Целуй меня

Ловелл Л. П.

Я делаю глубокий вдох и беру себя в руки.

— Ты не понимаешь. Он убьет ее, но меня в покое не оставит. Он никогда не успокоится. Вот и все.

— Уна …

— Ты говорил, что мы во всем равны.

После нескольких секунд сомнений с губ Неро срывается хриплый стон.

— Это совершенно другое. Ты перестаешь рационально мыслить, когда дело касается Анны.

— Ты мне доверяешь? — шепчу я. Поворачивая к нему голову. Он прижимается своей щекой к моей щеке, и я чувствую на своей коже его колючую щетину. Отрывистый вздох срывается с губ Неро,

и я почти чувствую его отчаяние, словно вздыхает демон, живущий в нем. Он боится. Неро боится.

— Morte…

— Ты доверяешь мне? — повторяю я свой вопрос.

Он вздыхает.

— Да.

— Мы должны взять это под свой контроль.

— Что именно?

Я стараюсь высвободиться из захвата Неро, и он с неохотой отпускает меня, хотя, судя по его виду, готов снова скрутить меня в любую секунду.

— Николай считает, что у него есть преимущество, — начинаю я. — И мы должны сделать все, чтобы он продолжал быть в этом уверенным. Мы должны усыпить его бдительность.

Темные глаза Неро встречаются с моими. Я вижу в его взгляде желание посадить меня под замок в надежном месте, а ключ выбросить куда подальше.

Но мне нужно убедить его.

— Я знаю, куда он меня отвезет. Ты сможешь вытащить меня оттуда.

— Нихера! Ты никуда не поедешь! — Неро ощетинивается и переходит на крик.

— Я должна!

Он делает угрожающий шаг в мою сторону, и я отступаю.

— Если я вернусь к нему, он будет уверен, что победил. Я смогу… Я смогу подобраться к нему ближе, смогу выманить его, — торопливо объясняю я. — Это единственный способ.

— Нет! — Неро почти рычит.

— Просто выслушай меня. И постарайся быть объективным.

— Я не могу быть объективным, когда дело касается тебя.

— И это позволит Николаю победить. Потому что в его жизни нет любви, нет места никаким чувствам. У него нет слабостей.

Неро обхватывает ладонями мои щеки и заставляет взглянуть на него.

— Любовь — это не слабость, Morte. Любовь — это сила.

Хотелось бы верить. Лично я не чувствую себя сильнее, ведь на кону жизни слишком многих людей, которых я люблю.

— Неро, единственная слабость Николая — это я. И я единственная, кто может воспользоваться этим.

Стиснув челюсти, Неро тяжело вздыхает, а потом отходит от меня.

— Нет. У меня есть другой план. Оденься, у нас будут гости, — и, не оглядываясь, выходит из комнаты.

***

Сидя на диване в кабинете, я смотрю на экран ноутбука и нервно дергаю ногой. Неро в это время говорит по телефону, но я чувствую на себе его взгляд. Стены кабинета давят на меня. Единственная картинка, возникающая в моей голове, — это сломленная и униженная Анна, до того, как Неро ее выкупил. Я снова вижу, как истощенную, беспомощную девушку насилуют перед веб-камерой ради развлечения каких-то извращенцев. Неужели Николай поступит с ней также? Сможет ли она пережить все это еще раз?

В итоге я больше не могу выдерживать пылающий взгляд Неро, поэтому решаю встать и сходить за кофе.

Стоя у барной стойки, я жую батончик

мюсли и глажу Джексона по голове, пытаясь успокоиться, когда до меня доносится звонок — это лифт. Услышав характерный испанский акцент, я выбегаю из кухни. Рафаэль д`Круз. Я узнаю его, потому что Николай из года в год заставлял меня запоминать всех влиятельных людей нашего мира: капо, боссов, продажных политиков.

С ним четверо мужчин, и все они быстро переговариваются о чем-то с Неро и Джио. Рафаэль на полном серьезе прижимает к груди скрещенные руки, словно оправдываясь. Я бросаюсь в их сторону, и они замечают меня лишь в последнюю секунду.

— О, черт, — только и успевает пробормотать Джио, когда я со всего маху бью Рафаэля в челюсть.

Один из его людей делает шаг вперед, и я, выхватив пистолет из-за пояса джинсов, направляю его смельчаку в голову.

— Я пристрелю тебя, мешок дерьма, — мой голос звучит обманчиво ровно.

Рафаэль потирает подбородок и, приподняв брови, смотрит на Неро.

— Она всегда такая?

Неро пожимает плечами и подходит ко мне.

— Он здесь, чтобы помочь.

Я пристально смотрю на Рафаэля, а в это время парень, стоящий под дулом моего пистолета, потихоньку отодвигается в сторону, бормоча себе под нос: — Locoputa¹. Я бью его рукоятью по переносице, всё также не сводя глаз с Рафаэля. Парень отшатывается и хватается за сломанный нос. Неро закашливается, пытаясь замаскировать смех.

— Ты упустил мою сестру, — выплевываю я сквозь стиснутые зубы.

Рафаэль вздыхает и проводит ладонью по лицу.

— Не думай, что я подошел к этому делу безответственно. Русские убили четверых моих людей.

Есть в нем что-то агрессивное, какая-то опасная неуравновешенность, и обычно я принимаю это во внимание, но сегодня мне проще убить его.

— Мне плевать на твоих людей! Ты обещал, что обеспечишь ее безопасность!

Обещание давал Неро, и я ненавижу его за это, потому что теперь не могу верить его словам.

— Она была под усиленной охраной в одном из моих домов, о котором знают только приближенные мне люди.

— Ну, похоже, что кто-то из твоих приближенных крысятничает, — рычу я, глядя на стоящих рядом с ним мужчин. Мне не следовало доверять сестру чужим людям. Со мной, конечно, опасно, но я очень осторожна. Неро тоже бдителен. Рядом с ним только самые преданные и близкие. Ни один из людей Неро не продал бы информацию об Анне, но чужаков легко подкупить. А Николай умеет быть очень щедрым.

— Один из убитых был моим братом, — говорит парень из-за спины Рафаэля. Как будто это должно меня растрогать.

— Меня. Это. Не. Волнует. На твоем месте я бы волновалась исключительно о моей исчезнувшей сестре, — я сверлю глазами заговорившего со мной парня и тихо спрашиваю: — Ты знаешь, кто я?

Парень не отвечает, а просто смотрит на меня. Обойдя Рафаэля, я встаю прямо перед ним.

— Если не удастся вернуть ее, я поеду в Мексику и сотру с лица земли весь ваш гребаный картель.