Цепи грешника
Шрифт:
Преимущество было на моей стороне. В гуще сражения я увидел Авалона. Он бросился на берсерка, и перегрыз ему глотку. "Хороший мальчик" — подумал я. Полагаю, именно он привел сюда грешников, отследив меня по запаху.
Изабэль нашлась быстро. Она бросилась на отряд грешников. Понеслась сквозь вражеские ряды и размахивала мечом, с легкостью рассекая плоть остротой звенящего металла. Под лезвие попадали все: пауки, ящеры, и человекоподобные грешники. Руки и головы летели во все стороны. Кровь из обрубков
Ее экстаз продлился недолго. Я рухнул на землю метрах в десяти от нее, оставив неглубокий кратер, и грешников разбросало по сторонам, но они не пострадали.
— Явился, — Изабэль улыбнулась, и положила меч на плечо. — Надо признать, ты меня провел.
— Твои дни сочтены, Изабэль, — я вынес приговор мертвенным тоном. Голос мой звучал из потустороннего мира, искаженно и страшно. Я, охваченный языками фиолетового пламени, встал с колена, будто восставая из преисподней. — Сдайся, или прими искупление.
Глава 21. Дочки-матери
— Ты? — с усмешкой Изабэль указала на меня мечом, и хмуро продолжила презрительным тоном. — Изгнанный, покалеченный, и не полноценный, будешь требовать от меня искупления? Проснись. Ты, твоя власть, и страх, что ты вызывал у каждого живого существа в прошлом. От тебя осталась только тень.
— Я не намерен просить дважды, — я ментально коснулся нижней и верхней части диска. Диск тихо зазвенел.
В ответ Изабэль широко улыбнулась, взмахнула мечом, и исчезла. Я знал, что произойдет, потому задействовал диск не просто так. Моя броня во время превращения менялась и способ ее усилить сам собой возник в мыслях. Реагируя на звон диска, броня обволокла меня тяжелым костяным экзоскелетом с головы до ног. Я стал будто крепостью из белой кости. Мне прикрыло глаза сетчатым забралом рогатого шлема.
Мир снова окрасился цветом негатива, и в разных частях моего тела послышалось четыре стальных отзвука. Стремительной атакой Изабэль отколола от брони небольшие кусочки. Попыталась повредить тазобедренные, локтевые и коленные суставы, попыталась подрезать икроножные мышцы.
Если бы не броня — я бы стал паралитиком. Изабэль не хотела убивать меня сразу. Жестокость и желание сделать мне больно чувствовалось в каждом выпаде. На меня обрушился каскад свирепых и непредсказуемых атак.
Я прикрылся рукой от режущего выпада — лезвие поющего меча блеснуло перед глазами, и от наруча откололся крупный кусок кости. Силой удара отдало в пятки. Правое предплечье осталось без защиты.
Это не развлекательная битва, а бой на равных. Если с Таламриэлем я разделался легко, то тут ситуация складывалась иначе. Каждый удар оказывался такой мощи, что подо мной трескалась земля, а воздух,
Поле битвы вокруг опустело. Бежали и ангелы, и грешники, не желая попасть под раздачу.
Звоном диска я поднял вокруг себя густое облако "Черного тумана", стараясь выиграть время, но ничего не вышло. Изабэль молниеносно промчалась рядом со мной, и туман разогнало мощным порывом ветра. Пыль ударила по щекам, заскрипела на зубах, и в животе кольнуло. По пояснице потекло что-то теплое. Я посмотрел вниз и увидел что меч пробил броню только кончиком — повезло.
Изабэль с улыбкой держалась за рукоять:
— Прочная броня. Но она не сможет спасать тебя долго, — сказала она, и толкнула рукоятку двумя руками, пытаясь пронзить меня. Я успел отскочить метров на тридцать, мощно взмахнув крыльями, и порыв ветра едва не выбил Изабэль из равновесия.
Капелька пота скользнула по виску, а сердце мое колотилось так, что едва не выламывало ребра. Мысли о слабости Изабэль и собственном всемогуществе пришлось отбросить.
Противник силен. Новая броня помогала, и я решил, что прощу ей болезненное исцеление, которому она подвергла меня в Скиде.
Как одолеть врага, которого не видишь? Изабэль мчалась стремительнее света, била мощнее метеорита, а грохот столкновения поющего меча с костяной броней раскатами разносился по округе, будто гроза.
Я звенел диском без перерыва. Изабэль скользила над землей как ветер, я выращивал на ее пути "Костяные пальцы" с черными путами, но взмахом клинка Изабэль стремительно рассекала путы. Звон поющего клинка и хруст костей, свирепое лицо Изабэль, и страшная жажда убийства в ее холодных глазах.
Она попыталась разрубить меня на части серией мощных взмахов. Меч оставлял яркие стальные росчерки, Изабэль лупила меня по локтям, когда я прикрывался руками, а по сторонам со свистом разлетался спрессованный воздух.
Я снова отпрыгнул.
— Ничтожество! — она оттолкнулась от земли с пробуксовкой, вздыбив десятки килограмм чернозема, и исчезла. Появилась передо мной, и успела резануть меня по открытому предплечью. Боль обожгла руку. Я стиснул зубы, и отпрыгнул еще на тридцать метров.
Рука обездвижена. Я взглянул на предплечье — глубокий кровоточащий порез, алая кровь била фонтаном. Смерть от кровопотери не пугала. Разрезанная артерия исцелялась и зудила. Однако на восстановление сухожилия времени не хватит.
В чем тактика врага? Почему она сначала пытается догнать меня пешком, и лишь потом применяет магию времени?
Я решил кое-что попробовать, и взмахнул крыльями, отдалившись от Изабэль еще на тридцать метров. Она стала двигаться иначе. Исчезала, через тридцать метров появлялась, а потом снова исчезала.