Цена короны
Шрифт:
– Отставить! – рявкнул Адрелиан, подскочив к Круллу. – Не разгонять толпу! Пусть расчищают обломки, спасают людей!
Ротмайстер, казалось, на мгновение лишился дара речи. Уставился так, словно видел лорда-регента первый раз в жизни. Хотя, конечно же, не мог не узнать, пусть и в чужой одежде.
– Кто здесь командует: ты или я? – поинтересовался Крулл весьма язвительно. – Ты или я получил этот шеврон из рук самого лорда Адрелиана?
Теперь уже лорду-регенту пришел черед онеметь.
– Ступай! –
– В своем ли ты уме, ротмайстер Крулл?! – возопил Адрелиан. – Отныне ротой ты не командуешь, езжай в казарму и жди решения своей судьбы!
Ротмайстер немедленно доказал, что решительности ему и в самом деле не занимать. Ответил не словом, а делом – со всей силы вытянул лорда-регента нагайкой. И крикнул солдатам:
– Взять его!
«Сошел с ума… Не узнает меня…» – мелькнула мысль у Адрелиана. Гвардейцы уже подбирались к нему, расталкивая конями толпу.
– Солдаты! Разве вы не узнаете своего командующего? – громыхнул голос лорда-регента, прокатившись от края до края площади, – точь-в-точь как в старые времена громыхал на поле боя.
Не узнавали… Или старательно делали вид, что не узнают.
Заговор?.. Мятеж?.. Разбирательство стоило отложить на потом. Раз уж люди решились на такое, то пойдут до конца, ни перед чем не остановятся. Ткнут ножом в суматохе, и конец…
Надо было уносить ноги, и Адрелиан юркнул в толпу. Зеваки улюлюкали ему вслед, но попыток схватить не предпринимали.
Землетрясение вызвало не так много разрушений, как показалось поначалу, зато переполоха наделало немало.
Половина магов, прибывших на большой совет, разъехалась накануне вечером. Лорд-регент не любил проволочек и позаботился о том, чтобы люди, занимающиеся государственными делами, разделяли с ним эту нелюбовь. Те, кто не успел уехать, ненадолго заперлись в особом покое.
Как стало вечером, была срочно созвана комиссия от Инквизиции, коей поручили установить истинные причины происшествия.
Это могло означать только одно: без магии тут не обошлось.
Прислуга еще убирала битую посуду и поломанную мебель, когда вернулся лорд-регент.
Его одежда была разорвана, в пыли, на щеке красовалась ссадина. Не говоря ни слова, он прошел в свой кабинет, через миг выбежал оттуда, огляделся по сторонам и исчез в гардеробной.
Придворные и прислуга растерянно переглядывались. Наконец, кто-то сообразил сбегать на кухню и распорядиться, чтобы лорду-регенту подали ужин. В гардеробной было подозрительно тихо, и другой слуга, осторожно постучав в дверь, спросил:
– Мой лорд, не желаете ванну?
– Ванну?! –
…Слуги еще не успели убрать разлитую воду, а их ждал новый сюрприз.
Лорд-регент, который даже на полевой кухне держался под стать родовитому сайэру, уписывал за обе щеки. О существовании такой вещи, как вилка, он и думать забыл. Нагромоздив на тарелку горы закусок, Адрелиан управился с ними с помощью салатной ложки, хлебнул из кубка, после чего недоуменно уставился на мажордома.
– Эт-то что такое?
– Родниковая вода, милорд, – с поклоном ответил тот, пытаясь сохранять невозмутимость.
– Вода?!
– Так точно, милорд. В соответствии с вашим…
– Разорви меня демоны Хаоса! – взревел Адрелиан. – Почему лорд-регент должен пить воду, как мул у дороги? Вина! Самого лучшего! Что у вас там есть? Или вы все гномам на топоры поменяли?
Несчастный распорядитель точно врос в землю. А вдруг это шутка? Или хуже того: лорду-регенту вздумалось испытать его таким способом?
Тем временем Адрелиан сунул в рот остатки немыслимой смеси, которая осталась на тарелке, и принялся жевать.
– Успокойся, приятель, – буркнул он с набитым ртом и хлопнул распорядителя по плечу. – Никто тебя на дыбу не потащит… Давай-ка, быстренько…
И, поднеся к губам тарелку, вылил в рот остатки подливки и звучно рыгнул.
Ужин (во время коего лордом-регентом было выпито немало) еще не закончился, а по дворцу уже ползли слухи: будущий император ударился головой во время землетрясения и… как бы это выразиться помягче… слегка тронулся умом. Тем более что подтверждения этим слухам следовали одно за другим.
Странник был немолод, загорел, худ, жилист. Истоптанные сапоги и сбитый конец посоха свидетельствовали, что немало дорог он измерил своими шагами, пока не очутился здесь, на окраине Туллена.
Что происходит в городе, странник пока не понял – подземные толчки застали его в пути, в нескольких лигах от столицы, и не показались чересчур сильными.
– Скажи, добрый человек, – обратился он к первому встреченному тулленцу, – что произошло в вашем спасаемом богами городе? Смута или вторжение врагов?
Тулленец стоял у обочины и не спешил ответить на заданный вопрос. Занимался он странным делом: мял и ощупывал собственное лицо.
Странник повторил вопрос.
– Землетрясение… – ответил тулленец равнодушно, словно о чем-то малозначительном. – Но ответь и ты, странник, на мой вопрос, хоть и может он показаться нелепым. Какое у меня лицо? Опиши его по совести!
– Сеггер да простит тебя, добрый человек, за такие неприличные вопросы! Но если это тебе нужно…
– Очень нужно!