Цербер
Шрифт:
Однажды одна несчастная сотня сильно провинилась перед своим сотником — проиграла бой доведенной до исступления Хромой сотне. Шестьдесят шесть человек побили полнокровную сотню. И штрафники перед всем остальным Легионом, загребая и давясь, ели песок, запивая его водой.
После такого показательного наказания результаты выросли еще на порядок, приказы сотника выполнялись мгновенно, как бы по-идиотски они ни звучали.
На строевой подготовке рекруты показывали чудеса синхронного марша.
Однажды в результате пробежки они наконец узнали
Сотня пробегала совсем рядом с огромной плантацией, засеянной бобами, одними бобами и ничем кроме бобов. Лишь на небольшом участке росли другие культуры вроде помидоров, огурцов и чего-то еще. Сразу ясно, что это для самого Кэрби Морфеуса и его ближайших сподвижников.
Рабы занимались растениями, постоянно их поливая и пропалывая грядки. Земля Цербера была бедна, и ее приходилось постоянно удобрять.
— Знаете, чем они удобряют землю? — спросил, пробегая Гром. — Собственным дерьмом! Видите, вон тех, с большим баком в руках? Он доверху наполнен их калом. А вон те его месят…
Каким бы бесчувственным и опустошенным ни был Рон Финист от собственного каждодневного унижения, но вид людей, месящих руками дерьмо с твердой землей Цербера и стручками, как они когда-то месили строительную пену с песком, его покоробил.
Рона удивляло то, что их не трогали по ночам. Давали выспаться до самого утра, не беспокоя никакими ночными тревогами, о которых он так много читал в книгах про войну. Финист поначалу думал, что сотники сами хотят поспать как люди. Возможно, дело было в шныряющих в опасной близости нубисах. Их следы утром часто видели на границе казарменного городка и даже внутри.
Это мнение казалось Рону спорным, ведь на что только не пойдут сотники, лишь бы поиздеваться над рекрутами. Могли ночью…
Но потом он понял, что это как-то связано с динамиками под потолком. Они постоянно издавали сводящий с ума звук: «бум-м-м… бум-м-м…» Даже днем.
В одной из сотен кто-то решил поставить эксперимент и отсоединил на ночь проводки. Лучше бы он этого не делал, так как сотня сразу стала меньше на одного человека. Приехал сам Кэрби Морфеус и наказал нарушителя бичеванием и ночным стоянием на столбах.
На столбах в центре городка, там, где раньше был плакат с планом строительства, сотники иногда наказывали особо провинившихся.
Утром на веревках висели только обгрызенные руки несчастного. Нубисы ночью пришли на сладкий запах крови и сожрали его. Никто ничего даже не слышал.
Люди за это время сильно изменились. С них давно спали упитанность и лоск… но они не стали и ходячими скелетами, как можно было бы ожидать при постоянном недоедании. Скорее они превратились в сухие и жилистые «заготовки». Так иногда стал называть рекрутов сотник Гром. Все-таки бобовая каша — довольно калорийная пища, особенно генетически измененная, специально выведенная для дальних миров со скудными ресурсами и жесткими природными условиями.
34
— Все-таки
Рон тоже иногда задавал себе этот вопрос, но ответа не находил.
— Я слышал, должны подвезти еще, — сказал Жак. — Помните, шаттлы улетели?..
— Ну, допустим, — соглашался Джек. — Привезут еще. Ну, будет нас семь… ну пусть десять тысяч. Больше просто не прокормить… Так как можно с помощью десяти тысяч солдат завоевать почти сотню миров? И саму Землю с ее мощным флотом и многомиллионной армией? Да что там миллионы?! Миллиардной армией! Я уж оставляю за скобками вопрос нашей… верности…
Финист согласно кивнул головой. Уж что-что, а быть верным этому злодею он не собирался.
«Скорее, я… его пристрелю, как только мне дадут оружие, — подумал он. — Ведь должны же что-то выдать! Не с голыми же руками пошлет он нас завоевывать миры?!»
— Возможно, у него есть какой-то козырь, — поразмыслив произнес Рон. — В конце концов, он может захватить миры по одному, прежде чем на Земле что-то узнают и смогут предпринять контрмеры. Захватывает мир, полностью блокирует его от других. Возможно, у него есть идейные последователи или он собирается таковых найти Дегенератов всегда много, особенно в «серых» мирах. Они пойдут за ним в надежде на лучшую жизнь…
— Да ну, Рон… Ну, сколько он так захватит? Десять? Двадцать миров?
— Не знаю, Джек. Я не стратег…
— Сотник Гром считает иначе, — хмыкнул Жак.
— Да, — согласился Вильямс. — Вот и сейчас ты говоришь то, о чем я не мог бы додуматься. Хотя в твоих размышлениях много нестыковок. Почему бы По… ему сразу не набрать себе единомышленников на «серых» мирах с, прямо скажем, варварским населением, где гуляет насилие и преступность со всеми видами порока? Зачем лепить солдат из нас? И…
— Не знаю, Джек. Может, они лучше защищены… Слишком близко от Земли. Информация дошла бы туда слишком быстро, и он просто не успел бы смотаться. В то время как мы — на периферии. Пока Земля узнает… пока почешется… его кораблей уже след простыл — ищи-свищи ветра в поле.
— Да… похоже на правду. Но все равно, как он собирается победить Землю даже с армией из ренегатов?
— Без Флота… без настоящего оружия…
— Не знаю. Я лишь высказал первую очевидную мысль, что мне пришла в голову. Ведь рассчитывал же он на что-то, прежде чем затевать такую игру?
— На что, например?
— Без понятия, Джек. Но какой-то туз в рукаве у него наверняка есть.
Финист подавленно замолчал. Он вдруг заметил, что ему становится трудно говорить об этом злодее Кэрби Морфеусе «он», «ему» и так далее. Приходится прилагать усилия, чтобы в мыслях и вслух не сказать «Повелитель».
«Вот и Джек чуть не ляпнул… — вспомнил Рон. — Значит, не только у меня такой заскок?»
От этого открытия Финисту стало нехорошо, и он искоса посмотрел на ближайший динамик.