Цена славы
Шрифт:
Рычаги управления оказались такими же, как у старого сигурдского «Страуса» Лори. Он повернул их, ощутив вибрацию — орудийная башня «Страуса», расположенная прямо под мостиком, повернулась вправо на девяносто градусов. На экране над пультом управления ЛСМ появилась мишень. Солдаты опять осторожно продвигались вперед. Поодаль, на ровном участке у подножия холма, виднелись два восьмиколесных глайдера с кишащими вокруг пехотинцами.
Рэмедж нажал пару кнопок, прицеливаясь и одновременно проверяя, заряжен ли ЛСМ класса «Мартелл». Зеленый огонек показал состояние готовности. Компьютер скобками пометил изображение ближнего глайдера на экране.
Готово! Он хлопнул ладонью правой руки по красной кнопке. Ослепительный свет лазерного луча проник даже сквозь затемненные визоры «Страуса». Белый луч ударил. в глайдер. Не дожидаясь результатов, Рэмедж перевел орудийную башню выше и правее. Вторая боевая машина сделала крутой разворот, пытаясь уйти от этой неожиданной опасности. Вспыхнули зеленые огни, и Рэмедж снова нанес удар. Есть!
Теперь передвигался первый глайдер. Верхняя часть его корпуса была повреждена, но антенна уцелела. Рэмедж опять прицелился и открыл огонь. Куски антенны разлетелись в разные стороны.
Вслед за этим что-то большое и тяжелое ударилось о внешнюю броню «Страуса». Дым повалил в отверстие оставшегося открытым аварийного люка, но Рэмедж не обратил на это внимания. Усилия последних минут наградили его темнотой в глазах и жестоким приступом тошноты. Боль, слава Богу, постепенно уходила, но головокружение осталось. Он гадал, удалось ли ему повредить антенну второго глайдера и заставить вражеские глушилки замолчать. Чтобы выяснить это, он вновь потянулся к рычагам.
Но именно это движение далось ему труднее всего. Рэмедж смутно различал свои руки, расплывающиеся в поту, крови, дыму... но он просто не мог заставить их сделать то, что хотел. Вскоре это уже не имело значения, и он больше ничего не видел.
XI
Шипение, назойливо звучавшее в ушах Грейсона, вдруг с поразительной внезапностью прекратилось. Несколько секунд Грейсон размышлял: очередная ли это вражеская уловка, или, может, их командир решил выдвинуть Легиону требование о капитуляции? Или собирается сдаться сам?
Но нет, еще ни одна сторона не пострадала настолько, чтобы кто-то решил капитулировать. Противник, правда, отозвал своих роботов от шаттлов на западный склон, но они отходили в плотном строю, двигались быстро и все еще представляли собой немалую опасность. Возможно, это отступление являлось просто-напросто тактической хитростью, и враг задался целью занять лучшую диспозицию для ведения боя, выйдя из-под зоны поражения орудий шаттлов.
— Всем подразделениям! — прокричал Грейсон в передатчик. — Всем подразделениям! Слушать мою команду! Группе атаки собраться между шаттлами. Командной группе — построиться за мной!
Он перешел на другую частоту.
— «Фобос»! «Фобос»! Илза, как слышите? В его наушниках послышался голос Илзы Мартинес.
— Мы здесь, полковник, закупорились наглухо!
— Вы сильно пострадали?
— Торстон как раз делает проверку. «Фобос» потерял несколько лазеров и получил пару-тройку царапин главного броневого пояса, но старина держится просто отлично. Вам нужна помощь?
— Попробуйте перехватить вражеские передачи. Я не знаю, почему они убрали свои глушилки, не исключено, что хотят отдать новые приказания. Поймайте что-нибудь незашифрованное и дайте мне знать!
— Хорошо. Что еще?
— Прикройте нас сзади. Пехота у вас есть?
— Два взвода. Они вели ближний бой и забрались внутрь, когда началась самая заварушка. Они вам
— Пошли их вслед за нами. Мы хотим отбросить этих марикских ребят обратно за холмы!
— Дайте им хорошего пинка от меня лично, полковник... сами знаете куда!
Боевой пыл охватил Грейсона. Выше по склону среди деревьев перемещался вражеский «Стрелец». Грейсон развернул свои ручные орудия на пять градусов и открыл огонь сразу из обоих ПИИ. «Стрелец» поспешно выпустил не достигшую цели очередь реактивных снарядов, а затем с позором удрал, скрывшись за деревьями. В глубокой ране на его левой руке дымились клочья электропроводки.
Что же там с вражескими глушилками? Переключая частоты, Грейсон мог уловить обрывки разговоров между неприятельскими подразделениями. Зашифрованы они не были. Похоже, такое развитие событий озадачило противника не меньше, чем Грейсона. Но что же тогда... какие-то технические неполадки?
Сенсор «Мародера» пропищал тревогу. Грейсон развернул своего боевого робота, ожидая атаки нового противника. Тот продирался через жесткий кустарник, росший выше по склону холма, в пятидесяти метрах от «Мародера». Грейсон вскинул орудия на изготовку. Его рука уже почти нажала на спуск, когда до него дошло, что перед ним — «Ассасин» Граффа.
— Полковник, ради Бога, не стреляйте!
— Графф! — В голосе Грейсона сквозило подозрение. Если Графф пытался потихоньку смыться с поля боя...
— Какого черта ты делаешь здесь, внизу?
— У меня взорвался охладитель, полковник! Не знаю, пробили его или он сам полетел, но я тут сижу, как на сковородке! Лейтенант разрешила мне вернуться на «Фобос», чтобы техи быстренько его починили.
— Ладно. — Грейсон махнул рукой своего робота. — Давай пошевеливайся, Графф, и присоединяйся снова к ребятам. Нам не обойтись без тебя.
— Есть, сэр!
«Ассасин» двинулся вниз по склону, вздымая тучи пыли и ломая кусты. Он миновал грейсоновского «Мародера» и направился к едва видневшемуся меж деревьев серебристому куполу «Фобоса», до которого оставалось около километра. «Мародер» продолжил свое восхождение. Его собственные индикаторы тоже давненько горели красным, сообщая о перегреве. Вентиляторы изо всех сил старались разогнать жару, усилившуюся после короткой стычки с неприятельскими «Волкодавом» и «Центурионом». Грейсон совсем загнал своего робота, не давая ему передышки в течение двух часов, с самого начала марш-броска из Дюрандели. Нагрев уже превысил допустимый уровень. Но это было просто еще одним неприятным, но терпимым неудобством.
Сейчас Грейсона большее всего беспокоило положение группы прикрытия. Трое легких боевых роботов залегли меж камней на вершине гряды, чтобы получше замаскироваться и получить возможность наблюдения за приближающимися силами врага.
— Лейтенант Роже! — произнес Грейсон в свой микрофон. — Как вы там?
— Полковник! Мы очень рады вас слышать!
Голос Франсин Роже звучал устало и срывался, когда она кратко объясняла положение дел группы поддержки. Ее «Тигр» получил серьезные повреждения в переднюю часть корпуса, левую ногу и правую руку, но оставался в строю. В грудь вандергриффовского «Коммандора» попал реактивный снаряд, смяв установку РБД, однако ручной лазер и РБД уцелели. Снаряд, выпущенный марикским «Стрельцом», оторвал левую ногу у «Шершня» Сильвии Тревор — вместе со второй РБД-установкой. Впрочем, Роже помогла Тревор перетащить «Шершня» на хорошую позицию за камнями, откуда Сильвия продолжала вести огонь из ЛСМ.