Цена предательства
Шрифт:
– Вот это да!
– воскликнул Эйнджел.
– Будто наступило Рождество, и земля покрылась снегом ["Снегом" на американском сленге называют кокаин].
Он прикинул в руке примерный вес небольшого пакета, заключил, что там около одного килограмма, сунул его за полу куртки и до горла затянул "молнию".
Ньюмэн вопросительно посмотрел на него.
– Исключительно для личных нужд, - пояснил Эйнджел, смочил кончик пальца, провел по полке, где просыпался порошок, и принялся втирать его в десны.
– Вот это качество! Чистейший
– Так оно и будет, если начнешь увлекаться.
– А ты не желаешь?
– Нет, спасибо, это не для меня.
– Как хочешь... Только знаешь что... Не говори боссу. Мне кажется, он это не уважает.
– Естественно, нет, - согласился англичанин.
– А как ты думаешь, сколько это может стоить?
– У меня на родине в розницу на улице?
Кругом-бегом, думаю, потянет на четверть мидэ*"
лиона долларов. А то и больше.
– Так ты сюда ради этого и приехал?
– Конечно, нет. Я здесь из любви к путешествиям за границу, ради приключений и новых знакомств. А ты зачем влез в это дело?
В конце концов, будем считать пакетик премиальными. Если хочешь, возьми себе тоже.
– Нет, Эйнджел, покорно благодарю.
– Тебе же хуже. Ну ладно, пошли дальше.
Пора здесь кончать. Мне еще надо вызволить Стонера.
К тому моменту, когда они воссоединились с главными силами отряда, битва за лабораторный комплекс практически подошла к концу.
Последние защитники предпочли сложить оружие и тосковали в сторонке под охраной Карлоса и Даниэля Макгвайра, а тем временем Резник продолжал закладывать заряды в тех местах, где они могли дать наибольший эффект.
Эйнджел взглянул на часы, которые показывали двадцать минут второго. Время бежало с неумолимой быстротой.
– Эйнджел! Ньюмэн! Немедленно разыщите транспорт и отправляйтесь за Стонером!
– приказал Вэлин.
– Слушаю и повинуюсь, полковник, - откликнулся Эйнджел.
– Оборачивайтесь скорее!
– добавил Вэлин.
– Нам пора уходить отсюда.
Стонер израсходовал все пулеметные ленты и полдесятка гранат, которые были у него с собой. Колумбийские солдаты не стали задерживаться у подножия холма и начали пробираться вверх сквозь заросли при свете пылающих грузовиков.
Раны в плече и боку причиняли страшную боль, но Стонер не сдавался. Он взял винтовку М-16 и автомат "узи" и с трудом вылез из машины. Ему не суждено было это знать, но он один убил или ранил тридцать солдат, уничтожил либо подбил шесть машин.
Он перебрался в канаву рядом с шоссе и огляделся. Его передвижение привлекло огонь противника, находившегося значительно ближе, чем того бы хотелось. Из-за спины доносились звуки боя, который вели его товарищи, и Стонер подумал, что с той стороны помощи ждать, видимо, бесполезно. Конечно, надежды терять не стоит, но за ним могут прийти еще не скоро.
"Бог помогает тем, кто на Божью помощь не надеется", - подумал Стонер и с этой мыслью стал потихоньку переползать к вершине
Вблизи в землю впились несколько пуль.
Похоже, до колумбийцев дошло, что за пулеметом в "рэнглере" никого нет, и Стонер дал очередь из винтовки М-16. Воспользовавшись наступившим затишьем, прополз еще несколько ярдов.
"Ну же, Эйнджел, давай, брат!
– понукал он напарника, глядя на часы. Пора бы тебе приехать".
Эйнджел и Ньюмэн вернулись к лесу, откуда группа Спенсера по-прежнему держала под огнем казарму.
– Как там у вас дела?
– спросил ветеран вьетнамской войны.
– Все в норме, - ответил Ньюмэн.
– Потерь с нашей стороны нет, и территория под контролем. У вас как?
– Можно считать, что нам крупно повезло.
Потеряли только Пакарда - он взорвал танк.
– Со стороны города все тихо?
– поинтересовался Эйнджел.
– Пока тихо. По-видимому, Стонер запер им дорогу, но это не может долго продлиться.
– Нас послали его забрать, - сказал Ньюмэн, - и сейчас дело за транспортом.
– Ну, грузовик там, где мы его оставили, а еще рядом я видел старую колымагу, чудо техники. Такое теперь у нас увидишь только на экране, как, например, в фильме "Надписи на стенах по-американски". Видно, Резник со своей напарницей расстарались. Вот на этой диковине и поедем.
– Тогда пошли, - поторопил Ньюмэн.
– Времени у нас в обрез. Если мы отсюда быстро не выберемся, можем опоздать на самолет и навечно останемся в этом Богом забытом месте.
– Пожелаем вам всяческой удачи, - сказал Спенсеру на прощание Эйнджел и вместе с Ньюмэном скрылся в темноте.
Несколько минут они бежали по мелким кустам, бряцая на ходу амуницией, но их продвижению помешали выстрелы, внезапно прозвучавшие с левого фланга.
– Бля!
– дуэтом выдохнули "солдаты удачи", дружно падая на землю и приготовившись к бою.
– Кто бы это мог быть?
– шепотом спросил Эйнджел.
– Бог его знает!
– ответил Ныомэн, тщетно пытаясь определить позицию противника.
– Либо Стонера прикончили, либо просочились солдаты из казармы и теперь хотят взять нас в окружение.
– Будем надеяться, что это из казармы.
В противном случае здесь скоро будет народу, как на ярмарке, - сказал Эйнджел.
– Давай двигаться дальше.
Едва они тронулись, как снова раздались выстрелы. Ныомэн открыл огонь на вспышки и в ответ услышал протяжный стон.
– Попал!
– радостно воскликнул он.
С той стороны тотчас посыпался град пуль, прорезавших листву, впивавшихся в стволы деревьев и вгрызавшихся в землю. Они открыли ответный огонь в попытке обойти противника с фланга и прорваться к стоянке машин. Скорее всего этот маневр им бы не удался, если бы сзади не вышли на подмогу Мессельер и Мария Дельгадо. Гранатомет и еще один автомат сделали свое дело, и колумбийцы были вынуждены отступить.