Цена "Суассона"
Шрифт:
Мы уже проехали Тари, и до небольшого городка Уокоп, где нам нужно было свернуть налево, на второстепенную дорогу, оставалось не более тридцати километров. Через Уолч мы хотели добраться до другого магистрального шоссе, идущего вдоль западного склона хребта Нью-Ингленд, проехать по нему до Глен-Иннеса, еще раз повернуть налево и углубиться в район пересыхающих речек-криков, питающих истоки Дарлинга. Так, перемежая движение по большим магистралям с ездой по сравнительно малонаселенным местам, мы должны были приближаться к цели нашего путешествия,
Нормальный человек, тем более спешащий, выбрал бы гораздо более удобный маршрут — по отличному шоссе вдоль восточного побережья или по такой же магистрали, пересекающей с юго-востока на северо-запад Большой Артезианский бассейн. Но мы не хотели следовать логике нормальных людей в этом-то и заключался расчет.
После кратковременной остановки Джин ожила и начала приставать ко мне с расспросами. Чтобы избежать необходимости сочинять на ходу правдоподобную легенду, я ловко перевел разговор на ее собственные приключения. Большинство людей, счастливо избежавших опасности и чувствующих себя от этого несколько приподнято, охотно вспоминают о недавних переживаниях и страхах, особенно, если есть благодарные слушатели, ахающие и сочувственно вздыхающие в нужных местах. То, что я был именно таким слушателем, не должно вызывать сомнений.
— Я пряталась в разных местах, последние дни — в лодке Модсли. Там была провизия и удобная постель.
— Разве у капитана Модсли есть лодка? Я думал, что он сухопутный вояка.
— Он капитан пехотного полка, но человек состоятельный и член Сиднейского яхт-клуба, — пояснила Джин. — Несколько раз он катал нас с миссис Гай на своей «Кукабарре» — так называется его яхта.
На ее лице не дрогнула ни одна жилка, когда она произнесла имя своей покойной опекунши. "Многообещающая девица", — подумал я.
— Наверно, у этой яхты какой-нибудь особенно громкий сигнал, сирена? — спросил Гриша. Он понял мою игру и ловко ее поддерживал, подбрасывая в подходящие моменты дровишки, едва только беседа начинала угасать. — Я слыхал, как кричит кукабарра, жуткое впечатление, похоже на хохот сумасшедшего или смех голодной гиены.
— Здесь эта птица заменяет петуха, она обычно встречает своими воплями рассвет, — заметил я. — Сперва, конечно, немного неприятно, но ничего особенного. Дело привычки.
— Сирена? — Джин на секунду задумалась, вспоминая. — Нет, не знаю, ни разу не слыхала. Там есть такой медный колокол, он звонил в него каждые полчаса…
— Это рында, он отбивал склянки. Эх ты, сухопутная крыса!
— Откуда мне знать, как называются все эти штуки. Там полно всяких веревок и палок, все скрипит и болтается. Пройти трудно, особенно, когда немного выпьешь.
— Напиваться на борту судна не положено, можно свалиться в воду, назидательно сказал я. — Видно, капитан Модсли не умеет поддерживать дисциплину среди экипажа и пассажиров.
— Он сам напивался так, что если бы не его матрос, мы уплыли бы Бог знает куда, на Северный полюс.
— На
— Нет, только Модсли и этот матрос. У них там есть какая-то штучка, вроде автопилота, яхта может плыть сама.
— Надо говорить "идти", — поправил я ее. — Дорогое удовольствие, но зато очень удобно. Выставил курс и ложись спать. Электроника сделает все прибавит или убавит паруса, если изменится сила ветра, подвернет штурвал, если снесет течением, переменит галс.
— Яхта роскошная, — подтвердила Джин. — А какой там буфет! Каюты обшиты красным деревом, на стенах картины…
— Дешевая роскошь! Настоящему судну приличествует строгий, суровый стиль. Море не любит пижонов.
— Много ты понимаешь! Просто у тебя никогда не было столько денег, чтобы купить яхту, вроде этой.
Я подумал, что деньги при желании у меня могли быть, их хватило бы на десять яхт, но только проявить свое богатство было для меня все равно, что подписать себе смертный приговор.
— На черта мне яхта. Меня сразу укачивает.
— А меня нисколько. Модсли говорил, что я прирожденная…
Громкий хлопок прервал ее на полуфразе.
31
В свою же сеть кулик попался…
Гриша с трудом вывел машину из заноса. Мы остановились и вышли, чтобы взглянуть, что случилось, хотя и так было почти ясно — спустила одна из шин. У нас имелась запаска, и поставить ее было минутным делом, если бы не маленькая помеха — черные отверстия трех стволов, смотревших нам прямо в лица.
Гангстеры появились неожиданно, как будто выросли из-под земли, но я подозреваю, что они просто поджидали нас, присев за невысокими кустами, точно такими же, какие послужили нам ширмой во время предыдущей остановки. В одном из них я узнал Билла, очевидно, он уже успел полностью оправиться после схватки с Адамсом.
Дженнифер начала пронзительно визжать. Так кричат животные, понимающие, что их ведут на убой. Думаю, что если в радиусе двух километров находилась хоть одна живая душа, эти вопли достигли ее слуха. Но, похоже, бандиты хорошо знали — никто не придет к нам на помощь. Они не обращали на крик девушки никакого внимания, хотя лично у меня от него заложило уши.
Мистер Скал распорядился доставить всех нас к нему целыми и невредимыми, я понял это, когда Билл вытащил пару наручников и направился ко мне, щелкая на ходу их браслетами. Видимо, случай с "беспомощным калекой", вырвавшим горло у его напарника и чуть не прикончившего его самого, пошел ему на пользу и сделал осторожным.
Краем глаза я видел, что два других гангстера держат под прицелом Джин и Гришу, который, подняв руки, медленно отступал назад, пока не наткнулся на распахнутую дверцу «порше».