Цербер
Шрифт:
В то время, когда он ее унижал, она пыталась не сломаться и устоять. Тимур знал, что посланное украшение она, скорее всего, даже не наденет. Бросит где-то на тумбочке и будет ждать разговора. И он обязательно поговорит с ней, но после поездки. Остынет, подберет слова и поговорит, потому что отпустить ее он просто не сможет.
Тимур потянулся за виски и снова его накрыло дежавю. Ощущение, что забитую в угол женщину и мужчин, которые хотели над ней поиздеваться, он уже видел когда-то. Только когда? Воспоминания высылали только импульсы, схожесть, создавалось впечатление, что такое было, но четкой
И это бесило Тимура больше всего. Ему хотелось понять, что случилось в его детстве, почему периодически его накрывают приступы агрессии, которые он просто не в состоянии контролировать. И почему Аня та, кто смог его успокоить. Почему когда она коснулась его своей хрупкой рукой, а затем обняла, он не захотел отшвырнуть ее от себя, не захотел ударить, ведь обычно в таком состоянии к нему даже не подступиться.
Он хотел все это знать, хотел приоткрыть завесу тайны, которая нависла над ним. Было в его детстве что-то, что он никак не мог вспомнить, что у него не получалось узнать. И за этим он ехал в Аланью. К крестной. Когда-то она жила вместе с ними, в одном доме, вместе с мамой и отцом, но потом уехала. С ней Тимур намеревался поговорить, узнать все, что она может рассказать.
Глава 29
Аня
Конечно, я так и не поговорила с Тимуром. Естественно, меня к нему не пустили и он преспокойненько улетел. Мне разрешили гулять, изредка выезжать в город, но только под пристальным наблюдением пары охранников и с Зеки. Я намеренно избегала мест, куда ходила прежде, чтобы не дай бог не столкнуться со знакомыми или с Колей.
Одежду, которую я с таким трудом выбрала прежде, пришлось выбросить и купить новую: стильную, соответствующую, как объяснил Зеки, статусу. Какому статусу и зачем мне одежда, делающая меня похожей на жену, по меньшей мере, президента, я не понимала. Но сама выбирать не рискнула, попросила девушек в бутиках. Как только они увидели золотую карту в моих руках, так и стали заискиваться, рекомендовать подходящие фасоны и приносить костюмы с платьями.
Все это было для меня чуждо, но я с улыбкой принимала их помощь и старалась не нагружать себя еще больше. В конце концов меня не били, надо мной не издевались, не насиловали, Зеки учтиво обращался и сказал, что я почти не ограничена в возможности передвигаться за исключением поездок на свою “бывшую” квартиру.
Туда я и не собиралась, а потому пользовалась возможностью выбираться, гулять в парке, ходить на речку. Зеки все время спрашивал, почему я не хожу в кафе, не посещаю магазины по своему желанию, но я только отмахивалась и говорила, что не хочу.
На самом же деле не собиралась брать чужих денег. Одежду меня вынудили купить, но тратить деньги по собственной воле я не собиралась.
— Зачем я ему, Зеки? — спросила, когда мы возвращались из очередной прогулки.
— О чем вы, Анна? — мужчина сделал вид, что не понял, но я-то прекрасно, что все он понимает, просто делает вид и не хочет говорить.
— Зачем я Тимуру? — уверенней повторила свой вопрос, даже не ожидая, что мне ответят, но Зеки посмотрел на меня и выдал:
— Я не знаю. Тимур Эмирович не делится со мной причинами своих поступков.
Вот и
По возвращению домой заметила огромную иномарку, которой не было, когда мы выезжали. Хотела спросить, чья это машина, но нам на встречу вышел мужчины, одетый в черный, стильный костюм, белую рубашку и лакированные туфли. На его запястье красовались дорогие часы, а на лице было запечатлено удивление.
— Зеки, здравствуй, — тут же обратился к моему спутнику, перевел взгляд на меня, протянул руку, вынуждая сделать ответный жест и выдал: — Здравствуйте.
Он поднес мою кисть к своему лицу и легонько коснулся тыльной стороны ладони. Затем отпустил мою руку и улыбнулся.
— Я Адем, брат Тимура, а вы?
— Аня, — ответила, а сама подумала о том, что этот приятный, высокий, темноволосый мужчина с добрым взглядом попросту не может быть братом Тимура.
— Приятно познакомиться, Аня, — мужчина учтиво поклонился и обратился уже к Зеки: — Мой брат дома?
— Увы, он улетел в Аланью.
— В Аланью? — кажется, Адем был удивлен. — А когда обещает вернуться?
— Через пару дней, господин Адем.
— Спасибо, Зеки, можешь быть свободен.
— Простите, не думаю, что это хорошая идея, — стал отпираться Зеки. — Дело в том, что Тимур Эмирович запретил оставлять Анну без присмотра, — Адем приподнял брови и взглянул сначала на слугу, а затем на меня. Усмехнулся и бросил:
— Ладно.
Зеки взял меня под руку и повел в дом, а я позволила себе обернуться и столкнуться взглядом с темными глазами Адема. Пожалуй, между двумя братьями таки было кое-что общее. Оба умели прожигать одним лишь взглядом, заставляя тело покрываться мурашками от непонятного чувства.
— Этот мужчина опасен, Зеки? — решилась спросить уже в доме.
— Адем? Нет, он родной брат Тимура Эмировича. Живет в Турции вместе с семьей.
Я остановилась, пытаясь осознать информацию, которую только что получила.
— Тимур из Турции? — удивленно уставилась на мужчину.
— Да, что вас удивляет?
— Ничего, просто…
— Аня, мне нужно будет отлучиться на некоторое время. Если вам что-то понадобится Лиза в полном вашем распоряжении.
— Хорошо.
Я поднялась наверх, приняла душ, переоделась и собиралась спуститься к ужину, который обычно накрывают ближе к семи вечера, но не успела, так как в дверь постучали, а затем в комнату вошел Адем.
— Не помешал?
— Нет, проходите, — улыбнулась и пригласила его войти.
— Поужинаете со мной, Аня? — внезапно предложил мужчина.
Я замялась. Не знала, что ответить, потому как Зеки не очень хотел, чтобы мы оставались наедине.
— Простите, не думаю, что это хорошая идея…
— Я поговорил с Тимуром, Аня, я останусь в этом доме на несколько дней и думаю, что будет неплохо, если мы подружимся.
Мне требуется всего несколько минут, чтобы подумать. Все эти дни мне чертовски не хватало живого общения, возможности поговорить о чем-то кроме нужной одежды, прекрасной погоды и мест, которые мне разрешено посещать. Я слабо киваю и принимаю протянутую руку мужчины, опираясь на его локоть.