Цесаревич

Курильский Михаил А

– Вот тэпэрь ви настаящие ахотныки. Конь есть! Кинжал есть! Аружие есть! Джигит, да!

Взрослые торопливо расхватывали бокалы и пили за государя и его парней.

Наконец подали команду занимать номера. Охотников выставили на опушке поля. Мальчишек поставили вместе с краю. Они грозно целились в поле, мечтая о зайке. Наконец послышались крики загонщиков. Зазвучали первые выстрелы. Парни замерли в азарте.

Раздвигая ветки и злобно хрюкая на поле, выскочил кабанчик. Получив пульку из пневматического ружья, он остановился, выискивая обидчики. Его маленькие глазки налились кровью, и он понесся к мальчишкам.

– За дерево!
– Закричал

Борис. К несчастью вокруг были только тонкие березки. Он толкнул Алексея к одной из них и, вытащив пистолет начал палить по несущемуся к нему зверю. Приятель торопливо присоединился к нему. Откуда-то уже бежали к ним. Но кабанчик успевал первым.

Наконец хрюшка взвизгнула, получив пулю в глаз и следом в ухо. Ноги зверюги подкосились и, пропахав землю рылом он остановился в двух метрах от Бориса.

Тот стоял с дымящимся и разряженным пистолетом и дрожал. Подбежали люди.

– Ты как? Живой?
– Его попытались растормошить. Он жалобно глянул на спрашивающего и его вывернуло.

– Вах! Нэ выдишь, мужчина родился! С такой пукалки, такого звэря завалил. Вах! Бэстрашный воин.
– И уже обращаясь к Алексею.
– Вы царэвич настоящий друг. Таварыща нэ бросил. Огнем прикрыл. Нэ сбежал. Хороший гасудар будэшь. Рад тэбе служить буду. Вах! Твой выстрэл приятеля спас. Видишь, прямо в ухо попал. Вэсь ночь за вас пить буду! Всэм расскажу.

Мероприятие продолжилось своим чередом.

Самую крупную дичь завалили мальчишки. Кабанчик ушел по косой от загонщиков и вышел на крайние номера. Тут и разыгралась трагедия. Парни стали звездами охоты. Их славили. Борису налили рюмку Шустовского. Алексея славили как спасителя стольника государева. Государь млел от счастья. Его сын не больной выблядок дипломатии, а русский сын великого рода Романовых. Это был триумф царского дома. Придворные захлебывались в славословии. А как иначе? Наследник трона обещал быть признанным святым, образцом дружбы и всех добродетелей.

Половина приглашенных репортеров уже по несколько раз исчезала со срочными репортажами. Завтрашние газеты запустят шумиху. Даже если Николай II войдет в историю, как царь неудачник, чего греха таить, его сын уже стал надеждой трона.

Мальчишек втихаря напоили. Через час они спали в шатре. Подарки "славным охотникам" уже просто сваливали в кучу без разбору. Охоту завершили глубоко за полночь. Кавказский князь выполнил свое обещание в полном объеме. Трезвых практически не было. Если такого находили, его немедленно вызывали на дуэль, на лафетках. Разговоры сводились к одному: застрелить матерого кабана (размер все увеличивался) из дамского браунинга может только царевич. Закрыть грудью наследника мог только настоящий слуга царю. Царевич никогда не бросит в беде своих слуг. Вокруг этих аксиом и крутились разговоры приглашенных. И конечно, основной темой разговоров были педагогические таланты Николая II. Сумел воспитать сына, сумел воспитать ему стольника. Царю поступили множественные предложения стольников для царевича. Они были знатны родами, они были преданы Романовым в пяти поколениях. Император, находясь в подпитии сказал фразу, запомнившуюся далее: "Господа! Поверьте. Мой сын найдет среди ваших отпрысков тех, кто приведет Россию к процветанию без меня. Мешать не буду."

После проведенной царской охоты, двор более не прятался в Царском селе. В лучшем случае царская семья оставалась на лето в Петергофе, или не на долго уезжала в Крым в Ливадию. Царь был постоянно окружен многочисленным двором. Его супруга избавилась от туповатых фрейлин и обзавелась подругами, которые ловили

каждое ее слово. Как ей этого не хватало. Привыкнув быть "солнышком" английской короны, она, наконец, ощутила должное почитание в варварской России. Ее слова ловили, ее дочерям делали осторожные предложения, ее сын был святым и великим сорванцом. Так окрестили его газеты. Приходилось терпеть "тень царевича", но он положительно влиял на сына. После сумасшествия Распутина, мальчишка, воспитанник свекрови, прекрасно дополнял сына. Да и к черту этого крестьянина, пусть его канонизирует церковь, как блаженного. Распутин повредился умом после окончательного излечения Алекса.

Жизнь наладилась. Ники занялся страной. Похождения Алекса вызывали верноподданнические чувства населения. Народ, записав Николая "кровавым" ждал свершений от Алексея. Царица впервые поймала себя на том, что назвала сына на русский манер Алексей. Это ее напугало и обрадовало.

Царь все более вникая в дела государства устроил инспекционный разнос Адмиралтейским верфям. С собой он взял сына и его стольника. Инспекция проходила тяжело. Николай регулярно задавал вопросы, и не получив ответы, отдавал распоряжения о создании комиссий по расследованию или привлечению к ответственности. На стапелях гнил вяло строящийся дредноут. Англия имела кораблей такого класса около десятка. Германия столько-же, или чуть меньше. Россия плелась в хвосте.

– Ваше величество! А чего может бояться такой корабль?

– Ни чего!

– А если его из под воды миной бабахнут? Он же не увидит.

– Ты это о чем Бориска?

– Ну подводная лодка подкрадется и все. Сливайте воду.
– Графенкок оглядел собравшихся.
– Ну Леха! Представь. Подводники бах. И нет этой махины. А подлодка стоит в разы дешевле. А если их эскадрон или как правильно то?

– А зачем подлодки? У нас в шхерах можно спрятать десяток лодок с торпедными аппаратами. Вылетели из-за камушков. По торпедке выпустили и привет котенку.

– Господа! Я приказываю, немедленно, разработать план сражения, с учетом создания Россией шхерного флота. Это экономия, это совершенно новая доктрина береговой обороны. Ваши предварительные соображения я хочу услышать через неделю.

Борис, тем временем подошел к одному из конструкторов, и пристал к нему как банный лист.

– Господин конструктор сделайте мне лодочку. Я заплачу. Я вот тут выстрогал корпус. Только мне надо длинной метров шесть. Движок дизельный и вот эти рожки снизу с днищем, одного материала. И салон красивый. С кожей и деревом.

Катер на подводных крыльях, предложенный его сиятельством, идеально встал в концепцию сверхскоростных торпедных катеров. Патент взял разработчик, с адмиралтейских верфей. Истинный автор остался неизвестен. Катерок графенку сотворили, как картинку, в рамках общей концепции.

А лето 1912 года подходило к своему завершению. В воздухе ощутимо пахло войной. Россия неохотно ввязывалась в союзнические договора союза "Антанты". Была идея, под шумок, отобрать Константинополь-Стамбул, тем более, что Англия намекнула, на возможность решения этой проблемы. Россия понимала, что иметь рядом с Суэцким каналом флот, или армию огромной державы Англия не потерпит, но ухватилась за обещание четырьмя лапками. Разгромить Османскую империя было делом трех дней, ну чуть больше. Сдерживала Англия. Стоило Англии увязнуть в Германской войне, и у Росси появлялся шанс выйти из Черноморской лужи русского флота. Был один тормоз. Немецкая наземная армия.