Цена бессмертия
Шрифт:
– Адольф сейчас доверенный человек Адмирала, – ответила она. – В том, что ты тогда, в Монголии, сумел уйти, винят только Капута. Он посылал группу. Адольф, когда ты ему позвонил, сразу сообщил Адмиралу. Берта хотела, чтобы тебя взяли живым, но Адмирал заявил, что предпочтет твой труп. Он просто знал, что…
– Ладно, – остановил ее Отто. – Увидимся завтра и все обговорим. Я по тебе соскучился, – дрогнул улыбкой его голос.
– Я тоже, милый, – вздохнула она.
– Значит, завтра на нашем месте, – повторил Койот. – Где сейчас Адмирал?
– В Бонне, –
– До завтра, – простился Отто.
– Значит, ты жив, мой Отто, – отключив телефон, прошептала, блестя счастливыми глазами, Беата.
Германия, Бонн
– Найдите его, – настойчиво попросил Гейдрих. – Попробуйте просто поговорить. Нам нужно знать, где находится алмаз, который он забрал у Койота. Ну, если начнет артачиться, примите жесткие меры воздействия, – добавил он.
– В Вашингтоне убит Урберг, – сообщила вошедшая Берта.
– Сколько можно про это говорить? – недовольно посмотрел на нее дядя.
– Кубинец предполагает, что это работа Койота, – не обратив внимания на его замечание, пояснила Берта. – По крайней мере человек, похожий на Койота, покупал сигареты и колбасу в магазинчике недалеко от…
– Это точно? – уставился на нее дядя.
– Так говорит Кубинец, – ответила она. – А ему врать нет смысла. К тому же Койота по фотографии узнали еще трое.
– Жив, бродяга, – процедил Гейдрих. – Тогда мне понятно, кто сдал полиции наших людей в Ярославле в том году. Получается, невиновного убрали, – вздохнул он.
– Я помню, ты говорил, что невиновных русских не бывает, – усмехнулась Берта.
– Это слова моего деда, оберштурмбанфюрера СС, – уточнил Гейдрих. – Значит, Койот жив и может появиться в Германии. И цель номер один у него Адольф Бурке. Он, кстати, где сейчас?
– В Израиле, – ответила Берта. – Мы пытаемся выяснить все об убитом там русском еврее. Наши люди сплоховали и…
– В том-то и дело, – недовольно прервал ее Гейдрих. – Привезли алмаз, но не тот. Я и сейчас слабо верю в то, что он где-то есть. Необходимо разыскать Ивлева, – напомнил он. – Он может знать, где алмаз. Кстати, где сейчас Ивлев?
– Этого не знает никто, – сказала Берта. – Насколько мне известно, он даже на символических похоронах Зудина не был. А ведь Ивлев – преданный пес Зудина. Они вместе воевали, Ивлев тогда прямо из училища, он закончил Рязанское высшее училище ВДВ, был отправлен в Афганистан. Там и познакомился с полковником Зудиным. Тому потом дали генерала, и он ушел в отставку. Ивлев был ранен, и Зудин взял его к себе. И тогда же Ивлев познакомился с Койотом. Отто работал на Зудина, какие-то ценности у пуштунов брал, попал там в переплет и спасся чудом, – добавила она. – Ивлев тогда был с ним. Собственно, Ивлев и стрелял в Койота в Монголии, – уверенно продолжила она. – Койот хотел взять деньги и убить Ивлева, но тот слишком хорошо знал повадки Отто и опередил его.
– Я тоже так думаю, – согласился Гейдрих. – Надо найти Беату, – вспомнил он. – Отто, несмотря на свою жестокость и непредсказуемость,
– За ней присматривают люди Гестаповца, – сказала Берта. – К сожалению, поставить ее телефон на прослушку не удалось.
– Койот появится у нее, я уверен. И скорее всего он убил Урберга. Вообще-то хорошо, что Койот жив. Мы только так узнаем правду о случившемся в Монголии, поэтому его необходимо взять живым, – требовательно закончил он.
– Я скажу Гестаповцу, – кивнула Берта.
– Звони сейчас же, – приказал дядя. – Койот непредсказуем, все время опережает противника.
В комнату вошел молодой худой мужчина в очках.
– Кто-то из англичан договаривается с мадам Леберти о сравнении камней. Информация сомнений не вызывает, – заявил он. – Человек надежный, его несколько раз проверяли. Руководит всем Эндрю Фуш…
– Капитан, – остановил его Гейдрих. – Это я знаю. А кто именно договаривается с Леберти?
– Англичанин какой-то, – ответил худой. – Но имя неизвестно. Как только он выяснит, тут же сообщит.
– Неплохо, Ганс Ульдрих, – поощрительно сказал Гейдрих. – Умеешь работать, когда надо.
– Просто нам очень повезло с информатором, – спокойно проговорил Ганс.
– Кто он, этот человек? – спросил Гейдрих.
– Извините, Адмирал, – качнул головой Ганс, – я не хотел бы раскрывать его, чтобы в случае провала не подозревать кого-то из своих.
– Ты что говоришь? – зло начала Берта. – Ты…
– А он прав, – усмехнулся Гейдрих. – Представь, что этот человек будет раскрыт Леберти. Или Капитаном. И все мы поневоле зададим вопрос: а не из нас ли кто-то, пусть нечаянно, но засветил его или просто кому-то проговорился? Но с другой стороны, – посмотрел он на Ганса, – ты тоже не застрахован от неприятностей и вполне можешь погибнуть, и тогда мы просто не узнаем, кто это был.
– Я это предусмотрел, – спокойно сказал Ганс. – В случае моей гибели вы найдете его имя и пароль для выхода на него в моем сейфе.
– Молодец! – похвалил Гейдрих. – А ты чего стоишь? – опомнившись, взглянул он на Берту. – Звони Гестаповцу. Койот жив, – сообщил он Гансу.
– Это точно? – опешил тот.
– Абсолютно. Только ты не прозевай встречу этого англичанина с мадам, – приказал Гансу Гейдрих.
Израиль, Тель-Авив
– Значит, у вашего убитого родственника ничего не взяли? – с заметным акцентом по-русски уточнил крепкий блондин.
– Нет, – ответил полный пожилой еврей в очках. – Полиция все свалила на террористов.
– А что ваш родственник привез с собой? – Мужчина уставился на него немигающим взглядом серых глаз.
– Я не знаю, – ответил пожилой.
– Слушай меня, жид, ты или говори правду, или…
– А теперь ты меня слушай, нацист! – перебил его пожилой, перейдя на немецкий. – Здесь тебе не Бухенвальд или Освенцим, где твои предки уничтожали моих, а государство евреев. И поэтому убирайся, подонок. И чем быстрее ты это сделаешь, тем лучше для тебя!