, я искренне рад тебя видеть, наставник.

– То-то. Куда Хруста дел, я его что-то поблизости не увидел.

– Он с друзьями, тут неподалеку.

– С друзьями? – удивленно приподнял бровь Карш.

– Ну да. У меня есть друзья. Ты удивлен? Когда-то они были разбойниками, но теперь это в прошлом.

– Разбойники, – скорее утверждая, чем спрашивая, произнес Карш. – Что ж, не скажу, чтоб я был удивлен. Ладно, потом поговорим, коль будет время. Если конечно, старина Бранс не выдавит из меня дух, – с нажимом произнес Карш. – Ослабь хватку, старый медведь, дай дух перевести, – прохрипел Карш.

– Нам кто-нибудь объяснит, что здесь происходит? – резко бросил Аркадиас.

– Прошу прощения, ваше величество, но это лорд Карш – первый рыцарь Сорша. Он почти такая же легенда, как и ваш отец, король Радорс. Все ветераны, да что там ветераны, все кто помнит и знает этого рыцаря, пойдет за ним и в огонь, да что там в огонь, даже в бездну темной Арши. Это же лорд Карш! Карш, лорд Карш, преклони скорее колено, перед тобой король Сорша, сын Радорса Аркадиас Освободитель, – и чуть тише добавил: – Где же ты был, дружище, все эти годы? Почему не пришел к нам?